Лабиринт Сумерек
Шрифт:
А Дар-Теен, похоже, ничего и не видел – стоял и преспокойно разглядывал свое отражение.
«Игры Шейниры, не иначе». – Эристо-Вет тронула ийлура за локоть:
– Пойдем.
И, одновременно толкнув легкие створки, они шагнули в Зал Молитв.
…По традиции это помещение имело форму квадрата – фигуры устойчивой, а потому формой идеального равновесия сил. Вдоль белоснежных стен дымились курильницы, легкие и ажурные; забранное слюдой круглое отверстие в потолке давало мягкий, чуть приглушенный свет. И сизое кружево
В этот час Зал Молитв был пуст.
– Что дальше? – тихо спросил Дар-Теен, озираясь по сторонам. – Похоже, твой план начинает трещать по швам?
Эристо-Вет вскинулась было, хотела сказать в ответ что-нибудь язвительное, но, взглянув на ийлура, поняла: он вовсе не хотел ее обидеть.
– Что будем делать? – Дар-Теен хмуро кивнул в сторону алтаря: – Неужели ты хочешь идти дальше?
Она развела руками:
– В келью Ин-Шатура иначе и не попасть.
– А как же одежды послушников?!! – И тут же, схватив ее за руку, потащил прочь из Зала.
– Ты что? – Эристо-Вет выдернула ладонь из его сильных пальцев. – Совсем ума лишился?
– Прачечная, – на ходу бросил Дар-Теен, – мы совсем забыли, что одежды послушников время от времени стирают и делают это в храмовой прачечной. А вход туда с заднего двора.
…Миновав врата Познания, Эристо-Вет все-таки не удержалась и обернулась. С замиранием сердца, но все же глянула на отражение уходящего от зеркала Дар-Теена. Со спины он был самым что ни на есть обычным ийлуром.
«Уфф… Привиделось». – И она облегченно вздохнула.
Не прошло и часа, как два послушника, смиренно опустив головы и глубоко надвинув капюшоны, вошли в Храм через черный ход. Дальше – тут Эристо-Вет пожалела, что в свое время уделяла слишком мало внимания урокам истории, что давал метхе Альбрус. Ведь он рассказывал и о том, как строились храмы Фэнтара, и даже набрасывал примерный план расположения служебных и жилых помещений; будь тогда Эристо-Вет поприлежней и не пришлось бы стоять на перекрестье четырех коридоров, каждый из которых куда-то вел.
– Должна признать, все не так гладко, как казалось, – пробурчала ийлура.
– Ты не знаешь, куда идти?
Дар-Теен повертел головой, тщась разглядеть что-либо в конце коридоров. Затем присел на корточки, потер ладонью пол.
– Нам туда.
– Это почему же? – Ийлура подозрительно заглянула в темный проход. – Я, конечно, не против, но…
В синих глазах Дар-Теена запрыгали озорные искорки.
– Мне кажется, что по этому коридору ходит больше ийлуров, чем по прочим. Значит, он ведет в какое-то важное помещение. Ну а там…
– Верно. Там мы спросим, где келья Ин-Шатура. – Эристо-Вет уже спешила по выбранному коридору. – В конце концов, это был отмеченный Фэнтаром ийлур, причем невинно убиенный… Отчего бы не посетить его келью?
– Если
– И то верно, – легко согласилась она, – надо быть ко всему готовыми… О, вот и трапезная!
Коридор, истоптанный обитателями Храма, привел их к пище.
– Кажется, я начинаю понимать, отчего мы никого не встретили по дороге, – задумчиво пробормотал Дар-Теен.
– Угу. – Она растерянно кивнула.
Растерянно – ибо зрелище, представшее перед ними, было достойно кисти самого мастера Лео-На.
Эристо-Вет и Дар-Теен стояли на пороге зала очень внушительных размеров. От стены до стены были расставлены длинные, потемневшие от времени столы – и если бы Эристо-Вет смогла взлететь под самый потолок, то она непременно бы решила, что сверху трапезная напоминает хвост енота: темная полоска стола – белая полоса мраморного пола. Послушники, посвященные, храмовые рабы унизали каждую скамью, словно бусины шелковую нить; и вся эта братия размеренно и энергично поглощала содержимое мисок, почти одновременно отправляя ложки в рот и затем черпая следующую порцию кушанья.
Пахло топленым маслом и подгоревшей кашей. Из арочного проема, наверняка ведущего на кухню, показался храмовый раб в грубой темно-коричневой рясе. Ворочая по полу тяжелый котел, он принялся двигать его к краю одного из столов.
– Никогда не видел ничего подобного, – признался Дар-Теен, – но… Мы что, пойдем туда?
Эристо-Вет потерла переносицу, ей отчаянно хотелось чихнуть; малоаппетитный аромат подгоревшей еды нахально щекотал в носу. Пробормотала нерешительно:
– Н-нет… наверное, не стоит.
И они стали дожидаться окончания трапезы в коридоре.
…Жертва появилась довольно скоро. Это был широкоплечий, плотный ийлур, но такой низкорослый, что на него не нашлось одеяния подходящего размера. Семеня по коридору, он то и дело наступал на край рясы, поминал недобрым словом Шейниру и, подоткнув подол за пояс, торопился дальше. Принятые меры помогали, но ненадолго, он опять спотыкался, едва не падал – и все повторялось сызнова, ровно до тех пор, пока он не наткнулся на преградившие ему путь две фигуры. По его желтому лицу пробежала нервическая судорога, и он стал как вкопанный.
– Да пребудет с тобой Пресветлый, – пробасил Дар-Теен.
– И вам того же. Позвольте пройти.
Бесцветные, словно выгоревшие на солнце глазки ийлура перебегали от Эристо-Вет к Дар-Теену; он силился вспомнить, где видел этих послушников…
– Только один вопрос, – ийлура была сама почтительность, – мы прибыли издалека, чтобы повидать посвященного Ин-Шатура…
– Это невозможно, – отрубил послушник и нервно затеребил жидкую белобрысую бороденку, – вы не можете его увидеть.