Кукла
Шрифт:
Кукла, а это была именно она, в первый момент решила, что происходящее просто дурной сон. По какой-то причине она заснула на приеме в женском туалете и попала в какое-то Средневековье.
Королева, советники, толпа бедных крестьян, даже палач и тот практически настоящий. А еще осужденный. Уже и не надеется на помилование, но что за страшное преступление он совершил, если наказание смертная казнь?
— Для Вашего Величества определенно, — почтительно поклонился Первый министр.
— А что
— Обычное мелкое воровство. Ничего непростительного, — пожал плечами Первый министр.
— И это повод для казни? — ужаснулась Кукла.
— Ваше Величество любит зрелища, поэтому мы немного сгустили краски, добавив ко всему прочему убийство знатной дамы, — терпеливо произнес министр, чувствуя, что если королева не отпустит платок, он сам вырвет его из рук и бросит вниз.
Правда, после этого проступка его непременно казнят, но зато простолюдинам какое незабываемое зрелище!
— Значит, он ничего такого не совершал? — уточнила Кукла.
— Если Ваше Величество об убийстве, то — нет.
Ужасный сон! Просто отвратительный. Неужели можно приговорить человека к смерти, даже не задумываясь?
Спрятав руку с платком за спину, Кукла задрожала. Хоть это и сон, но какой-то он слишком реалистичный. Хотя, если это ее сон, значит она в нем хозяйка. Не зря же она в образе королевы, а не какой-то торговки с базара.
Выпрямившись на троне, потому что надо соответствовать образу, Кукла вздохнула и, набравшись сил, громко произнесла.
— Приношу свои глубочайшие извинения, — на площади в тот же миг воцарилась тишина, — но мне только что доложили, что осужденный никого не убивал. А значит, не заслуживает столь серьезной меры наказания.
Восхитившись собственной произнесенной речью, Кукла победно улыбнулась. Народ молчал, видимо, остолбенел. Все остальные тоже. Даже палач от неожиданности едва не выронил из рук топор.
Чтобы королева отменила сметную казнь! Такого никогда не было. Даже прежний правитель всегда доводил подобные кровопролития до конца.
— Ваше Величество, что вы творите? — спустя несколько секунд Первый министр пришел в себя.
— Что хочу, то и творю! — бессовестно заявила Кукла, чувствуя себя полноправной хозяйкой собственного сна.
Сейчас вот прикажет отпустить осужденного, и никто слова поперек не скажет, потому что она королева.
— Вы же согласитесь со мной — она встала и обратилась к народу, — что нельзя казнить ни в чем неповинных людей! Любая вина обязательно должна быть доказана. Только после этого следует наказание.
Главный министр стал свидетелем последней пылкой речи королевы. Неужели алхимики прислушались к его словам и сделали Ее Величество
Толпа между тем начала волноваться. Стража с трудом сдерживала народ, чтобы тот не мог ворваться на середину площади.
Кукла видела в каком-то историческом фильме, что стоило королеве поднять руку, как все замолкали. Может, и сейчас подействует? Она осторожно подняла руку. На площади снова воцарилась тишина.
Удивительно! Сон не так страшен, как кажется, если взять ситуацию под коктроль.
— Если вы желаете казни, — начала мнимая королева, — мы продолжим. Но подумайте, на месте осужденного может оказаться любой из вас.
— Когда Ее Величество стала так красноречива? — заметил Второй министр.
— Определенно она заставила простолюдинов слушать, — с неодобрением покачал головой Первый министр.
Даже палач задумался, заслушавшись пламенной речью ненастоящей королевы. Народ одобрительно загудел, и Кукла поняла, что выиграла этот бой. Теперь можно и просыпаться. Но настырный сон не желал заканчиваться.
Народ начал расходиться с площади. Палач снял маску и, захватив топор, покинул площадь вслед за главой Инквизиции. Чудом спасшийся от смерти осужденный пытался освободиться от стягивающих запястья веревок.
— Ваше Величество, благодарю вас за моего сына! — на колени перед Куклой упала бедно одетая женщина.
Обычно королеву передергивало от близости простолюдинов, но в этот раз Элеонора даже не поморщилась. Главный министр довольно покачал головой. Алхимики действительно сотворили чудо. Королеву просто не узнать.
— Он совершил преступление, поэтому все равно останется в тюрьме, — напомнил королеве Первый министр.
— А что он конкретно совершил? — поинтересовалась Кукла, чувствуя, что странный сон слишком затягивается.
— Он вор. Воровал в основном еду. Но это не уменьшает степени его вины, — Первый министр был непреклонен.
— Простите моего сына! — продолжала причитать женщина. — Мы очень бедны. У меня кроме Лукаса еще шестеро детей. Их отец умер.
— Уведите ее! — кивнул Главный министр, и стража, подхватив женщину под локти, потащила с площади.
— Прошу вас, не трогайте ее! — пронзительно закричал Лукас, и попытался помочь матери освободиться. Но со связанными руками это сделать было просто невозможно. Стражники и его схватили.
События разворачивались с молниеносной скоростью и совсем не в лучшую сторону. Кукле, несмотря на то, что происходящее было всего лишь странным сном, стало страшно, что прямо на ее глазах разворачивалась настоящая трагедия. Одной беды удалось избежать, но если сейчас Лукас хоть пальцем коснется кого-нибудь из стражников, ему уже будет не помочь.