Кубинский вариант
Шрифт:
– В каком смысле - привет?
– хмыкнул Тайсон.
– Пуля в голову? Об этом поговорим чуть попозже... Ну, быстро! Где шифровальная машина?
Придуриваться дальше не имело смысла:
– У нас этой штуки нету. Вы же, наверное, проверяли багаж. И здесь, в номере...
– Разумеется. Где вы её прячете?
Собеседник все-таки начал терять терпение, и Алексей решил окончательно вывести его из равновесия:
– А что мы получим взамен? Вон, американцы за эту штуку полмиллиона долларов предлагают. Опять же - израильтяне с японцами в очереди...
–
– Не густо. И то, и другое у нас уже есть. Так что, может, ещё поторгуемся?
Но седой уже взял себя в руки:
– Знаете, что мне в вас нравится, ребята?
Видимо, на ответе никто не настаивал, поэтому Алексей и Тайсон промолчали.
– Мне нравится, что вы не задаете глупых вопросов. Например, что будет, если вы сейчас откажетесь... Мы ведь все равно развяжем вам языки. Так или иначе - есть разные способы делать человеку больно, и господин Тайсон их прекрасно знает. А потом обоих ликвидируем.
– Вы лично?
– засомневался бывший легионер, никак не отреагировав на свое, только что прозвучавшее прозвище.
И собеседник прекрасно понял, что он имеет в виду:
– Ну, скорее всего, лично меня к этому моменту в живых уже не будет. Судя по тому, как вы изучаете автомат молодого человека и дверь в коридор, нас обоих сразу же придется списать на боевые потери. И еще, наверное, пять-шесть оперативников... Но Контора - она ведь очень большая. И это, все-таки, Куба, страна социализма на осадном положении, а не африканское побережье! Неужели вы думаете, что парочка приезжих идиотов с липовыми документами, ни слова не понимающая по-испански, сумеет здесь долго прятаться от полиции?
– Ну, тюрьма - это не самый плохой вариант, пожал плечами Тайсон.
– И не надейтесь! Из тюрьмы вас вытащат, - пообещал седой.
– А в конце концов, результат получится все тот же.
Неожиданно, через окно в душный номер хлынули первые, громкие звуки латиноамериканской сальсы - это наверху, в баре гостиницы, сразу после полуночи заиграл небольшой оркестрик. Ритмичная, полная тоски и в то же время, какого-то отчаянного задора музыка пришлась как нельзя кстати.
– Хорошо играют, - прислушался Тайсон.
– Душевно.
– А как здесь поют! Кто-то сказал, что на испанском языке хорошо страдать от неразделенной любви и умирать за революцию...
– Иван Иванович опять сделал паузу и спросил:
А вы за что собираетесь умирать? За чемодан с валютой? Ну, предположим, на этот раз вы опять убежите. И даже, в конце концов, получите от кого-нибудь свои деньги. Много денег... А дальше? Прятаться будете всю оставшуюся жизнь? От кого прятаться? Но седой только отмахнулся стволом автомата:
Помните сказочку про колобка? Русскую, народную... Помните, как там все начиналось? Я, дескать, от бабушки ушел, я от дедушки ушел... Ни заяц мне нипочем, ни волчище позорный, ни даже дядька-медведь - вот, крутизна! А чем кончилось, не забыли? Печально все кончилось. Слопала колобка лисичка-сестричка.
Снаружи теперь звучала легендарная "Гуантанамейра", любимая песня туристов, впервые
Вот и вы попадетесь, рано или поздно. Думаете, французы забудут про ваши похождения в Легионе? Да, как же! Я вчера получил их ориентировку для Интерпола: дезертирство, вооруженный захват самолета, разбой, терроризм... ну, и что-то там еще, по мелочи. А ребята, которых вы "опустили" в Марселе?
– Какие ребята?
Да ладно дурака-то валять... Не на допросе. Ограбили, понимаешь, бедную русскую мафию - так ещё и канал засветили!
– Какой канал?
– искренне удивился Алексей.
Международный, - судя по голосу, Иван Иванович опять начал сердиться.
– Международный канал, по которому в Россию со всей Европы просроченные лекарства ввозили.
– Так ведь, кто же знал!
– Это будете землякам своим объяснять, когда они до вас доберутся.
На этот раз долгую паузу нарушил Алексей:
– Да, много вы знаете...
– Достаточно. Особенно про вас, Тайсон. И про то, где вы ухо свое потеряли. И
про операцию с евровалютой. И про смерть Генерала, и про дело охотников за черепами... Вообще, у вас ведь за плечами такое, что самому, наверное, по ночам кошмары снятся? Хотя, наверное, нет - не снятся... Иван Иванович перевел взгляд на Алексея:
– Да и по вам, молодой человек, дома тоже, оказывается, целая следственная
бригада плачет. Горючими слезами. И не столько она, сколько...Шутка ли - федеральный розыск, фотография в каждом отделении милиции! Впрочем, сейчас разговор не об этом...
Так, понятно. Что вы предлагаете? Конкретно?
– Тайсон впервые смотрел прямо в глаза собеседнику.
Седой спокойно выдержал его взгляд:
– Я уже говорил: предлагаю работу. Опасную. По специальности.
– На кого?
– А вам что, разве не все равно?
– Нет, - ответил Тайсон так, что и Алексей, и человек, назвавшийся Иваном Ивановичем, и даже парень с автоматом поверили: он говорит правду.
* * *
Алексей проснулся от ритмичного пыхтения и скрипа.
Открыв глаза, он увидел прямо перед собой, на стеночке, огромного таракана, по-хозяйски пересекающего из конца в конец гостиничный номер.
Кажется, по-испански таракан называется - кукарача. Была ещё такая веселая песенка... Впрочем, вряд ли даже очень крупное насекомое могло произвести столько шума, и Алексей перевел взгляд направо:
– С добрым утром! А я думал, ты бабу привел. Такие звуки эротические...
Тайсон, полуголый, в одних трусах, делал разминку. Его могучее, мускулистое тело поблескивало от свежего пота и, судя по упражнениям, последовательность которых Алексей успел изучить, выполнение обязательного комплекса уже подходило к концу.
– Вставай, сексуально озабоченный... Через десять минут уезжаем.
Прежде чем вылезти из-под простыни, Алексей ещё раз посмотрел на соседа по номеру. Руки, ноги и грудь Тайсона были так густо покрыты бесчисленными жутковатыми следами от ран и ожогов, что даже спецназовская татуировка на его плече казалась просто одним из шрамов.