Крылья
Шрифт:
– Я буду здесь с тобой, пока ты не вернешься, – сказал Крис.
– Как ты узнал? – голос этой женщины звучал так… взросло.
– Тиана обычно не бродит бесцельно по улице, и ее плечи обычно не содрогаются от рыданий.
Он стер слезы с моего лица, поцеловал меня в лоб и после секундного раздумия направился к моим губам.
– Ты готов целовать меня в теле пятидесятилетней женщины?
Крис ничего не ответил, но взгляд был полон куража и упрямства.
– Но при этом уверен, что я не смогу любить тебя в другом теле?!
– С тобой я уже ни в чем не уверен, – сказал он, зажав в своих ладонях принадлежащее
О боги. Я одеревенела, строго-настрого запретив себе искать любой смысл в этой фразе. Я была слишком расстроена и утомлена. То ли это был закономерный результат событий последних двух часов, то ли давало знать о себе это новое тело: оно было странно неудобным, как одежда, которую ты взяла поносить у мамы.
– Я так устала, – выдохнула я, не собираясь обнимать его в ответ. – Хочу поскорее домой.
– Я хочу, чтобы ты осталась, – напрягся он.
Вообще-то под «домом» я имела в виду свое родное тело, а вовсе не побег домой. Хотя, к чему лукавить, он тоже маячил на горизонте. Здесь больше нечего делать, мне нужно уехать во что бы то ни стало…
– Останься, прошу тебя, – сказал Крис, держа меня за руки так крепко, как будто я собиралась пуститься наутек. – И научи любить без страха и сомнений.
К горлу подкатил болезненный комок. Гордая, сильная, лучшая часть меня, которая знала, что уходить нужно с высоко поднятой головой, – сцепилась в смертельной схватке с той, что была готова простить любую обиду, забыть любую боль и не размыкать рук до тех пор, пока он сам не прогонит. Страшная схватка, одна из самых тяжелых в моей жизни…
– Не плачь, умоляю. Вот видишь, я не слишком разбираюсь во всех этих любовных делах. Да что там, я просто идиот, и, боюсь, ты еще не раз убедишься в этом.
– Я не могу остаться, Крис! – разревелась я.
– А я не могу позволить тебе уйти, Лика! К черту «завтра»! К черту его, пока у нас с тобой есть «сегодня». Только скажи, что я не испортил все окончательно…
И он снова попытался меня поцеловать, но я отшатнулась от него, чувствуя сильное головокружение.
– Тянет назад? – нахмурился он.
Я рассеянно кивнула.
– Я не доберусь до твоего тела раньше тебя, поэтому, бога ради, не убегай. Дай мне еще один шанс, – сказал Крис, но я не успела ответить.
Я еще не открыла глаза, но уже поняла, что он куда-то несет меня на руках, прижимая к груди. Надеюсь, в том месте, куда он меня несет, будут посторонние, а иначе у меня нет шансов устоять перед очередной порцией уединенных «извинений».
– А говорил, что раньше не доберешься… – пробормотала я, обхватывая его шею руками.
– Che cosa, mi bella? [48] – раздалось над моей головой, и этот голос заставил меня в ужасе распахнуть глаза и закричать. Меня нес на руках человек, которого я видела впервые. Незнакомый мужчина с огромными руками и страшными глазами.
3. Не эксперимент
Глаза серо-зеленого цвета, с прожелтью. И просто искрят от… – нет, к моему изумлению, в них не было ни ярости, ни угрозы, ни ненависти, которые я видела в глазах тех, кто крушил магазин или пытался изнасиловать меня. Я видела в них только азарт и веселье, словно все
48
Что, моя красавица? (ит.)
Я взбрыкнула, и мужик едва не выронил меня на пол, но в следующее мгновение зажал так, что я охнула от боли.
– Hande weg! [49] – заорала я по-немецки, надеясь, что он поймет меня. А если не поймет, то пусть пеняет на себя. Я заверещу так, что рухнут стены.
– Beruhige dich, V"ogelchen, ziehe nicht fort, anders muss ich Deine Federchen auszupfen! [50] – ответил он.
– Да пошел ты к черту! – завопила я, от шока переходя на русский и сыпя такими ругательствами, что этот мужлан врос бы в землю, пойми он все это… И тут похититель сверкнул недоброй улыбкой и ответил:
49
Руки прочь! (нем.)
50
Успокойся, пташка, и не дергайся, иначе мне придется поворошить твои перышки (нем.).
– А ты горячая штучка, а? И где он только таких берет!
Теперь это было сказано на чистейшем русском языке. У меня перехватило дыхание от страха. Он – один из них. Не знаю, кто он, но он один из них!
Похититель вынес меня из ресторана и теперь собирался запихнуть в свою машину. Баснословно дорогую с виду машину, припаркованную у самого крыльца, рядом с машиной Криса.
– К-кто ты? – охрипла я, уже зная ответ на этот вопрос.
– Не сходи с ума, малютка. Мы с тобой просто прокатимся. Романтичная прогулка вдоль озера, – ухмыльнулся он, распахивая дверь машины и вталкивая меня в салон.
– Да никуда я с тобой не поеду!
Я изловчилась и заехала подонку ногой по яйцам, когда тот попытался захлопнуть дверь. Он согнулся пополам, но в следующую секунду моя голова откинулась на девяносто градусов от жесткой затрещины. Его шутки закончились.
Зато мои сейчас начнутся! Мужик толкнул дверцу, и я успела сунуть свою ладонь в стремительно сужающийся проем. Боль была воистину ошеломляющей. Я чувствовала, что мне очень повезет, если мои пальцы не окажутся сломанными. Но я запретила себе думать об этом и сосредоточила утекающее сознание на лице этого ублюдка. Я перепрыгну в его тело, а потом побегу и сигану в озеро вниз головой. Клянусь, я сделаю это.
Я распахнула глаза и первым делом глянула на руки. Каждый раз, когда я настраивала себя на конкретное тело, то перепрыгивала именно в него. Но на этот раз меня ждал полный провал! Хрупкие ручонки девушки-подростка. Короткие ногти с черным лаком, хиппи-браслетики. Я сидела на набережной, задницей прямо на жарком асфальте, в компании подруг. Одна из девушек – маленькая, смуглая брюнетка со стаканом колы – ютилась рядом и что-то громко рассказывала на итальянском под хохот остальных.