Кусака
Шрифт:
Коди перестал кружить по клетке. Он стоял рядом с решеткой, но жара не чувствовал — прутья горели холодным огнем. На полу камеры стояла маленькая черная пирамида размером с обувную коробку. Когда полураздавленный рукой Кусаки Коди свисал у твари из-под мышки, он видел, как монстр тронул эту пирамидку башмаком. Она засияла изнутри тусклым фиолетовым светом. Раздалось низкое жужжание, а затем Коди понял, что их с Мирандой сбросили на черный диск, оказавшийся полом клетки. Прутья клетки засветились, и она поднялась в воздух.
Спустя некоторое время (сколько, Коди не знал — с головой у него все еще было плохо) в помещение
Сейчас он пристально смотрел на темную пирамидку. По предположениям Коди, она служила выключателем. Если дотронуться до нее, клетка опустится, а прутья отключатся. Но пирамидка находилась в трех футах под ними и еще в трех — от края клетки. Слишком далеко, чтобы дотянуться, даже если бы удалось просунуть руку между прутьями, не спалив ее до локтя. И все же… Коди не мог придумать иного выхода. Даже не зная, каковы планы Кусаки, он догадывался, что хорошего ждать нечего.
Парнишка залез в карман и вытащил монетку в десять центов, четыре пенни и зажигалку. Какое давление нужно, чтобы выключатель сработал? Могло хватить тяжести ударившейся о него зажигалки… но Коди быстро отверг эту мысль: если зажигалку пробьет, жидкость загорится и пламя охватит клетку. Он снова убрал зажигалку в карман, лег на живот, сделал ладонь «дощечкой» и, прижимая к ней монетки большим пальцем, потянулся к окаймлявшим клетку прутьям. Расстояние между ними было достаточно большим, чтобы рука прошла, и Коди начал осторожно просовывать запястье наружу, благодаря судьбу за свое тощее сложение. В ребрах снова вспыхнула боль. Мальчик судорожно втянул воздух, и от этого движения рука едва заметно отклонилась вправо.
Волоски на предплечье тихонько затрещали, выгорая. Коди держался так неподвижно, как только мог, но рука дрожала от усилий. Ладонь начала потеть. Он попытался передвинуть монетки так, чтобы щелчком отправить их в пирамидку — и мигом лишился десятицентовика и одного пенни, которые упали прямо на пол. Руку сводило, а целиться было некогда. Резким движением запястья Коди бросил обе монетки и увидел, что одна ударилась об пол за пирамидкой, а вторая — слева от нее.
— Черт! — сказал он и втащил руку обратно. Все волоски до середины предплечья выгорели, но кожа была невредима. Однако еще чуть-чуть — и в клетке запахло бы горелом мясом. Руку до самого плеча охватила дрожь. Поняв, что доставать этот выключатель дело довольно безнадежное, Коди отполз от края и сел на корточки, потирая плечо. Он посмотрел наверх. Примерно в восьми футах над головой лучи сходились в одну точку, над которой где-то располагался подъемный механизм клетки. Взгляд Коди вернулся к пирамидке на полу.
— Не может быть, чтобы до нее нельзя было добраться, — сказал парнишка.
— Добраться до кого? —
— Вон до той штуки. — Коди ткнул пальцем вниз, в пирамидку, Сержант увидел, о чем идет речь, и кивнул. — Думаю, она управляет клеткой. Если бы я сумел чем-нибудь потянуть за нее, я бы смог…
— Коди? — страдальчески прошептала Миранда. Девушка пыталась сесть, широко раскрытые глаза налились кровью. — Коди?
Он перебрался к ней.
— Не переживай. Просто лежи и не шевелись.
— Что случилось? Где мы? — Она огляделась, увидела кольцо фиолетовых прутьев. — Рик… где Рик?
— Рик в порядке, — соврал Коди. Она заморгала. — Он перебрался через мост.
— Мы… на что-то наехали, да? Ой… голова… — Миранда нащупала синяк и шишку, сморщилась, из глаз снова брызнули слезы. Она смутно помнила выросшую перед ними на мосту фигуру, столкновение, встряску и ощущение падения. Слава Богу, на этом воспоминания обрывались. — С тобой все в порядке?
— Бывало и лучше. — Коди отвел влажные кудри со лба девушки и пригладил их. Сотрясение мозга, догадался он. — Что-нибудь чувствуешь? — спросил он, растирая ей руки, и она ответила: — Да.
Он взялся за лодыжки.
— Да, — ответила Миранда, и Коди немного расслабился. На руках девушки были ожоги от трения, нижняя губа треснула и распухла, но, по его мнению, если бы он не остановил Кусаку, дело могло обернуться гораздо серьезнее: переломами спины, рук или ног, и, разумеется, шеи.
— Мы въехали в… Бормотуна, да? — спросила Миранда.
Коди слабо улыбнулся.
— Еще как въехали. Он так и плюхнулся на задницу.
— Мне показалось… ты говорил, что умеешь водить мотоцикл.
— По-моему, я отлично справился. Мы ведь живы, разве не так?
— Я еще не уверена. — Теперь настала ее очередь изобразить бледное подобие непокоренной улыбки, хотя в глазах еще плавала муть. — По-моему, мне надо было остаться в Форт-Уорте.
— Угу, только тогда ты так и не встретила бы меня.
— Да пошел ты, — сказала она, и Коди понял, что девчонка выкарабкается. Ее голос снова набирал силу.
Решив, что падать в обморок Миранда не собирается, Коди счел себя обязанным объяснить ей, что случилось и где они находятся.
— Мы в звездолете, — сказал он. — По-моему, в чем-то вроде темницы. В общем, висим в штуке, которую Кусака считает тюремной камерой. — Коди подождал отклика, но девушка молчала. — Кусака мог нас убить. И не убил. Мы нужны ему живыми, что меня отлично устраивает.
— И меня, — сказал Сержант. Миранда подняла голову, чтобы посмотреть, кто это сказал. — Я Сержант, — представился он. — А это вот Бегун. — Он показал на пустое место.
— Бегун — его собака, — быстро объяснил Коди. — Э… Сержант никуда не ходит без Бегуна, если ты понимаешь, о чем я.
Миранда осторожно села. В голове еще стучало, но видела она уже нормально и не вполне понимала, кто же из присутствующих не в своем уме. Тут Сержант начал почесывать невидимую собаку и сказал:
— Спокойно, Бегун. Я о тебе позабочусь
Тогда девушка поняла, что Сержант постоянно проживает в сумеречной зоне.
— Извини, что втянул тебя в такое дело, — сказал Коди. — Надо лучше выбирать, с кем катаешься.
— В следующий раз я так и сделаю. — Миранда попыталась встать, но почувствовала такую слабость, что была вынуждена положить голову на колени. — Зачем оно нас тут держит?