Лабиринт Сумерек
Шрифт:
– И правда, – он усмехнулся, – прости, Эристо. Что-то я стал не в меру подозрительным…
– Забудь, – она уже разворачивала карту Эртинойса, – гляди сюда. Вот Хатран. Предположим, что наша жрица, которую, к слову, зовут Нитар-Лисс, движется на запад. А мы, потеряв почти семь дней, уже не нагоним ее… Но можем обогнать, если воспользуемся дорогами древних кэльчу. Воспользуемся вратами, что неподалеку от Хатрана…
Эристо-Вет провела пальцем по точкам, обозначившим пути кэльчу. Вторые врата, из которых они могли появиться, расположились
– Мы дождемся ее там, – уверенно сказала ийлура.
– Если только она никуда не свернет, – пожал плечами Дар-Теен, – твой план балансирует на грани безумия, дорогая. Впрочем, как всегда.
– Зато у нас появится шанс узнать, что разыскивает Нитар-Лисс и зачем тащит с собой того раба. В конце концов, – Эристо-Вет подмигнула, – я никогда до конца не доверяла синхам, даже если синх – мой учитель.
Дар-Теен, прищурившись, смотрел на нее. И было совершенно неясно, что за мысли крутятся в голове этого северянина. Затем он поинтересовался:
– Скажи, о многомудрая, даже если мы обгоним Нитар-Лисс, как ты узнаешь, где она?
– Принесу жертву Сумеречному Отцу и сама проведу ритуал. – Эристо-Вет беззаботно улыбнулась. – Собираемся, Дар-Теен.
…К несчастью, сборы затянулись. И двух резвых щеров им удалось купить только к вечеру – как назло, во всем Альдохьене не оказалось ни одного щера на продажу. Пришлось Дар-Теену отвалить немало золота синху, чтобы тот уступил им своих зеленых тварей. Так что выехали они далеко за полдень.
У ворот их нагнал торговец-кэльчу на маленьком, но юрком щере.
– Да пребудет с вами благословение Хинкатапи, – вкрадчиво проговорил он, слегка пришепетывая, – слыхал я, в Хатран путь держите?
Ийлур досадливо поморщился, а Эристо-Вет, не подозревая ничего дурного, просто ответила:
– Да, в Хатран. А почему это тебя интересует, уважаемый?
– Я тоже еду в Хатран. – Темные глазки кэльчу умоляюще перебегали с лица Эристо-Вет на лицо Дар-Теена и обратно. – Неспокойно нынче на дорогах. Позвольте ехать с вами? Я… Я хорошо заплачу.
– Шейниров хвост, – с чувством сказала Эристо-Вет, – ну поезжай, Фэнтар с тобой. Только не докучай нам, не то останешься без языка.
Это означало, что на протяжении всей дороги им с Дар-Тееном придется старательно выбирать темы для разговора.
– Да наполнит Хинкатапи ваши кошельки! – с чрезмерной горячностью воскликнул кэльчу. – И что за времена настали? По дорогам шатаются, в городе шатаются… Вон, слышали, вчера прорицательницу убили?
– Что?..
Эристо-Вет покрепче вцепилась в седельную луку. А торговец взахлеб принялся рассказывать о том, что жила в Альдохьене некая Эльваан, известная прорицательница, и что вчера нашли ее голову…
– Ну у нее совиный череп у входа висел. Чтобы внушить должное уважение, – тараторил кэльчу, – так вместо того черепа… ее голову… Страх-то какой! И на полу в доме надпись на элеанском, кто мог прочесть – поскорее
Дар-Теен, ловко управляя своим щером, поддержал спутницу под локоть. Прошептал:
– Да что с тобой?
– Я… была у этой элеаны… Со своими вопросами, – выдохнула ийлура, – что, побери меня Шейнира, происходит? Ин-Шатур, теперь Эльваан…
Он пожал плечами:
– Нам просто следует быть осторожными. Очень.
Глава 7
АССАСИН ТЕМНОГО ХРАМА
Город синхов вынырнул из-за узорчатой завесы джунглей столь внезапно, что Лан-Ар даже растерялся. Ведь казалось, что они все время брели по нехоженым местам, то прорубаясь сквозь колючую поросль акаций, то путаясь в повисших, словно волосы, лианах. А потом – раз! – и перед Лан-Аром выросла желтая стена, невысокая, с округлой кромкой и как будто слепленная из песка. Чуть поодаль, шагах в двадцати, в зелени южного леса вдавалась смотровая башня мягких очертаний с узким глазом единственной бойницы; была она немногим выше городской стены, и Лан-Ар в недоумении плечами пожал: толку-то с этой башенки?
Рядом, тяжело дыша, остановилась Нитар-Лисс. Ей, привыкшей проводить время в библиотеке Храма или же в седле щера, было тяжело с непривычки идти по лесу, даже налегке – Лан-Ар тащил на себе их единственный, а оттого несусветно тяжелый мешок.
– Ну вот и пришли, – сказала ийлура, сдувая упавшую на глаза прядь, – осталось добраться до городских ворот.
Прихрамывая, она медленно двинулась вдоль стены, затем обернулась:
– Ты идешь?
– Здесь как-то слишком тихо, – нахмурился Лан-Ар, – не нравится мне это.
Нитар-Лисс беззаботно махнула рукой:
– Брось. Вокруг поселений синхов всегда тихо. Это тебе не свободные города в Диких землях. Пойдем же.
Лан-Ар только вздохнул. Темная ийлура, за которой он шел, сам толком не понимая зачем… Было видно, что она устала и едва держится на истертых в кровь ногах и что все, о чем мечтает – это добраться до жилья, нормально поесть, полежать в горячей ванне с ароматическими травами, а после заснуть в мягкой и чистой постели. После нескольких дней перехода Нитар-Лисс имела крайне плачевный вид; лицо осунулось, похудело, и глаза, казалось, стали еще чернее и глубже. А исцарапанные руки так и светились синими жилками, с каждым днем становясь все прозрачнее и прозрачнее.
– Ну пойдем, – проворчал ийлур и двинулся следом.
Очень вовремя, поскольку ковыляющая впереди Нитар-Лисс опасно покачнулась.
– Покровители… Голова закружилась, – выдохнула она, освобождаясь от поддержки Лан-Ара. И тут же добавила: – Все бы отдала за хорошую ванну!
Ийлур промолчал, все еще чувствуя на ладонях тепло ее легкого тела, а про себя подумал, что они выбрались из чащобы вовремя, поскольку слабеющая Нитар-Лисс в любую минуту могла слечь с лихорадкой, и тогда – все.