Лабиринт розы
Шрифт:
Восемь лет назад родители помогли Алексу с Анной — она была уже беременна Максом — взять ссуду и купить дом напротив особняка. Он был недалеко от работы и расположен у воды, что особенно оценил Алекс, а его жену привела в восторг почти сельская атмосфера квартала. Анна с сыном остались жить здесь, и, навещая их, Алекс не раз подумывал о том, как было бы хорошо, если бы он возвращался ко всем троим — Анне, Максу и дому с двумя милыми деревцами — на прежних правах хозяина.
Нельзя сказать, что раньше он не ценил их, но его работа в отделении по пересадке органов и занятия наукой требовали полного самопожертвования и отнимали бесконечно много времени, которое он охотно отдавал, не замечая, что без
Для своего возраста Макс был высоким мальчиком, а его зеленовато-карие глаза очень напоминали отцовские. Услышав звонок, он метнулся к дверям: Алекс приехал забрать его на выходные.
— Я сейчас тебе что-то покажу! Это потрясающе! — Не дожидаясь, пока Алекс снимет в прихожей пальто, Макс потянул его на второй этаж. — Я играю с новыми «Симсами», которых ты мне тогда принес! Ты не представляешь, папочка, что они выделывают!
Анна, опасаясь, как бы сын окончательно не утащил гостя наверх, вышла в прихожую. Ее светлые волосы были аккуратно сколоты на затылке, длинная кремовая блуза с пояском и брюки в тон составляли скромный, но элегантный ансамбль. Похоже, она собиралась уходить, и Алекс обрадовался, когда она без всякой поспешности спросила:
— Ты на сегодня закончил, Ал? Может, задержишься ненадолго и выпьешь вина?
Она окинула бывшего супруга заботливым взглядом. С Алексом они прожили вместе немалое время, и она уважала его и как человека, и как хорошего отца. Вид у него был измученный, как бывает, когда целый месяц не удается выспаться. Вероятно, так оно и было. Но какие бы демоны ни осаждали Алекса, он боролся с ними в одиночку, никому не поверяя то, что было на уме и на сердце. Обсуждать свои планы только с собой стало одной из его привычек, и, по мнению Анны, худшей из них.
— Спасибо, Анна, с удовольствием. Этот день, кажется, никогда не закончится. — Он двинулся на кухню вслед за ней. — Звонил папа и сказал, что надо бы поговорить с коронером без протокола, хотя окончательного заключения следствия придется ждать не меньше пары месяцев. Я с шести утра на работе, а сегодня вечером мне надо заняться вещами Уилла, которые еще остались у меня на квартире. Я их уже более-менее разобрал, кое-что можно будет отдать в благотворительный фонд. И сегодня же страховщики вернут нам его мотоцикл. Он практически не поврежден, но я теперь не знаю, куда его деть. Думаю, снова переправлю его в деревню, а потом, скорее всего, продам. В этом весь Уилл, не правда ли? Поселился, а выселиться толком не смог. Он с самого мая одной ногой у меня, а другой — неизвестно где, и привыкнуть к этому было невозможно.
Заметив, что Алекс держится спокойно, Анна подала ему бокал.
— Тебе, наверное, потребуется помощь? Все-таки работа не из легких…
По ее тону можно было понять, что она не столько ищет его согласия, сколько предлагает поговорить. Макс по-прежнему висел на руке у отца, как видно, не собираясь так скоро от него отстать, но Анна поняла, что еще мгновение — и момент будет упущен. Необходимо было срочно куда-нибудь услать сына, чтобы побыть с Алексом наедине.
— Макс, дай нам с папой десять минут: нам нужно кое-что обсудить, а потом мы вместе поднимемся к тебе и посмотрим, как ты играешь.
Убедить мальчика оказалось не так-то просто, но Анна
Макс тут же унесся прочь, а Алекс прошел вслед за Анной в гостиную. Комната была оформлена по-новому: некогда любимый Анной сельский стиль сменили современные веяния, придававшие интерьеру ощущение чистоты, света и объемности. Белые лилии в безыскусной стеклянной вазе, белая ароматическая свеча, навевающая целомудренные мысли, на стене — полотно в духе Энгра.
Алекс опустился в кресло подле растопленного камина. Он сразу же поинтересовался сыном — упоминает ли Макс дядю в разговорах с ней и сильно ли он переживает?
— Примерно так же, как и ты. — В голосе Анны печаль слилась с иронией. — Он почти ничего не говорит, если я сама не спрошу.
Алекс распознал критику и заставил себя улыбнуться:
— Я с ним побеседую.
— Я так поняла, что осталось еще много рутинных дел?
— Это просто кошмар какой-то! — Алекс редко употреблял подобные слова. — Ты ведь знаешь, пока папа находился в больнице, нас ограбили. Невероятное совпадение. Полиция уверена, что это ребятишки, потому что украли только деньги по мелочи, CD-диски, но не взяли никаких ценностей, например мамины украшения.
Анна слышала об этом на похоронах и была искренне покороблена чужим бессердечием. Впрочем, вскоре она пришла к мысли о том, что злоумышленники, кем бы они ни были, скорее всего, просто-напросто соблазнились отсутствием хозяев, едва ли зная о постигшей их трагедии. Иначе как бы они решились?…
— Беда никогда не прихо… — начала она, но Алекс перебил:
— Но все-таки нескольких вещей не хватает, как мы теперь поняли. Нет двух-трех старинных маминых книг, в том числе семейной Библии, подаренной ее бабушкой. Эта книга передавалась из поколения в поколение; я думаю, она весьма ценная и совершенно уникальная. Все поля в ней исписаны пометками и датами рождений и смертей многих наших предков.
Анна только потрясенно качала головой.
— И пропал небольшой портрет, который очень много значил для всех нас. По сути, почти миниатюра. Там изображена дама; судя по ее платью, это конец шестнадцатого века. Очень напоминает стиль Хиллиарда, [27] но, скорее всего, писал не он, как нет и никаких предположений, кто мог бы ему позировать. Эта картина тоже пропала. Я знаю, что мама ею очень дорожила.
— Да-да, теперь припоминаю — на Дианином столе… Там такой густой синий фон. Выходит, они знали, что брать: то, что могло представлять собой немалую ценность?
27
Хиллиард Николас (ок. 1547–1619) — английский художник, мастер ренессансной портретной миниатюры.
— Получается, что так. В полиции теперь тоже пересматривают первоначальную версию. К тому же все в деревне единодушны насчет того, что это не мог быть кто-то из местных. — Алекс невесело улыбнулся. — Людям кажется, в Лонгпэрише никто на такое не способен.
— Как ты сам думаешь, что в результате решат коронеры, Ал?
Анна старалась совладать с дрожью в голосе: она до сих пор не смирилась с гибелью Уилла. Прошел уже месяц, а она все еще по привычке надеялась, что он вот-вот позвонит. Как вообще мог умереть такой жизнелюб? После развода с Алексом в число огромных потерь попал и Уилл — брат, которого ей всегда недоставало. С Анной он был добр, с Максом — смешлив и всегда спешил откликнуться на ее призыв SOS, когда Алекс оказывался занят. Теперь его отчаянно не хватало. Что до Генри и Алекса — наверное, только Бог мог в полной мере оценить степень страданий, выпавших на их долю.