Кукловод
Шрифт:
Но самое непонятное заключалось в том, что никого из них никогда не было дома. Тогда кто же звонил в «Фоссу»? Маша считала, что ребята работают недостаточно активно. Она бы на их месте давно все выяснила. Например, где работает Конобеев.
Сергею пришлось даже обратиться за помощью к отцу, работавшему в уголовном розыске, чтобы узнать, чем все-таки занимается бизнесмен Конобеев. Отец пообещал узнать, но неожиданно уехал в командировку.
Расследование решили продолжать собственными силами. Например, установить слежку за квартирой. Судя по тому, что ни Сергей,
Вообще-то Никита не так представлял себе работу в «Фоссе» — сиди себе у телефона и жди звонков. Когда давал объявления в газете, отваливая за это большие бабки, думал, что заказчиков будет навалом. По телевизору каждый день передают криминальные новости, преступность в стране не уменьшается, а им почти никто не звонит и не зовет на помощь! Видно, их никто не воспринимает всерьез. И ведь никто во всем городе не знает, что агентство-то детское! Значит, будь они даже взрослыми, было бы то же! Как же так? Неужели люди верят только милиции? Но ведь милиция одна со всем не справится, тем более никогда не станет заниматься всякими мелочами, думал Никита. А мы бы могли… Дети часто обращают внимание на то, мимо чего проходят взрослые. А это иногда помогает схватить конец нити, ведущей к преступнику.
Такие вот глубокие мысли приходили в голову Пузырьку, пока он сидел перед молчащим телефоном, не желавшим выдать ни одного стоящего звонка…
Он очнулся, когда услышал, как из ванной кто-то вышел. Прошло всего несколько секунд, и тут вдруг до него донеслись рыдания.
Приоткрыв дверь спальни, он увидел, что на постели, обхватив руками колени, сидит и плачет русалка. A Маша пытается ее успокоить.
Увидев брата, Маша приказала:
— Принеси йод и бинт… Надо ее перевязать. Я так поняла, что на нее напали и ограбили. И вообще, надо вызвать врача!
Никита поразился, как по-взрослому ведет себя его сестра.
— Хочешь вызвать «скорую»?
— Нет, что ты! Я думаю, нужно позвонить маме. Пусть пришлет к нам тетю Люду, она ведь врач.
— Угу, иди звони, а я пока посижу…
Пузырек страшно заволновался, когда Маша ушла, а женщина продолжала рыдать, и даже как будто застонала… Но Маша вернулась быстро.
— Я до мамы не дозвонилась, но решила действовать без посредников. Сказала Людмиле Николаевне, что к одному моему знакомому приехала родственница и ей стало плохо. Попросила приехать, взяв с собой необходимые инструменты и лекарства. Обещала скоро быть…
Вдруг в дверь позвонили условным сигналом — пришли Сергей и Сашок.
— Привет, Пузырек! На, держи! — Сергей Горностаев вручил Никите большую бутылку кока-колы. — Не зря же тебя прозвали Пузырьком! Ты чего так на меня смотришь? Что-нибудь случилось?
— Тсс… — прошептал Никита, кивая в сторону двери, ведущей в спальню. — Я не один. Там Машка, а с ней…
Ему пришлось со всеми подробностями рассказать о том, кого он нашел в Люблинском парке.
— Клиентка? — не сразу понял Дронов. — У нее проблемы?
— Не знаю. Она ничего не говорит, только плачет. Просто
— Да что ты так расстраиваешься? — похлопал его по плечу более сообразительный Горностаев. — Конечно, ты правильно сделал, что привез ее сюда. Может, на нее действительно напали и ограбили!
— Конечно, ограбили! Ей порвали ухо…. мочку… Словно кто-то, вместо того чтобы расстегнуть сережку, просто вырвал ее…
— Наверно, там были драгоценные камни, — предположил Дренов. — А где она сейчас?
В это время из спальни вышла Маша.
— Я вас так долго не видела, что успела забыть… — грустно улыбнулась она. — Ну, вы узнали, что за люди эти Конобеевы? Только рассказывайте шепотом, Валерия спит… Я ее укрыла двумя одеялами, дала чаю, и она уснула…
— Она сама сказала, как ее зовут? — спросил Никита.
— Да, она сначала долго молчала, а потом решила все же сказать. Видно, поняла, что я ей не враг, а друг. Но врач все равно нужен. Пойдемте на кухню, и вы мне расскажете, что узнали про Конобеевых.
— Значит, так, — начал Сергей, когда они устроились на кухне, предварительно прикрыв дверь. — Мы выяснили, что, кроме девчонки по имени Светка, в квартире никого нет. Может, взрослые в отъезде. А может, и другое… Дело в том, что девчонка слишком напугана, а потому нам не удалось у нее ничего толком выяснить.
— Так вы видели ее? Разговаривали с ней? — спросила Маша.
— Да. Вечером в окнах их квартиры зажегся свет.
— Я забрался на дерево с биноклем, — подал голос Саша Дронов, — и увидел эту девчонку. Она стояла возле окна, как раз напротив меня. Мне показалось, что глаза у нее были заплаканные. Классный бинокль!
— Она тебя не заметила?
— Ты что?! Она-то была без бинокля. Я долго торчал на дереве — все ждал, что за ее спиной кто-то появится. Но больше в квартире никого не было. И тогда мы с Сергеем решили действовать…
— Мы поднялись и позвонили в дверь.
— И она, эта Света, конечно же не открыла, — догадалась Маша. — Во всяком случае, я бы точно никому не открыла. Тем более поздно вечером…
— Ты так и будешь нас перебивать? — строго спросил Сергей. Ему не понравилось, что они словно бы отчитываются перед Машкой. Ведь он, Горностаев, здесь самый главный…
— Нет, Сереженька, извини… — сразу же сдалась Маша и лучезарной улыбкой попыталась загладить свою вину. — Я больше так не буду.
— Но ты права, — смягчился Сергей. — Она нам действительно не открыла.
— Да это и так ясно! — не выдержал Пузырек. Ему было непонятно, как можно так долго обсуждать такие элементарные вещи. Он считал, что Горностаев с Дроновым просто важничают, стараются показать, будто они только и работают, а остальные бездельничают.
— Короче, — вставил Дронов, — она нам не открыла, хотя мы представились ее дальними родственниками, приехавшими в Москву на пару дней из Воронежа.