Кухня
Шрифт:
Ленивец. Пожалуйста. Происхождение мое странное. Существуют разные версии…
Хаген. Меня не волнует твое происхождение.
Ленивец. Вот и зря. Мое происхождение – ключ ко всему… Не хотите о происхождении, давайте рассмотрим мое воспитание. Воспитанием моим занимались люди психически неустойчивые, ориентированные на грабеж и бесчинства…
Хаген. Что ты делал в ее спальне?
Ленивец. В чьей, простите, спальне?
Хаген неодобрительно смотрит на подслушивающих
Ленивец. Нет… Нет. Ну что вы… Нет, Хаген Карлович. Я, конечно, человек морали дохристианской, но чтобы с женой нашего короля, нашего солнца… Нет. Это вы меня с кем-то путаете. Да она и не в моем вкусе. Вот, я скорее с… (оглядывает контингент) Надькой забратаюсь. Надька, будем брататься?
Уборщица. Кто ты такой, чтобы со мной брататься!? Ты мизинца моего не стоишь.
Медянкина. Сдурела старуха.
Ленивец. Видите, как получается, Хаген Карлович. А вы говорите – спальня. Не любят меня королевы. Не любят и все.
Медянкина (игриво). Ну, это ты прибедняешься.
Ленивец. Марина… Я о королевах говорю.
Медянкина. Хаген Карлович, скажите ему… Работать мешает. Когда трезвый, так сюси-муси в полный рост: «прекрасная Медянкина, любезная Марина…» А как напьется, так только и может, что под сушилкой дрыхнуть. Рано, юноша, остыли к прекрасному.
В ответ Ленивец только скалит зубы.
Хаген. Я видел, как ты выбежал из спальни.
Ленивец. Это был не я.
Хаген. Я кричал тебе.
Ленивец. Это вы не мне кричали.
Хаген (закипая). Слушай, артист…
Ленивец (перебивая). Да не артист я.
Хаген (медленно). Мне сказал Гюнтер, что ты артист, значит будешь артистом.
Ленивец. А если б он сказал вам, что я лошадь?
Хаген. Если бы Гюнтер сказал мне, что ты лошадь, ты бы сейчас стоял в стойле.
Ленивец. Вы себя сами слышите? «Лошадь – стойло» – это я понимаю. А вот «артист – кухня» – это как? Если я артист, тогда я должен жить не на кухне, а уж, по крайней мере, в буфете.
Медянкина. А у нас для вас буфета нету.
Ленивец. Нет буфета – нет артиста. (Поднимает палец вверх.) Логика!
Новенький появляется на свет божий.
Новенький (Ленивцу, радостно). Вы тоже… вы тоже любите логику?
Ленивец. Тьфу, балбес. (Расстраивается, садится рядом с Мамой Валей – вертит в руках морковку. С ненавистью начинает чистить ее – как будто вяленую конскую ногу строгает.)
Новенький немного
Хаген. Я тебя знаю?
Новенький. Как вы можете кого-то знать, если вы себя не знаете. (Грустно). Такая хорошая наука – логика. (Хагену.) Вы что-то спросили?
Хаген (почти тихо). Что ты делал в спальне Татьяны Рудольфовны?
Новенький (воодушевляясь). Как я люблю загадки. Сейчас, сейчас, только не подсказывайте… (Начинает разгадывать логическую загадку.) Спальня, это от слова «спать». Значит, спальня – место, где спят. Если вы говорите, что я был в спальне Татьяны Рудольфовны, то… (Радостно сообщает решение задачи.) Значит, я там спал! Логично?!
Хаген. Потише.
Татьяна Рудольфовна (входя). Погромче! (Подходит вплотную к Новенькому). Что ты сказал? Что ты делал в моей спальне?
Новенький (испуганно). Спал.
Татьяна Рудольфовна. Спал! Он спал! (Всем.) Вы слышали! Вы слышали? Он спал! (Внятно и громко.) Если б ты спал. Ты не спал. Ты… дрых! (Ходит, рассерженная. Ищет понимания у Медянкиных.) Я 19 лет замужем, я свободная женщина – вы меня понимаете. Я лежу на софе, я читаю фотоальбом, я жду своего адвоката. (Таинственно.) Скрып. (Оглядывает аудиторию.) Дверь! Я начинаю волноваться – входит этот – я начинаю продолжать волноваться, он смотрит на меня – я просто в шоке… Он подходит… Он садится… Он ложиться… Он засыпает! Ну как после этого верить чувствам?
Медянкина. Как я вас понимаю, Та-тьяна Рудольфовна.
Татьяна Рудольфовна. Я его бужу – он вскакивает и убегает.
Медянкина. Как это на них похоже. Вот у меня вчера…
Татьяна Рудольфовна (удаляясь, Медянкиным). Я вам кофточку приготовила.
Медянкины (вместе). Ой, спасибочки вам, Татьяночка Рудольфовна.
Хаген (Татьяне Рудольфовне, вдогонку). Вы его знаете?
Татьяна Рудольфовна. Кого? Дурачка? Сегодня первый раз вижу. (Романтично.) Он мне, конечно, напоминает одного… (Обрывая себя.) Но это не он. Тот был не дурак. Тот был, ох, не дурак.
Входит Охранник с Плотным. Плотный при полном параде – в руках дипломат, шампанское и букет цветов.
Охранник. Татьяна Рудольфовна, к вам пришли.
Татьяна Рудольфовна преображается. Идет львицей к Плотному.