Кукук
Шрифт:
Мы пишем объяснительные, а он нас подгоняет: Пишите-пишите быстрей, всем домой пора — чай пить, телевизор смотреть, с девушками гулять…
Потом тут же своему напарнику: Вот ведь 37-й год для них бы организовать. Натворил дел — тут же на стройку в Сибирь. Распоясались они…
Я ему: Ага! Давайте, пока год не закончился, отметим 70-и-летие со дня того самого года и пошлём всех нас куда подальше!.. Юбилейчик отметим!..
А в ответ — тишина.
Просидели в общей сложности часов 5—6. Раз в два часа менты отводили нас в свои кабинеты, чтобы заполнить всё новые и новые документы. В конце концов, мое «дело» состояло из десятка листов.
Мы на тему свободного времени
Начинаем всё больше общаться друг с другом. Половина из нас осознанно пришла на марш, половина попалась случайно. Вспоминаем о прошедших событиях. Кто-то рассказывает, что неоднократно видел, что некоторые из арестованных показывали схапавшим их омоновцам какие-то корочки, и их тут же отпускали. Явные агенты охранки. Сотня разных эпизодов. Кто что заметил да приметил.
Отношение к нам со стороны ментуры — доброжелательное.
Т.к. мы сидели и болтали друг с другом, часто заливаясь смехом, менты спрашивали в шутку: Вам что, делать нечего? Валите отсюда!..
Мы: Так дверь заперта!
Мент открывает дверь: Теперь не заперта.
Мы оцениваем шутку и сидим дальше.
Я без паспорта. У всех остальных паспорта забрали.
Наблюдаем круговорот ментовской жизни.
Мимо проходят менты, доставившие нас сюда. Зло бросают: Ебаные марши!..
Им, оказывается, придётся оставаться здесь до того момента, пока не будут заполнены все документы на нас. А уже вечер.
Вспоминаю, что когда в этих помещениях снимали «Гончих», то услышал голос одного из ментов за закрытой дверью: Чего они тут делают? Что?.. «Гончие»? Опять?! Бля, как ЗАЕБАЛИ эти «гончие»!
Получается: и так не мил, и эдак…
Заходит мент с «лицом кавказской национальности» (т.е. не мент кавказской национальности, а задержанный) и говорит ему: постой, мол, тут в уголке. Так этот человек с неудачным от рождения лицом и стоял все эти долгие часы в том углу як школяр… Мы уже ушли, а он так и завис там послушно.
Забегает женщина, смотрит сквозь нас по сторонам: Так, где?! Никого нет…
Общий хохот. Нас же здесь восемь «несогласных» + кавказец.
От нечего делать читаем правила задержания, что висят на стене. Листов десять текста. В каждом абзаце по ошибке: «котегорически», «окозал»…
В нашу заводь выходит главный чин из автобуса. В званиях не разбираюсь, но выглядел он як хенерал. Грозный на вид, но явно добряк. Настоящий мужик, короче. Не дебил. Вышел к нам, так сказать, постоять, послушать, о чём мы гутарим, прощупать нас на вшивость. Мы его, конечно же, в покое не оставили, начали всякие вопросы дурашливые задавать. В том числе, почему отделение милиции так на гадюшник похоже, в туалет заходить боязно: вонь, грязь… туалетной бумаги… Was is das? Нефти власть до фига продаёт — бабло есть, надо же на ремонт средства выделять…
Он говорит: Ну, это… Нефть не туда течёт.
Я: Да течёт-то она туда, куда надо течёт. А вот деньги, видать, там же и остаются, куда нефть утекла.
Он: А, ну да. Я просто неправильно выразился.
Я: Нефть на запад уходит, деньги за эту нефть зависают в заморских банках, а вам — доблестным стражам правопорядка — загаженные сортиры да несознательная революционно-настроенная молодёжь достаётся…
Не нашёлся чем крыть полковник, или как его там, и «сбежал»…
Всё делопроизводство производится вручную. Ужасно медленно. Ментам приходится чудить, т.к. ничего не сходится. Слышно, как они ругаются между собой. Женщина из автобуса кричит, что омоновцы брали
Наконец-то все бумаги заполнены. Кстати, забавно было писать в протоколе: «С ПРОТОКОЛОМ ОЗНАКОМЛЕН запятая НЕ СОГЛАСЕН подпись».
Были варианты: НЕ СОГЛАСЕН, СОГЛАСЕН, СОГЛАСЕН ЧАСТИЧНО.
МАРШ НЕСОГЛАСНЫХ. МАРШ СОГЛАСНЫХ. МАРШ СОГЛАСНЫХ ЧАСТИЧНО…
Выдали на руки необходимые для адвокатской защиты копии и выпустили с повесткой в суд.
Во всех документах моя улица написана неверно.
Не знаю — отчего так здорово на душе?!
С боевым крещением меня!
Вернулся домой. Родители в панике. Ушёл утром погулять… догадались куда. Отчим начинает нравоучение: Это всё, конечно, хорошо. Права человека — то да сё, но…
Оказывается, по его версии, Лимонов — исписавшийся писатель, который хочет привлечь к своей персоне внимание, играя в политику. Карпов, по его версии — «отходившаяся лошадь» (его он без всяких возражений уважает как личность), действует аналогично. Меня и всех, кто ходит на марши, он назвал неудачниками, ищущей себя молодёжью и т.п. Всё это высказывал эдаким заковырчатым, свойственным ему, занудным языком, что мне пришлось его остановить и попросить прекратить нести всю эту чушь.
Я сказал примерно следующее: Ни Лимонова, ни Каспарова там не было. Однако был его любимый Немцов. Мне абсолютно не важно, кто организовывает эти марши. В данном случае это были «Яблоко» и «СПС». Главное — что эти марши есть. Есть возможность. Если их не могут или не хотят организовывать люди, которых он считает «не исписавшимися» или «не отходившимися», не значит для меня — необходимость впадать в спячку. Очень жаль, что народ не считает нужным, а вероятнее всего уже просто боится, хоть таким вот примитивным образом выразить своё несогласие с тем, что творится в России. Даже просто прийти и постоять на обочине боятся. Ладно там все эти партии со своими интересами, партийными дрязгами… Плевать на них! Но они делают своё дело. А что мы? Вот я, конкретный человек, иду туда, где есть маломальская возможность своим появлением на митинге сказать: Мне не нравится так жить! Я не могу сам организовать митинг, значит, я либо затыкаюсь, либо беру предложенный мне вариант. Я — не ты. Я не могу сидеть дома на жопе и теоретизировать по любому поводу! А потом с умным видом ходить на выборы, которым грош цена, и голосовать за тех, у кого нет никакого шанса влиять на политику в стране, за всех этих твоих «СПС» и «Яблоко». А ты ещё советуешь голосовать за них своим студентам!
Отчим: НЕ ХОЧЕШЬ СЛУШАТЬ, ЧТО ТЕБЕ УМНЫЕ ЛЮДИ ГОВОРЯТ, ТОГДА УЁБЫВАЙ В СВОЮ ГЕРМАНИЮ!!!
На следующий день был в суде. Полный хаос. Никто не знает, куда нас направлять. Бумаги из отделения милиции ещё не принесли. Сидим, ждём. Через 5 (!!!) часов отпустили с новой повесткой на 6-е декабря. Чтобы получить новую повестку, нужно было предстать перед судьёй. Женщина. Хмурая.
Спрашивает: Вы идейный или мимо проходили?
Я: Мимо проходил, до идейности дойти не успел. Тут же в автобус.
Она: Да. Мало вас идейных. Никто Свободу защищать не хочет. Ходатайство о приглашении свидетелей писать будете?
Я: Буду.
Она назвала мне имена двух омоновцев, которые якобы меня задерживали. Почему-то два. Омоновцы московские. Придётся им оттуда на суд тащиться. В это верится с трудом.
Обещали раздобыть и видеозапись марша. Я в нетерпении. Очень хочется посмотреть на свою трусливую фигуру, которая бочком-бочком… а потом меня хвать-хвать и побежали, ножками топ-топ, а я плеер свой выключаю-выключаю. Цирк, но по-прежнему интересно.