Куджо

Кинг Стивен

Она посмотрела на экран и потом повернулась к нему. На глазах у нее были слезы.

— Донна, — сказал он. — Маленькая.

Он бережно обнял ее и так держал. Ее тело казалось оцепеневшим, и во многих местах он ощущал выступы костей.

— Мы сможем жить здесь? — всхлипывала она. — Вик, мы сможем жить здесь?

— Не знаю, — сказал он. — Я думаю, придется попробовать.

— Может, я хотела спросить, сможем ли мы жить вместе. Если ты скажешь «нет», я пойму. Хорошо пойму.

— Я

не хочу ничего так, как остаться с тобой. Может быть, когда я получил эту записку Кемпа, я так не думал. Но это было недолго. Я люблю тебя. И всегда буду любить.

Она тоже обняла его и крепко прижала к себе. За окном поливал летний дождь, отбрасывая на пол серые тени.

— Я не смогла спасти его, — сказала она, все еще всхлипывая. — Не смогла… Я все время про это думаю. Если бы я раньше добралась до двери.., или подобрала эту биту… А когда я набралась сил, все уже.., кончилось. Он умер.

Он не стал объяснять ей, что вряд ли она справилась бы с Куджо прежде, чем болезнь окончательно ослабила его; вряд ли он позволил бы ей даже подойти к крыльцу или к этой бите. Он чувствовал, что ей это не нужно.

— Я тоже не смог его спасти.

— Ты…

— Я ведь был уверен, что это Кемп. Если бы я приехал раньше, если бы я не спал…

— Нет, — сказала она мягко.

— Да. Я виноват, как и ты. Поэтому нам нужно простить друг друга. И жить дальше.

— Я чувствую его.., в каждом углу.

— Я тоже.

Они с Роджером сдали все игрушки Тэда в Армию спасения. После этого они молча пили пиво в соседнем кафе. Вернувшись домой, Вик сел на кровать Тэда и плакал, пока не выплакал все слезы. Он в тот момент хотел умереть, но не умер и даже поехал на другой день на работу.

— Свари лучше кофе, — он провел ей рукой по спине. — А я затоплю камин. Что-то холодно.

— Ладно, — она встала. — Вик?

— Что?

— Я тоже люблю тебя.

— Спасибо. Мне сейчас это очень важно. Она едва заметно улыбнулась и вышла. И они пережили этот вечер, хотя Тэд был мертв. Они пережили еще много таких вечеров. Осенью, когда начали опадать листья, им было уже немножко легче. Немножко.

***

Она старалась не выдавать своего волнения. Когда Бретт пришел из сарая, отряхивая снег с ботинок и вошел в кухню, она сидела за столом и пила чай. Какое-то время он молча смотрел на нее. За эти месяцы он вытянулся и похудел. Отметки его за первую четверть были не такими хорошими, как раньше, к тому же он дважды дрался в школьном дворе — все по поводу той летней истории. Но отметки за вторую четверть были уже лучше.

— Мама? Что…

— Альва принес.

— А ему сделали уколы? — это был первый вопрос, который Бретт задал, даже не раздумывая.

— Говорит,

сделали. Альва не хотел, но я уплатила ему по счету ветеринара. Девять долларов. От чумки и от бешенства. Если ты откажешься, он вернет деньги.

Деньги теперь были для них очень важны. Она порой думала, что им придется продать дом. Страховка оказалась совсем небольшой. В «Каско-банке» ей объяснили, что эти деньги, вместе с остатками выигрыша, будут выплачиваться им с процентами в течение пяти лет. Ей пришлось устроиться на единственное в Касл-Роке предприятие, в отдел упаковки и рассылки. Продажа инструментов Джо, включая злосчастный мини-кран, принесла еще три тысячи долларов. Поэтому они смогли кое-как продержаться. Конечно, можно было продать дом и снять жилье в городе, но Бретт этого не хотел. И они остались здесь.

— А как его зовут? — спросил Бретт.

— Пока никак. Он еще маленький.

— Породистый?

— Да, — сказала она и улыбнулась. — Альва сказал, что это гончая.

Он тоже улыбнулся, довольно тревожно. Но это было лучше, чем полное отсутствие улыбки.

— Если он нагадит, будешь убирать сам, — предупредила она.

— Ладно, — он собрался уходить.

— Так как ты его назовешь?

— Пока не знаю, — долгая пауза. — Я подумаю.

Ей показалось, что он вот-вот заплачет, но она не стала его утешать. Он уже большой, а большие мальчики не любят, когда мать видит, как они плачут.

Он вышел и принес щенка в дом. Он так и оставался безымянным до весны, когда к нему сама собой пристала кличка Вилли. Это был маленький, жизнерадостный, короткошерстный пес, и кличка ему очень шла.

Той же весной Черити повысили зарплату. Она стала откладывать по десять долларов в неделю. Бретту на колледж.

Вскоре после страшных событий во дворе Кэмберов останки Куджо кремировали. Пепел отвезли на завод удобрений в Огасте. Никто уже не помнил, что он всегда старался быть хорошим псом и слушался Хозяина, Хозяйку и Мальчика. Он умер бы за них, если понадобилось. Он никогда не хотел никого убивать. Им просто овладело нечто — судьба, или рок, или просто болезнь, называемая бешенством. Его желания никто не спрашивал.

***

Маленькую пещеру, куда Куджо загнал кролика, так никто и не обнаружил. Летучие мыши почему-то покинули ее. Кролик не смог выбраться и умер медленной мучительной смертью. Его кости, насколько я знаю, смешались с костями других маленьких животных, имевших несчастье попасть туда.

Вот и все.

«Я вам скажу, чтоб знали вы и помнили всегда, что есть и у собак свой рай, и он ушел туда».