Кузен Марк

Эштон Элизабет

– Ух ты, Рис, - радостно воскликнул он, - ты говоришь о той лошади, которую я гладил? И она теперь будет жить здесь, у нас? Правда? Честно-честно?

Дамарис опустилась на одно колено и обняла мальчика за плечи, привлекая его к себе. На душе у нее стало легко и спокойно.

– Честно-честно, - подтвердила она, - и я научу тебя ездить верхом, хотя, наверное, Шиба будет великовата для тебя. Вот пони был бы в самый раз...

– Постой-ка!
– рассмеялась Хелен.
– А где ты собираешься разместить всю эту конюшню?

– Это зависит от мистера Престона. Возможно, я смогу арендовать где-нибудь небольшой луг и сарайчик.

– Так

ты что, собираешься поселиться вместе с нам?

Дамарис встала, выпрямляясь во весь рост.

– Если, конечно, вы не возражаете.

– И ты еще спрашиваешь?
– всплеснула руками Хелен.

Эта новость привела Дэвида в неописуемый восторг.

Мэри также обрадовалась, узнав о ее решении. Дамарис не стала вдаваться в подробности, просто сообщив своим друзьям, что помолвка расторгнута. Обе женщины окружили ее заботой и вниманием, догадываясь о том, что Марк, должно быть, чем-то ее сильно обидел. Хелен надеялась, что со временем страсти улягутся, и ее бывшая воспитанница все-таки доверится ей, однако, сама не спешила с распросами. Дамарис попросила ее и Дэвида сопровождать ее во время предстоящей поездки в Лонсестон, не желая отправляться в столь дальнее путешествие в одиночку, и обоими это приглашение было воспринято с энтузиазмом. Город находился вблизи границы графства Девоншир, раскинувшись у подножия холма, вершина которого была увенчана руинами норманского замка. Дэвид был зачарован видом живописных руин древней крепости, мрачно возвышавшейся над горизонтом.

– Рис, а мы пойдем туда?

– Может быть, если останется время.
– Она взглянула на Хелен.
– Раз уж приехали, то давайте задержимся здесь на целый день. Пока я буду у мистера Престона, ты позвони Мэри и спроси, сможет ли она сегодня обойтись без нас. Ждите меня в кафе "У замка".

Офис нотариальной конторы "Престон, Полдарк и Престон" располагался на узенькой улочке, в доме старой постройки с резными наличниками над окнами с ажурными чугунными решетками - подходящее место для хранителей архивов, подумала Дамарис. Накануне вечером она позвонила, чтобы заранее договориться о встрече, так что ее сразу же проводили в кабинет к мистеру Престону. Стены комнату от пола до потолка были заставлены полками с многочисленными томами юридических справочников и сборников законов в кожаных переплетах, от которых пахло пылью веков. Мистер Престон встал из-за своего большого, как баржа стола и вышел ей навтречу. От его беззаботно-отпускного вида не осталось и следа, он выглядел таким же сухим и запыленным, как и его книги. Они обменялись несколькими формальными фразами, в то время, как он предложил ей занять круглое кожаное кресло, а затем возвратился за свой стол, пытливо разглядывае ее сквозь стекла очков.

– Ну что ж, моя дорогая, рассказывай, к чему такая спешка? Когда вчера вечером ты звонила мне домой, то сказала, что дело не терпит отлагательств.

Дамарис принялась излагать суть своего вопроса, не упоминая имени Розиты, и старый нотариус выслушал ее сбивчивый рассказ с явным недоумением.

– Но моя милая девочка, - попытался возразить он, когда она закончила говорить, - насколько я понял, все было улажено. Сэр Марк был здесь лишь вчера, чтобы обсудить этот вопрос.

– Сэр Марк, - сказала Дамарис, сверкнув глазами, - обманул меня.

Мистер Престон нервно откашлялся.

– Успокойся, детка, если между вами произошла небольшая ссора, то с влюбленными такое случается...

Дамарис горько усмехнулась.

– Поверьте мне,

между мной и сэром Марком нет и никогда не было никакой любви, и его симпатии, - она сделала ударение на последнем слове, не имею ко мне никакого отношения. При таких обстоятельствах я считаю, что выходить за него замуж было бы по крайней мере аморально.

Лицо мистера Престона подобрело, и он ласково проговорил:

– Дамарис, тебя всегда так опекали и берегли от дурного влияния, что ты просто ничего не знаешь о мужчинах. Сэр Марк - взрослый человек, так что вряд ли стоит тешить себя иллюзиями на тот счет, что у него не было никого до тебя, но, разумеется, когда он на тебе женится, то все это прекратится само собой.

– Я в этом не уверена, - натянуто возразила Дамарис, с болью вспоминая страстный голос Розиты и не менее чувственный ответ Марка.
– Он ведь наполовину испанец, не так ли?

– Его мать была родом из Латинской Америки, но ты ведь и раньше знала об этом. Да и какое это имеет значение?

– Только то, что о патологической склонности латиноамериканцев к изменам слагают легенды.

Мистер Престон не сразу нашелся, что ответить.

– Но сэр Марк является твоим опекуном, - строго сказал он.

– После того, как мне исполнилось восемнадцать лет, опекун мне был уже не нужен, - резонно заметила она, - так что на самом деле у него никогда не было никаких законных оснований распоряжаться моей судьбой.

– Да, но он оплатил твою учебу.

В глазах Дамарис загорелись недобрые огоньки.

– К сожалению, это так, но идея с пансионом мадам Лебрен принадлежала ему, а не мне. Лично я предпочла бы остаться дома и никуда не уезжать.

– Ну и что именно ты предлагаешь?
– обеспокоенно спросил он.

– Как я уже сказала, я готова отказаться от всех притязаний на Рейвенскрэг, - твердо заявила Дамарис.
– Надеюсь, тех денег, что у меня есть, хватит на то, чтобы на них жить. А если нет, то я смогу устроиться на работу.

– Думаю, что если ты не станешь шиковать, то твой доход тебя вполне устроит, - заверил ее мистер Престон.
– А когда тебе исполнится двадцать один год, то ты сможешь рапоряжаться капиталом по собственному усмотрению.

– Значит, я смогу вложить их дело?
– сказала она, думая о Мэри.

– Да, но все же советую тебе хорошо подумать, прежде чем предпринимать какие-либо действия в этом направлении.
– Он испытующе разглядывал ее.
– Это мисс Кэрью постаралась? Оно и понятно. Она никогда не одобряла решения сэра Хью.

– Нет, Керри тут не при чем, но она предложила мне пожить у нее, что для меня сейчас весьма актуально.
– Внезапно она ощутила себя беспомощной и одинокой.
– Мне бы хотелось забрать из поместья свои вещи. Книги, картины и мою лошадь.

– Вполне разумно, - согласился он.
– Не сомневаюсь, сэр Марк будет великодушен, но ты зашла слишком далеко, чтобы прямо сейчас дать отступного. Насколько я понимаю, твоя помолвка уже получила большую огласку, и сообщения о ней появятся во всех местных газетах.

Дамарис сжала кулаки, вспоминая, какие надежды она возлагала на тот вечер, и каким неожиданным разочарованием все это в итоге для нее обернулось.

– Да, все правильно, - согласилась она.
– Мы просто будем делать вид, что ничего не произошло, а потом, когда все страсти улягутся, поместим крохотное объявление, извещающее, что свадьбы не будет - я ясно выражаюсь, да? Тем более, что она в любом случае состоялась бы не раньше, чем через год.