Крыши
Шрифт:
Он допил кофе и бросил стаканчик в ведро, поставленное пожарниками.
— Может быть, мы имеем дело с бандой сумасшедших архитекторов? Долой модернизм! Вернем городу средневековой облик! Или... — Он ткнул пальцем в Баттерворта. — Или это имеет какое-то отношение к загадочным видениям на крышах. Пошли, мой мальчик. — Он по-отцовски обнял Баттерворта, который изо всех сил постарался не уклониться от его объятия. — Нам предстоит еще поработать. Тогда нас не обвинят в том, что мы манкируем своими обязанностями, если
Когда они поднялись по лестнице морга и выбрались на ночную улицу, Харгрив, подмигнув Джэнис, повернулся к Баттерворту и ухватил его за плечо.
— У меня были две причины, по которым я выбрал именно тебя помогать мне в этом деле, — сказал он. — Во-первых, чтобы ты мог показать своему отцу, какой замечательный детектив из тебя может выйти со временем.
Он вдруг замолчал, погрузившись в свои мысли.
— А вторая? — спросил Баттерворт.
Харгрив посмотрел на него отсутствующим взглядом.
— Совсем ребенок. — Он очертил пальцем круг в воздухе. — Не знаю почему, но мне все время кажется, что ты мечтаешь о подвигах. Как только у нас что-нибудь прояснится, мы немедленно от — правим тебя наверх. Да не бойся ты, мы с Джэнис будем охранять тебя здесь. Привыкай думать о нас, как о вторых маме с папой.
Над черными крышами спящего города сверкали звезды. Внизу в морге останки Ника вновь были упакованы в мешок в ожидании безжалостного скальпеля доктора Финча.
А на лице Баттерворта промелькнуло кислое выражение, когда он покорно поплелся следом за боссом.
Глава 25
Мусор
Пустые серые глаза смотрели прямо перед собой, не интересуясь никем и ничем. Медленно раздвинулись губы, явив белые зубы, и растянулись в широкую безрадостную усмешку. Лицо было спокойное, бескровное и бессовестное. Такие черты не давали ни малейшей надежды на сострадание. Это было лицо человека, безразлично смотрящего, как вы умираете...
Роберт открыл глаза. Он сел в кровати и посмотрел на часы. Ничего удивительного в том, что он проспал. В комнате было холодно. Опять испортился нагреватель. Он вылез из постели и надел халат, когда зазвонил телефон.
— Роберт, ты уже проснулся?
Этот голос стал Роберту ближе всех других за последние сорок восемь часов.
— Господи, Роза, ты когда-нибудь спишь? Дай мне пару часов. У меня опять не работает нагреватель. Холод, как на Аляске. Я хочу залезть под одеяло, или у меня будет гипотермия.
Роберт отодвинул на окне занавеску. Небо было покрытым тяжелыми свинцовыми тучами.
— Как это — под одеяло? Я нашла ее адрес. Той женщины, что унесла вещи Шарлотты.
— Ну и пойди к ней сама. А потом позвони мне. Я тут же приеду.
— Эй, я думала,
— И умереть, подобно Шарлотте. Правильно, я хотел, но нельзя же писать, когда зуб. на зуб не попадает. Так что я отправляюсь в постель. Пока!
Роберт положил трубку.
Не прошло и двадцати минут, как раздался стук в квартиру. Он вскочил, открыл дверь и не успел еще никого рассмотреть, как Роза оказалась в комнате. На ней был черный комбинезон с глубокими карманами, в которых лежали гаечные ключи и другие инструменты.
— Понимаешь, чтобы в доме у меня все работало, — сказала она, словно продолжая телефонную беседу, — мне пришлось досконально изучить обогревательную систему. Ты пока свари кофе, а я займусь делом.
Роберт был слишком измучен, чтобы возражать, поэтому он, не говоря ни слова, поплелся на кухню.
Роза все время заставляла его чувствовать себя неполноценным. Он и так знал, что недостаточно практичен для этой жизни. Еще его отец, умелец из умельцев, с насмешкой пресекал попытки Роберта заслужить его уважение, так что он вскоре оставил всякую надежду умилостивить старика и смирился с тем, что прагматизм чужд его натуре.
Когда он уже ставил дымящиеся чашки на стол в кухне, вошла Роза и принялась мыть руки.
— Все в порядке, — улыбнувшись, сказала она. — У тебя просто заело ручку. А вообще тут нужно менять всю систему. Этого не делали, видно, со времен Рода Стюарта.
— Хотел бы я знать, с кем воюет Залиан, — заявил Роберт, меняя тему.
— Наверное, мы найдем это в другой тетради. Ты понял, что он нас использует для поисков?
— Конечно. Но у тебя больше шансов, чем у него. Ты уже встречалась с этой женщиной. Где она живет?
— По другую сторону реки. В Гринвиче. Думаешь, за нами следят?
— Кто?
— Люди Залиана.
— Не знаю. Меня больше волнуют его враги.
Роберт смотрел, как Роза пьет кофе. Она делала это с неотразимым изяществом. А вчера она путешествовала по крышам не хуже циркача — столько в ней было ловкости и уверенности. Про себя он этого сказать не мог...
— Вроде бы они появляются только ночью. Наверное, днем рискованно. Еще увидят снизу. Кроме того, в Гринвиче безопасно. Это тебе не центр города. Дороги шире и дома ниже. Им там негде спрятаться.
— Пусть так, — вздохнул Роберт. — Только давай на сей раз не испытывать судьбу.
Они вышли из автобуса у восточного входа в Национальный морской музей и еще раз взглянули на адрес, записанный Розой. Легкая серая дымка поднималась над скверами и заполняла улицы.
— Если она живет тут, у нее, наверное, водятся деньги, — сказал Роберт. — Ты только посмотри на дома.
Дома с террасами в стиле короля Георга содержались в безукоризненной чистоте. За окнами видны викторианские интерьеры. На каждом доме сигнализация.