Кучум
Шрифт:
— На стругах пойдем, на чем же еще, — широко развел руки атаман. — И сами сядем, и припасы погрузим. А что с собой брать, так об этом с господами Строгановыми обговорим. Нам-то они не откажут…
— Ха-ха-ха! Нам не откажут!
— Пусть попробуют!
— Сюда господ Строгановых!
Отвечала многоголосая толпа, и Ермак, вновь перекинувшись взглядом с Иваном Кольцо, понял, что наступил перелом в общем настроении. Может, не все еще осознали трудность предлагаемого им похода, но возможность потрясти Строгановых, распахнуть двери их вместительных
— Да, а где Строгановы? — спросил Ермак.
— В воеводской избе сидят. Максим с дядькой своим.
— Так зовите их.
— Эй, Черкас, — крикнул Кольцо молодому казаку, — сбегай за господами хорошими. Скажи, мол казаки просят прийти.
Черкас Александров и еще несколько казаков с готовностью направились к воеводской избе и вскоре вышли оттуда вместе с угрюмыми и недовольными Строгановыми. Ни на кого не глядя, они прошли сквозь толпу насмешливо поглядывающих на них казаков и поднялись на церковное крыльцо, сняли шапки.
— Ишь ты, уважают, — мотнул сивой башкой близко к ним стоящий казак.
— Зачем звали? — насупясь, спросил Ермака Семен Аникитич.
— Тут дело такое, сразу и не скажешь, — начал атаман, потом повернулся к Кольцо, — давай-ка ты, Иван. У тебя лучше выходит, — и отступил в сторону.
— А чего тут говорить, — щелкнул тот в воздухе пальцами, — надоело нам сидеть, как сусликам в норе, да шеей крутить, ждать, когда кто к нам в гости завернет. Не наше это дело…
— Зачем же тогда служить к нам пошли? — жестко выговорил Семен Аникитич. — Обратно что ль собрались? Так и говори, а то крутите хвостом, как кобыла загулявшая.
— Но, но… — загудели тут же казаки. — Жеребец нашелся… Мы тебя не задираем, и ты не трожь…
— Хвост для себя прибереги, мужик, — скривил тонкие губы Иван Кольцо, — помни, с кем говоришь. Мы тебе ни какие-нибудь там смерды захудалые, а казаки вольные.
— Да чего нам ссориться, — миролюбиво поднял руку Максим Строганов, осуждающе глянув на Семена, — вы нам добро сделали, и мы вам тем же отплатили. Коль собрались обратно идти — держать не станем…
— Не о том речь, — подошел к нему вплотную Кольцо, — у нас задумка хана сибирского повоевать. Вот оно как…
— Хана сибирского? — вскинулись на него оба Строгановых. — Как вы до него доберетесь? Туда ж сколь ден пути…
— А ты за нас не решай. Сколь надо, столь и пойдем — выступил вперед Богдан Брязга. — Вы лучше скажите: припасов дадите?
— Богдан, куда лезешь с немытым рылом? Кто просил?! — оборвал его Кольцо, скрежетнув зубами. Но тот уже довольный, что сказал свое слово, вновь отступил назад и стоял там, хитро сощурясь.
Строгановы, услышав о походе казаков в Сибирь, растерянно глянули один на другого, и Семен Аникитич со вздохом ответил:
— Такое дело в один день не решают. Зима не за горами, а припасов у нас самих крохи, едва до лета дотянем.
— Купите! В Москве, Казани! Голодом не останетесь! — закричали
— Чего тянуть? Решим по-доброму и по рукам, — протянул Строгановым узкую руку Иван Кольцо. — Лишку не попросим. Зачем нам лишку на горбе своем же тащить? А коль на зиму у вас останемся, то все одно то же самое и проедим. Не так разве?
— Так оно, — что-то прикидывал в уме Семен Аникитич, — но до зимы дожить надо, а вам ведь сейчас подавай. Вынь да положь.
— Чужого не просим, а от своего не отступим, — поигрывая плеткой, подступил к ним Никита Пан. — Так говорю, казаки?
— Знамо дело, так…
— Добром не дадут — силой возьмем, — послышался из середины толпы чей-то визгливый голос.
— Силой отымите? — поискал глазами кричавшего Семен Аникитич. — У царевых слуг именитых, господ Строгановых, силой взять хотите?! — повысил он голос, думая устрашить казаков.
— А нам чего? — хохотнул сзади Савва Волдырь. — Мы не только царевых слуг шарпали, но и послов царя-батюшки с коней ссаживали. Не впервой…
Строгановы затравленно смотрели вокруг себя, но ни в ком не встретили жалости или поддержки. Лишь Ермак стоял, глядя в сторону, и не сказал пока ни единого слова. К нему-то и решил обратиться Максим Яковлевич, надеясь на помощь.
— Атаман тоже так считает? — спросил негромко, но Ермак хорошо расслышал вопрос и поднял глаза, щелкнул языком.
— Н-н-да! Куда не поверни, а всюду клин… Не резон вам с казаками спорить. Лучше добром решить. Народишка у нас лихой, на слово дерзок. Посшибают замки с амбаров, нахватают чего попало, а там пиши к царю, жалуйся. Мы уж далеко будем. Добром решать надо… Так вам скажу.
Строгановы, потеряв последнюю надежду в заступничестве атамана, вновь переглянулись, и Максим Яковлевич, махнув рукой, выкрикнул:
— Дам вам из своих запасов что требуете. А дядя Семен пусть сам решает.
— О, то добро, — откликнулись казаки. Семен Аникитич недобро сверкнул глазами на племянника, кивнул:
— Да и мне, видать, придется дать чего просите. Пущай атаманы в воеводскую избу придут, договоримся.
Кто-то из казаков кинул вверх шапку, кто-то выхватил саблю из ножен. И людская масса пришла в движение, забурлила, заколобродила, радуясь предстоящему выступлению.
— Отметить бы добрый почин надо, — тронул Максима Строганова за плечо прилипчивый как банный лист Савва Волдырь.
— Успеется! — холодно глянул на него Ермак. — Не до того сейчас. Лучше сходи на берег, проверь струги, выбери, какие сгодятся. Ты, Никита, — обратился к другому есаулу, — с господами Строгановыми прогуляйся, подсчитайте, сколь чего брать с собой. Матвей, тебе все пищали учесть и пушки, что на стругах с собой привезли. Ильин — оснастку на стругах: весла, паруса, веревки, бочонки под воду, — быстро и повелительно отдавал приказания атаман. — Вот еще что, — уже на ступенях догнал он Строгановых, — нам бы с собой батюшку взять. На большое дело идем. Некому будет и отходную прочесть.