Кукловод
Шрифт:
Не уверен, что смогу точно сказать, сколько это отняло времени, но, по моим ощущениям, минут пять я точно просидел, сцепив кулаки и напрягая каждую жилку в теле. Во время редких послаблений, что давал мне беснующийся внутри меня зверь, я вдруг осознал, что просто умираю от жажды, и это чувство не дает мне полноценно сосредоточиться на моем противостоянии с Силой. Я плохо запомнил момент, когда отдал приказ ближайшей марионетке, но уже через минуту дверь автомобиля распахнулась, и зомби мне протянул прохладную банку Колы.
Я сцапал ее и влил в себя все содержимое даже раньше, чем мой мозг сумел осознать, что я делаю. Прохлада
Спустя буквально пару секунд я уже почувствовал, как по телу прошла волна расслабления, как зловещая буря, разыгравшаяся где-то внутри меня, нехотя улеглась, словно ее и не было. Неспокойная тьма устроилась во мне, словно заснувшая пантера в темной берлоге.
Облегченно выдохнув, я перевел взгляд на смятую в руке банку. Ох уж ты моя спасительница! С этих пор без баночки за пазухой даже в туалет ходить не буду, а то что-то слишком часто меня стало накрывать, а газировка, вроде бы, вполне неплохо помогает совладать с этими приступами.
Я очень надеюсь, что в дальнейшем они не будут усугубляться, и что мне по-прежнему будет хватать сил сдерживать своей волей эти порывы, иначе тогда по улицам мегаполиса прокатится настоящий мор.
В очередной раз отмахнувшись от тревожных мыслей, задвинув подальше размышления о том, почему я снова не чувствую угрызений совести, угробив пятерых человек, я погнал своих марионеток дальше. Отсутствие переживаний, стыда или сожалений становилось слишком уж привычным.
Это были только первые жертвы моей охоты, основная же добыча все еще ждет впереди…
Глава 12
Петр сидел на роскошном мягком диване в обществе двух эффектных красоток, которые кокетливо хихикали над его плоскими шутками, кормили с рук, как султана, подносили ему сладкий коктейль с длинной трубочкой и аккуратно промокали рот салфеткой.
Сам Вуянович пребывал в прекрасном расположении духа и наслаждался вечером по полной программе, чего с ним не бывало с момента… да с того самого момента, как этот ублюдок сломал ему руки.
Он костерил себя последними словами, что пошел на поводу своего любопытства и подошел в тот злополучный вечер к Секирину. Серб давно слышал различные фантастические слухи об этом человеке, которые свято убеждали, что тот умеет разговаривать с мертвыми, и Петр просто хотел устроить ему маленькую проверку. А если б медиум ее прошел, то смог бы заработать на своем таланте столько, сколько ему даже в самом смелом сне не могло привидеться!
Но вместо того чтобы радостно воспринять возможность заработать, этот поганый фраер решил понтонуться перед своей шкурой и послал его! А Петр, с тех пор, как взлетел на вершину своего нынешнего положения, отказов слышать не привык. По крайней мере от тех, кто по его мнению был ниже статусом. Однако попытка проучить зазвездившегося шоумена провалилась с громогласным треском. Причем, дважды за один день. Как оказалось, Секирин был не пальцем делан, и помимо предписываемых ему талантов умел еще махаться так, что герои боевиков бы удавились с зависти. Петр даже в самых смелых фантазиях не мог предположить, что кто-то способен в одиночку уложить одиннадцать человек. Да не просто каких-то левых
Но теперь ставки повышаются, и вряд ли Секирин сумеет сладить с ребятами Цыпина. Потому что он держит у себя в штате исключительно профессионалов, которым лучшие люди Вуяновича будут на один зуб. Петр это очень ясно осознавал и принимал как простую данность. И пусть на мокруху Цыпин и не пойдет, но дерьмо из Секирина выбьет крепко. А после этого он и для Хана станет бесполезным, поскольку не сможет в таком состоянии участвовать в «Бойне». Что уж там, он и защититься уже не сможет, когда к нему наведается жаждущий отмщения Серб с большой группой поддержки.
Признаться, когда слухи о его неудачных разборках с Секириным дошли до главарей Золотой Десятки, (не иначе кто-то из своих же ослов проболтался) Петр уж думал, что его, в лучшем случае, сместят с занимаемой должности. Но вместо этого к нему проявили очень живой интерес к его беде, демонстрируя почти натуральное участие и даже сочувствие, в которые Петр ни на секунду, впрочем, не верил. За глаза над ним больше потешались и глумились, но все равно Вуяновичу очень польстило, что за него вписались первые люди Москвы, и стали разыскивать медиума.
Правда потом что-то пошло не так. Когда нашли Секиринскую шлюху, то оказалось, что тупая стерва снимала ту злополучную драку на телефон, и это видео распространилось по Золотой Десятке быстрее, чем разлетаются по интернету вирусные видео с котиками. После этого, конечно, все прониклись, и смешки в его адрес прекратились, потому что уровень спортивной подготовки медиума заставил проникнуться даже самых крутых быков. Петр мог только этому порадоваться, если б не одно «но». А заключалось оно в том, что Хан, по-видимому, окончательно выживший из ума на старости лет, после просмотра решил, что Секирин должен заменить почившего Борова в предстоящих боях. Вуянович об этом когда услышал, то чуть не сгрыз от злости свои лангеты на руках.
Но теперь-то уж этого медиума не спасет ничье заступничество! Очко, правда, сильно жмыгалось, когда он решил пойти против воли Хана, но жажда мести сумела убедить Серба, что он может провернуть небольшую подлость безопасно для себя. В конце концов, Хаим Шифман, на которого работает Цыпин, с авторитетом давно уже находится чуть ли не в состоянии войны, так что вряд ли они будут рассказывать, что Петр позволил себе вмешаться в планы преступного лидера.
Настроение было настолько превосходным, что он даже не обращал особого внимания на осточертевшие лангеты на руках, из-за которых он не мог жить полноценной жизнью. И огорчало только то, что еще в ближайшие пару месяцев вряд ли сможет, потому что переломы оказались весьма сложные, и, если верить врачебным прогнозам, выздоровление не обойдется без нескольких операций.
Мысли о долгом выздоровлении все же сумели перевесить благодушное состояние Серба, резко вызвав приступ гнева, который прошел по телу волной жара и отразился на лице злобным оскалом. Девки, сидевшие подле него, как увидели искаженное бешенством лицо клиента, сразу испуганно отстранились от Петра, приняв его гримасу на свой счет.
— Успокойтесь, девочки, все хорошо, не обращайте внимания — почти промурлыкал Серб, возвращаясь к сладким мыслям о предстоящей мести, которые быстро вернули ему позитивный настрой. — Хотите я лучше анекдот расскажу?