Кукла
Шрифт:
Клепа чуть не задохнулся от возмущения, услышав условия сделки, но Гия торопливо добавил:
– Сам знаешь, время дорого. Может, твой клиент сейчас уже с другой стороны подкоп делает.
– Пять, – отрезал Клепа. – Пять минут, Гия. Да заткните вы псину! – гаркнул он подчиненным, застегивая рубашку.
Гия молча кивнул, и Колун вразвалочку направился к воротам. Милиционеры с открытыми ртами следили, как он бережно извлекал из кармана набор отмычек.
Никто быстро продирался сквозь заросли. Голова немного болела, но он не
Никто был немного раздосадован тем обстоятельством, что ему так и не поверили. Хотя вот этот вежливый парень, с манерами иностранца, как-то уж слишком внимательно смотрел на него. Одноглазый уже труп, Никто даже чувствовал исходящие от него тошнотворные миазмы смерти. Жаль, он не увидит его лицо, когда тот будет подыхать.
Никто вышел из леса и вдохнул полной грудью. Он не ощущал никакой усталости, наоборот, был полон сил. Единственное, что его удручало, это роль простого наблюдателя. А Никто хотел принять активное участие в игре. Пусть даже правила диктует не он.
«Как дела, Никто?» — неожиданно раздался в его голове знакомый голосок, и старик остановился словно оглушенный.
«Все идет как надо, Третий на грани, только ты должен сделать одно дело», – продолжал голос, убаюкивая, и Никто слушал с полуоткрытым ртом, как идиот.
Теперь он понял, для чего он был нужен Ей, и его это немного покоробило. Но и ослушаться он не смел. Вместе с тем ему в голову пришла одна шальная мысль. Конечно, он сделает, что Она хочет, и при этом внесет свою маленькую лепту… Так, скажем, для приправы к основному блюду.
Он принял решение. Горячий Ключ он знал как свои пять пальцев и помнил, где расположена дача Клепы. В ближайшей луже он смыл с себя кровь, и быстро зашагал по дороге. Вскоре его подобрала попутка, потом он сел в автобус и через час был возле ворот дачи. Рядом стояла машина Серого, и Никто не без удовлетворения увидел, что Третий (так он окрестил Серого) даже не удосужился вынуть ключи из замка зажигания. Впрочем, машина теперь ему не понадобится, трупам не нужны автомобили. В том, что Третий уже умер или умирает, Никто не сомневался. Он уже хотел залезть в салон, как вдруг увидел приближающуюся машину. Он юркнул в кусты, внимательно следя за ней. Автомобиль остановился, из него вышла миловидная женщина, с ней крошечная девочка. Лицо женщины было озабоченно. Они открыли ворота и зашли на участок. Никто улыбнулся. Какая непростительная халатность. Он неслышно вышел из-за кустов и направился к воротам.
– К тебе пожаловали гости, – сказал Руслан, озабоченно глядя на ворота.
– Это по мою душу, – проговорил Серый. – Кореша с зоны, мать их за ногу. Давай-ка, Рус, уноси отсюда ноги, сейчас тут горячо будет.
– Я хочу увидеть твою дочь, – твердо сказал Руслан.
– Серый! – раздался дикий крик Клепы. – Открой по-хорошему!
– Пошел ты, Клепа, – сплюнул Серый.
Они
– Она выбралась из подвала, – шепотом сказал Серый. Оглянулся на Руслана, лицо его обмякло, словно сырое тесто. – Беги отсюда, Рус. У меня на первом этаже в коридоре лаз, выйдешь с другой стороны забора. Тебе они ничего не сделают. Если останешься – попадешь под замес, сто пудов.
– Я не уйду, – ответил Руслан решительно, хотя внутри у него все ходило ходуном.
Пожав плечами, Серый пошел к дому и вскоре вернулся с канистрой.
– Хочешь – оставайся. Только не мешай мне. Или мне придется пристрелить тебя, – безо всяких эмоций сказал он, опустошая канистру. Он облил гараж, веранду, а остатки вылил на траву. В нос тут же ударил резкий запах бензина. Руслан расширенными глазами смотрел на Серого. Все это время за дверью гаража не переставали скрестись.
– Мой тебе совет, Рус, – словно между делом промолвил Серый. – Никогда не дари своей дочке – у тебя ведь тоже дочь? – никаких кукол. А те, которые есть, выкинь. Или сожги. Хотя если эта тварь воскресла после того, как я ее молотком расхерачил…
В дверь стукнули, и Серый вздрогнул. Удар был сильный, явно не ребенка. Он приблизился к гаражу. Существо, притаившееся внутри, словно знало об этом и издало утробное ворчание. Потом последовал второй удар.
– Сейчас я тебя выпущу. Потерпи, – мягко сказал Серый.
В ответ раздался звериный рев, настолько мощный, что у Руслана на голове зашевелились волосы.
Серый бросил пустую канистру в сторону и поднял ружье. Бамм! Еще один удар. Руслан не верил своим глазам – железная дверь гаража лязгнула и слегка выгнулась наружу, словно была сделана из пластилина.
– Видишь, какая сильная у меня дочка, – измученно выдавил Серый, заряжая ружье. Единственный глаз неотрывно смотрел на выпуклую часть двери. – Она набирает силу с каждой минутой, сейчас я бы даже не справился с ней.
В этот момент неожиданно открылись входные ворота. Первой влетела овчарка, она опрометью метнулась к свежевскопанной клумбе и принялась разрывать землю. Затем вошел Клепа, сжимая в руке пистолет, по обе стороны милиционеры. Через мгновение внутри оказалась другая группа людей, лица их были злобные, мрачные, с сощуренными глазами.
Гия потянул носом:
– Ты что, Серый, керосин стал нюхать?
– Попался, сс-сука, – зашипел Колун, его крючковатые пальцы зашевелились, как паучьи лапы, словно уже пытались дотянуться до шеи Серого. – Давненько не виделись!
– Стоп! – рявкнул Клепа. Его опухшие от бессонной ночи глаза заметили Руслана. – Ты какого хрена тут ошиваешься? Мало неприятностей? Уйди по-хорошему, Рус!
Но Руслан только ближе придвинулся к Серому. Клепа посмотрел на служебную собаку, которая увлеченно раскапывала яму.
– Ритка Фролова… Твоих рук дело? – с присвистом спросил он. – Положи ружье! Где пацан? Только не говори, что в земле!
– В земле, Клепа, в земле, – спокойно проговорил Серый. – Только закапывал я уже жмурика. И убил его не я.