Кухня
Шрифт:
Медянкина младшая. Я, Марин, зато добрая.
Медянкина. Ты меня моей биологией не попрекай. Добрая нашлась. Если ты добрая, то почему глупая? А? А я тебе скажу. Потому, что можешь себе позволить. Потому, что я есть. Обо всем позабочусь, обо всем подумаю. Никаких у тебя проблем. Думаешь, мне доставляет большое удовольствие следить, чтобы тобой не воспользовались, чтобы тебя, дурочку, не обидели.
Медянкина младшая. Да хоть бы скорее меня уже кто обидел.
Медянкина.
Медянкина младшая (бросается к сестре). Мариночка, миленькая, прости меня.
Медянкина. Свадьбы, свадьбы, свадьбы – все с ума посходили. (Вытирает слезы.) Уже додумались – на кухне брачеваться. И ведь получается, что какой-то подлец из наших же задумал это дело. И молчит. Вопрос – кто? Ну, признавайтесь.
Повар Г.Ц. У меня дочка, мне некогда свадьбы затевать.
Повар Х.Ц. Я еще не нагулялся.
Медянкина. Мама Валя?
Мама Валя. А почему такая ирония?
Медянкина. Может ты, Надежда Петровна?
Все обмениваются улыбками. Уборщица в первое мгновение даже не понимает, что обращаются к ней.
Мама Валя. Ты, Надька, замуж собралась?
Уборщица. Собралась. Вот мой жених. (Показывает на швабру.)
Медянкина. Ну все. Остаюсь я, сестрица моя…Так, кто еще? А, артист наш. А где он, кстати?
Мама Валя. Спит как всегда.
Медянкина. Вот за что не люблю артистов – не видно его и не слышно. Тихий-тихий, а потом как скрючит физиономию – и сразу к нему человеческое внимание. Почему так? Я тут вам представляю ситуацию, рассказываю, хлопочу – но я не артистка. А он спит – и он артист. Это правильно?
Уборщица. Глупости ты все говоришь.
Медянкина. Хуже артистов только уборщицы. Злейшая чума. Моя б воля, я бы вас всех извела.
Уборщица. Ну и жили б тогда в грязи по уши.
Медянкина. Не нужно. От уборщиц как раз главный мусор и развивается. Э, артист, вставай!
Из-под сушилки, потягиваясь, появляется Ленивец.
Ленивец. Доброе утро.
Медянкина (раздельно и внятно). После вчерашнего… я… с тобой… не разговариваю! (Демонстративно игнорирует Ленивца. Делится с людьми кухни последними новостями.) Мы с Люськой сегодня такую аварию видели.
Медянкина младшая (счастливо).
Медянкина. Идем к метро, а тут автобус на повороте – с этой, как ее… ну вы знаете…
Медянкина младшая. С машиной.
Медянкина. Вот, с машиной… Лоб-в-лоб! Мы даже на работу опоздали.
Медянкина младшая. Пока не досмотрели, не ушли.
Мама Валя (голосом пораженной до глубины души поварихи). И жертвы были?
Медянкина (решительно). Не было! (Ее сестра кивает – подтверждает информацию.) Водитель только погиб. А жертв не было. (Сообщает внимательно слушающим коллегам.) Ну вот и все, собственно.
Коллеги разочарованно расходятся.
Ленивец (интимно, Повару Г.Ц.). Петр Александрович, как у вас обстоит дело с духом странствий?
Повар Г.Ц. Ну… на путешествия не напрашиваюсь, от путешествий не отказываюсь.
Ленивец. Так не составить ли нам маршрутец?
Повар Г.Ц. Так ведь без карты не обойтись.
Ленивец. И не надо обходиться. Я еще вчера обо всем позаботился. Позаимствовал у друзей наших меньших – официантов. (Достает карту вин.)
Ленивец (разворачивая огромную карту вин). Ай-ай-ай! Мала картейка-то.
Повар Г.Ц. Да уж какая есть.
Ленивец. Ну, делать нечего. Мы же с вами заложники ситуации.
Повар Г.Ц. Рабы смысла.
Ленивец. Т-с-с! Нас могут услышать.
Повар Г.Ц. Нас уже слышат. (Кивает головой в направлении Мамы Вали, которая внимательно чистит овощи неподалеку от «путешественников».)
Ленивец. Так вопреки всему.
Повар Г.Ц. Вопреки всему.
Ленивец работает с картой.
Повар Г.Ц. (еще раз поглядев по сторонам). Да вы, я вижу, географ.
Ленивец. Предпочитаю называться странником.
Повар Г.Ц. Нет, вы решительно географ.
Ленивец. Странник.
Повар Г.Ц. Хорошо, странник.
Ленивец. Ну, кочевник.
Повар Г.Ц. Ну нет уж, странник, так странник.