Ксиор

Томилин Анатолий Николаевич

Щелкнул прибор, похожий на электрический счетчик.

— С новым годом, друзья! — сказал Дмитрий Анатольевич.

На циферблате в это время появились цифры: «1959».

— Неужели мы летим уже целых три года? — удивился Коля. — А я еще не проголодался даже…

— Нет! Прошло только около часа. — ответил Дмитрий Анатольевич. — Но не забывайте, что один час полета «Мечты» равен нескольким годам жизни на земле… Сейчас я выключу прибор ускорения времени. и мы сможем спокойно разглядеть, что произойдет на земле в тысяча девятьсот пятьдесят девятом году.

Он повернул рукоятку — и смена дня

и ночи на экране прекратилась. Приборы показывали:

«11 часов 16 минут, 28 августа. 1959 года».

Теперь машина летела бреющим полетом.

— Ой! — закричал Коля. — смотрите, какой автомобиль… Рядом человек, маленький-маленький, меньше колеса.

С этой минуты Дмитрию Анатольевичу пришлось непрерывно отвечать на вопросы и рассказывать любознательным спутникам обо всем, что они видели перед собой

— Это гигантский самосвал. — говорил инженер. — За один раз он берет столько груза, сколько самый большой железнодорожный вагон. — пятьдесят тонн. А колеса у него высотой в два метра!

— А разве такие самосвалы есть? — удивился Володя.

— В тысяча девятьсот пятьдесят шестом голу их не было. Но ведь мы летим уже в конце шестой пятилетки!..

«Мечта» мягко ткнулась в кучу земли, насыпанной возле обрыва. Щенок первый выскочил из люка.

Вдруг что-то огромное взметнулось над кучей, и, откусив громадный кусок берега, скрылось в овраге, унося вместе с землей храброго пса.

Все так и ахнули. Взбежав на пригорок, путешественники замерли, пораженные необыкновенным зрелищем. Внизу, в котловане, кружился на месте гигант-экскаватор. Его ковш, вгрызаясь в землю, вынимал сразу невероятное количество грунта. Котлован был уже такой глубокий, что если бы на дне построить десятиэтажный дом. путешественники оказались бы сейчас на уровне его крыши.

— Э.Г.Л.-50. — назвал машину инженер и пояснил: — электро-гусеннчная лопата, ёмкость ковша — пятьдесят кубических метров.

Всюду простиралась стройка.

Здесь было настоящее царство машин-гигантов. Воздух был наполнен лязгом и грохотом. Но больше всего удивляло то, что нигде не было видно людей.

Первым опомнился Коля.

— А где же Фотошка? — спросил он.

Начали искать щенка.

— Вон он! Вон он! — закричал реактивщик, показывая рукой вдаль. Там. на противоположной стороне котлована смешно металась из стороны в сторону крошечная фигурка Фотографа. — экскаватор выбросил его вместе с грунтом.

— Фотошка, Фотошка! — хором закричали ребята и бросились бежать по краю обрыва.

Но вдруг на их пути возникла широкая самодвижущаяся дорога — транспортер. Она была вся завалена породой, которую выбрали экскаваторы из котлована, и тянулась далеко-далеко.

Ребята уже хотели проскользнуть под транспортер, когда Дмитрий Анатольевич остановил их.

— Незачем бегать! Щенок сейчас вернется!

И правда — оглушенный Фотограф кинулся в сторону и кубарем скатился по обрыву, угодив прямо в ковш. А через минуту, вместе с грунтом он уже двигался на транспортере по направлению к ребятам. Инженер снял его с ленты и передал Коле. Щенок лизнул щеку своего хозяина и затих

у него на руках.

— Вот что, Коля, — сказал Дмитрий Анатольевич, — отнеси-ка собаку в машину, да и сам побудь там. Мы сейчас тоже вернемся. Надо перегнать «Мечту» в более спокойное место.

Кивнув остальным ребятам, инженер пролез вместе с ними под транспортером и направился к белому домику, стоявшему невдалеке.

Домик был пуст, и пока Дмитрий Анатольевич с Виктором осматривали его, Володя заглянул во двор.

— Дмитрий Анатольевич, Дмитрий Анатольевич! — звал Володя.

Инженер поспешил во двор, но мальчика там не было. У стены лежал какой-то длинный, похожий на снаряд предмет. Сзади у него торчали, точно ножки фотографического штатива, четыре телескопические штанги-домкраты.

— Вова! — одновременно крикнули инженер и Виктор.

Ответа не последовало. Зато мотор «снаряда» вдруг взревел, я головка его с острым спиральным буром начала быстро вращаться. Пришли в движение и домкраты. Вот два из них повернулись и уперлись в землю. Машина стала торчком. Звякнул бур о подвернувшийся камень, и странная машина стала быстро зарываться в землю. Все это было так неожиданно, что не только Виктор, но даже и Дмитрий Анатольевич, помимо своей воли, подался назад.

Снаряд уже наполовину погрузился в землю, когда изнутри забарабанили по обшивке чем-то железным и послышался приглушенный голос Володи:

— Дмитрий Анатольевич, вытащите меня! Я не знаю, как эта штука останавливается!..

Управление «Подземохода» находилось внутри, в кабине водителя, и помочь мальчику снаружи было трудно.

Между тем, подземная лодка погружалась все глубже и глубже.

Вот первый домкрат уперся в вырытую воронку, затем второй, третий и, вдавливая в стены туннеля выбуренную породу, машина, наконец, совсем скрылась под землей.

Инженер и Виктор растерянно посмотрели друг на друга.

Внезапно над их головами раздался предупреждающий голос:

— Внимание, внимание! говорит радиоузел строительной площадки три дробь четырнадцать. Через семь минут будет произведен первый взрыв береговых скал. Всем лицам, находящимся в зоне четырнадцать, уйти в убежище. Повторяю…

«Этого только не хватало! — Дмитрий Анатольевич схватился за голову: «Мечта» далеко — там Коля. Володя под землей. А сам он с Виктором находится тоже неизвестно где. Может быть, зона четырнадцать расположена именно здесь?»

— Виктор, скорее в дом!

Внимание инженера привлек небольшой зеленый ящик на стене дома. Быстрым движением он распахнул дверцы: «Так и есть! Радио-телефон!» Дмитрий Анатольевич включил питание, — в прижатой к уху трубке сначала послышался шорох, потом раздались прерывистые звуки, похожие на всхлипывание.

— Алло! Алло!

— Дмитрий Анатольевич! Дмитрий Анатольевич! — услышал он жалобный голос Володи. — Вытащите меня отсюда поскорей. Пожалуйста…

И тут инженер вспомнил, что еще в 1950 году он видел машину для «плавания» под землей. Конечно, с тех пор подземоходы стали совершеннее, но принцип-то управления должен был оставаться прежним!