Кукук
Шрифт:
Повторяем с Севой алфавит. Дошли до буквы «и», которую он забыл.
Я: Какая это буква?
Сева: Ну, запомни мне!
— Настя сказала мне: «А-гу». Что это? Не знаю — что за «А-гу»?..
Я сплю. Сева о чём-то спрашивает меня. Я же не в силах ответить.
— Папа, почему ты не отвечаешь слов?
и
Теперь из Настиных речей:
Настя Севе:
— Не надо кусать! По попе ругать буду!
Настя: О, бокс!
Я: Это не бокс, это — футбол.
Настя: Кидаются мячиком?!
Настя: А это что такое?
Я: Это пенёк. Дерево спилили, и остался пенёк.
Настя: А птички будут орать!..
Я побрился.
— А кто тебе бороду отпилил?
Чуть позже:
— А когда уже будем тебе бороду делать?
Настя за обеденным столом:
— Ну, выключи уже солнце! А то мне всё в глаза светит.
Я: …невоспитанная девочка. Папа её покормил, а она даже спасибо не сказала!
Настя: Das ist aber kein Geschenk![115]
Настя мне:
— Сейчас я скажу маме, что ты плохая игрушка!
Да, я действительно плохая и сломанная игрушка. Брошенная игрушка.
Нашёл у себя также записи речей некой Марго. Сумасшедшая женщина, «претендовавшая» на роль каргИ в «Карге».
— Не надо мне тут мимику устраивать!
— Ты знаешь, как здесь историю преподают?! В школах, знаешь?! Не знаешь?!! А я тем более не знаю!..
— Они ведь лезут нахрапом. Разве я лезу к кому-нибудь, нахрапываю?!
— А всё то мерзкое, гнусное мужичьё! Которые как склочное бабьё…
В помещении типографии, где я теперь работаю (Arbeitstherapie) и зарабатываю деньги для Рустама, на стене читаю следующий текст:
Wer sagt hier: «Ich kann nicht»?
Denken Sie an die Hummel.
Die Hummel hat 0,7 qcm Flьgelflдche bei 1.2 Gramm Gewicht. Nach den bekannten Gesetzen der Aerodynamik ist es unmцglich, bei diesem Verhдltnis zu fliegen. Die Hummel weiЯ das aber nicht — und fliegt einfach.[116]
Была
Я рассказал ей, что первые сдвиги в изучении немецкого у меня начались лишь тогда, когда я тупо зазубрил несколько фраз. Не слов, а именно фраз. Как правило, это были цитаты из фильмов. Такая вот, например, говорит Роберто Бенини: «Ich bin es, Gloria. Ich habe mein Fьhrerschein vergessen. Es liegt auf dem Tisch neben dem Obst». Эта фраза, будучи в контексте фильма, весьма смешна и каждый раз превращается в шутку. Благодаря ей учишь несколько правил сразу, и что самое главное — мелодику языка. Очень быстро я стал чувствовать, что говорю грамматически неверно, т.к. построение предложений звучало коряво. Я сразу мог себя проанализировать и поправиться. Выше приведённый текст про шмеля — один из отличных примеров для домашнего задания. Эту фразу полезно выучить новичкам, и она будет актуальна на протяжении всей жизни. Это в тысячу раз полезнее нежели «Herr Mьller wohnt in einem Haus». Нужно тупо заучивать смешные, содержательные тексты — это единственный метод для неспособных людей типа меня вылезти из постыдного языкового примитивизма.
Я объяснял Марианне также, что в отличие от немцев, русские очень завязаны на идиомах. Все мы нагружены цитатами из фильмов и книг, поговорками и прочими языковыми формулами. Выучив язык по учебнику, иностранцу не просто бывать в русской компании, т.к. он не въезжает в смысл сказанного, не слышит подтекста.
Выучить немецкий анекдот куда полезнее, чем жизнеописания господина Мюллера. Но кто в школах предлагает такие методики? Никто. Нас заставляют покупать учебники, и мы бессмысленно талдычим: «…in einem Haus». Тфу!
Тук-тук-тук! В комнату заглядывает господин Ройч. Мой первый лечащий врач из 5.2. У него подростковое лицо и вечное выражение — только что проснувшегося, но выспавшегося человека — на лице. Он ищет пациента, чьего имени я ещё не знаю. Прежде чем он успевает закрыть дверь, я задаю ему вопрос:
Господин Ройч, я слышал, что господин Рамадани опять в вашем отделении. Это так?
Он: Я не могу об этом рассказывать.
Я: Ну, хотя бы чуть-чуть.
Он: Да, он опять у нас.
Я: Давно уже?
Он: С того момента, как его вернули.
Я: Ясно…
Он: Вам не следует забивать себе этим голову.
Мощный совет.
Вау, значит, это правда!
Я уже ходил как-то мимо пятого отделения. Видел в окнах знакомые лица медперсонала и нескольких пациентов. Т.к. подсматривать часами у меня не было сил, цыгана в окне курилки я не дождался.
На следующий день в отделении была дискотека. Таким образом прощались с тремя пациентами, покидающими клинику. На вечеринке на этой я разговорился с одной девчонкой. Она только что из 5.2. Я спросил её о Рамадани. Та его не помнит. Я начинаю рассказывать его историю, говорю, что он вроде как сейчас должен всё время проводить привязанным к кровати.