Курс чудес
Шрифт:
9. Идолы должны исчезнуть без следа. Порочное мгновение их мнимого могущества недолговечно как снежинка, но не так прекрасно. И вот такой замены вечной благости святого мига и безграничной доброте его ты ищешь? И эту злобу порочных отношений, таких на вид могущественных и так превратно понятых, к фальшивому очарованию которых ты столь привязан, ты предпочел святому мигу, несущему покой и понимание? Оставь же тело в стороне и тихо выйди за его пределы; приветствуй то, чего доподлинно желаешь. А изнутри Его святого храма не оглядывайся назад, на то, от чего пробудился. Ибо иллюзии уже не привлекают разум, их миновавший, оставивший
10. Святые отношения отражают подлинные отношения между Отцом и Сыном. Святой Дух в них покоится, уверенный, что они продлятся вечно. Прочный фундамент этих отношений поддержан вечной истиной; любовь их озаряет улыбкой нежною и ласковым благословением, даримым ею — себе подобным. В таких взаимоотношениях порочное мгновение замещено святым мгновением благополучного возврата. В них путь к подлинным взаимоотношениям по–доброму открыт, и вы пойдете с братом вместе, утешившись в Руках Предвечного, оставив благодарно тело позади. Объятия любви распахнуты, чтобы принять тебя и дать тебе покой навечно.
11. Тело есть идол, вера эго в грех, ставшая плотью и спроецированная вовне. Так вокруг разума возведена воображаемая стена из плоти, держащая его в неволе и под надзором смерти на крошечном пятне пространства и времени; дающая ему не более чем миг, чтобы вздохнуть, погоревать и умереть во имя господина. Такое вот порочное мгновение кажется жизнью: мгновение отчаяния, островок выжженного песка, иссушенный отсутствием воды и ждущий в неопределенности забвения. Здесь Божий Сын действительно задержится на миг, уплатит дань преданности своим идолам смерти и снова продолжит путь. Здесь он скорее мертв, нежели жив. Но именно здесь он делает свой новый выбор между любовью и идолопоклонством. Именно здесь ему предстоит решить: потратить этот миг в хвалебных одах телу или позволить себе принять освобождение. Здесь он способен принять мгновение святое, предложенное ему взамен порочного, им выбранного ранее. И здесь же он способен осознать, что отношения — его спасение, а не рок.
12. Ты, это постигая, по–видимому, всё еще испуган, но не парализован. Мгновение святое теперь ценнее для тебя, нежели его порочный, воображаемый двойник, и ты уже постиг, что подлинно желаешь лишь одного из них. Ныне — не время для печали. Возможно, это время замешательства, но только не уныния. Ты пребываешь в реальных и осмысленных взаимоотношениях. Они столь же подобны твоим реальным отношениям с Богом как равные предметы подобны между собой. Идолопоклонство бессмысленно, и оно — в прошлом. Возможно, ты еще немного боишься брата; возможно, тень страха перед Богом еще преследует тебя. Но что это для тех, кому даны единственные подлинные отношения, превосходящие границы тела? Как долго от них возможно скрывать лицо Христа? Как долго могут они отказывать себе в воспоминании об их взаимоотношениях с Отцом, а память о Его Любви разъединять со своим сознанием?
VII. Согласованность средств и цели
1. Мы уже много говорили о расхождении между средствами и целью, о том, что их необходимо привести к одному порядку прежде, чем твои святые отношения смогут дарить тебе одну лишь радость. Но также говорилось, что средства для осуществления цели Святого Духа придут от того же самого Источника, что и Его цель. Будучи ясным и простым, данный курс весьма последователен. Мнимая непоследовательность или воображаемая трудность
2. Период затруднений, следующий за внезапным сдвигом от грешных отношений к святости, ныне почти окончен. В той мере, в которой ты еще испытываешь затруднения, ты отказываешься предоставить выбор средств Тому, Кто изменил цель отношений. Ты понимаешь, что желаешь новой цели. Но вот желаешь ли ты принять и средство достижения ее? Ежели нет, тогда давай признаем, что непоследователен ты. Цель достигается с помощью средств, и если желанна цель, таким же должно стать и средство. Кто может искренне сказать: "Я этого желаю более всего на свете, но не желаю постигать средств в достижении его?"
3. Для достижения цели Святому Духу нужно от тебя совсем немного. Не нужно Ему большего и для того, чтоб обеспечить тебя средством ее осуществления. Средства вторичны по отношению к цели. И если ты колеблешься, то только оттого, что пребываешь в страхе перед самою целью, а не средством. Запомни это, иначе ты ошибочно поверишь в трудность самих средств. Однако какие могут возникнуть трудности, если средства просто даны тебе? Средства обеспечивают цель и полностью с ней сообразны. Прежде чем разобраться тщательно в средствах, запомни, что если ты считаешь их недостижимыми, твое желание цели поколеблено. Ибо если доступна цель, доступными должны быть и средства.
4. Нельзя увидеть брата безгреховным, воспринимая его телом. Разве же это полностью не согласуется с целью святости? Ведь святость — просто результат твоего решения: позволить следствиям греха исчезнуть, а вечно истинному стать узнанным. Безгрешные не видят тело, поскольку святость — позитивна, а тело всего–навсего нейтрально. Оно — не грешно и не безгрешно. Как всякое ничто (ничто оно и есть), тело осмысленно не наделить чертами эго или Христа. То и другое было бы ошибкой, коль скоро придало бы некие свойства тому, что не имеет свойств. То и другое в целях истины необходимо упразднить.
5. Тело есть средство, с помощью которого эго стремится придать порочным отношениям видимость реальности. Порочное мгновение есть время тел. Но целью здесь служит грех. Грех достижим исключительно в иллюзии, поэтому иллюзия брата как тела полностью соответствует порочной цели, благодаря подобной согласованности, в средствах не сомневаются, а целью дорожат. Видение приспосабливается к желанию, поскольку зрение вторично по отношению к желанию. И если ты видишь тело, то вместо видения ты выбрал суд. Ведь видение, равно как и отношения, не знает степеней. Ты либо видишь, либо нет.
6. Увидевший своего брата телом, заранее осудил его; он брата своего не видит. Не то, чтобы он видел его грешным, он его полностью не видит. Во тьме греха невидим его брат. Во тьме его возможно лишь придумать, и это здесь твои иллюзии о нем расходятся с его реальностью. И отстраняются от нее. Здесь никогда их не приводят к истине, всегда скрывая от нее. Здесь, в темноте, реальность брата мнится телом в порочных отношениях с другими телами, служащим преданно причине, породившей грех за мгновение до смерти.