Лада
Шрифт:
— Дядь Никит, сделай, — умоляюще попросил Всемил. — Уж больно жаль выкидывать, хорошая бляха.
— Я бы с радостью, Всемилушка, ну да только инструмент мой в прошлой жизни остался, не брал я собой ничего.
— Я сейчас, — Лада отбросила недошитую рубаху и побежала в дом, а через некоторое время вышла, таща с собой объёмный сундучок. — Вот, — поставила она сундук пред отцом и счастливо улыбнулась.
— Ладушка, — ахнул Никита. — Ты инструменты мои с собой взяла.
— Взяла, — кивнула девушка. — На всякий случай, подумала, вдруг понадобятся. И вот понадобились.
— Теперь смогу, — Никита втащил нужные инструменты и проволоку, любовно посмотрел на них, забрал у парня ремень и принялся над ним колдовать. Всемил суетился вокруг спрашивая что будет и предлагая то одно то другое. Никита кивал, и готовил бляшку к работе.
— Молодец, — тихо сказал Ратибор, тоже с улыбкой наблюдавший за братом и дядькой. — Я боялся, он никогда не вернётся к прежнему ремеслу, а теперь, чем боги не шутят.
— Только бы не спугнуть, — прошептала Лада. — Только бы у него получилось всё.
— Получится, — уверенно сказал Ратибор. — Ты только не дави.
Когда на улице стемнело и стало совсем холодно, перебрались в дом и там Никита до самой глубокой ночи продолжал возиться с ремнём Всемила.
— Посмотри как вышло! — похвалялся Всемил утром. — Дядь Никита, у тебя золотые руки, такого ремня ни у кого нет.
— А птица-то какая вышла, — Лада разглядывала работу отца. — Прямо сокол, и пёрышки и коготочки. Как ты это сделал?
Никита польщено улыбнулся.
— Дядь Никита, а можно мне тоже что-то подобное? — спросил Ратибор, немного смущаясь.
— А, завидно стало, — воскликнул Всемил и тут же получил тычок от Лады.
— Сделаю, Ратиборушка, — улыбаясь, пообещал Никита. — Ты подумай что хочешь, а я вечером сделаю.
— А вот сегодня ещё ребята увидят, тебя работой завалят, дядь Никита, — уверенно заявил Всемил.
— Не говори гоп, — строго велела Лада, — и вообще, не опоздаете ли?
— Опоздаем, — кивнул Ратибор, — Пошли, Всемил, — он подтолкнул брата к двери.
— Мне тоже пора, — Никита забрал свой свёрток с обедом. — Не скучай, Ладушка, — он поцеловал дочку и ушёл. Лада проводила отца взглядом до калитки и счастливо улыбнулась, а потом набросила на плечи тёплый жилет и побежала к молельному месту, чтобы поблагодарить богов за то что Никита снова любимым делом увлёкся и попросить помочь ему и дальше.
Боги Ладу услышали, с каждым днём Никита всё чаще садился за ювелирную работу. И пусть он делал не золотые серьги с камнями драгоценными, а украшал бляхи дружинникам, но работы было много и за неё платили. Когда основной поток дружинников, желающих ремни свои украсить, пошёл на убыль, Никита нашёл в сундучке с инструментами немного серебра и наделал из него небольших, но очень затейливых и красивых женских серёжек. Лада отнесла их к дружинной избе и дружина всё раскупила подругам да жёнам на подарки. Вслед за дружиной работой Никиты заинтересовались и стражники, которым тоже хотелось и ремни и жёнам недорогие подарки, а за стражей и прочие горожане потянулись. Теперь каждый вечер, вернувшись из лесу, Никита брался за ювелирный инструмент. Лада даже начинала
— Пусть во вкус снова войдёт, — говорил он, — А там денег немного подкопим и купим ему золота, чтобы подороже украшения получались.
Лада, вздыхала и соглашалась, правда стала следить за тем чтобы отец за полночь не засиживался и гнала его спать.
* * *
— Лада, это Егор, — представил друга Ратибор, когда вытащил в один из выходных дней девушку на ярмарку.
— Да мы уж знакомы, — улыбнулся мужчина. — Я же окно вам чинил, Лада меня потом чаем угощала.
— Точно, — стукнул себя по лбу Ратибор.
— Ратибор, а кто это? — Лада кивнула на двух высоких молодых мужчин, очень похожих друг на друга.
— Данила с Нилом, — Егор и Ратибор, кивнули знакомым. — Драконы.
— Это прозвище такое? — уточнила Лада.
— Нет, это их сущность, — ответил Егор. — Они оборотни, только оборачиваются не в дерево или волка, а в драконов.
— Держись от них подальше, — строго велел Ратибор.
— Да близко не подойду, — горячо заверила его Лада. — Драконы, надо же. Я думала они только в сказках бывают. А почему стража ничего не делает? Вдруг они съедят кого-нибудь.
— Я не потому велел не подходить что опасно, — Ратибор улыбнулся. — Они никого не едят и вообще перекидываются только вне города, чтобы никого не раздавить.
— А почему тогда подальше держаться?
— Потому что они любвеобильные очень, девок охмурять любят, ну да для них это игра, а тебе игрушкой очередной у Драконычей быть ни к чему.
— Они смотрят, — Лада спряталась за Ратибора. — Чего они смотрят?
— Ты красивая, им ещё незнакомая, — улыбнулся Егор, — Вот и присматриваются. Ну да ты не бойся, они ребята не плохие и против воли никого в кусты не тащат.
— И ни капельки я не боюсь, — буркнула Лада, но руку Ратибора не отпустила.
— Ладно, боги с ними с драконами, пошли тебе платье искать, — заявил дружинник. — Увидимся ещё, Егор.
— Пошли, — кивнула Лада. — Только Ратибор, мне платье не очень нужно. У меня есть несколько.
— Тут носят другие платья, не те что у нас, — возразил мужчина. — Да и вообще, не спорь, я сказал надо, значит купим.
Егор улыбнулся, это ж надо не нужно ей платье, впервые он такую девицу видел, которая от обновки бы отказывалась.
— Егор, это кто? — мужчину взяла под руку молодая девушка с чёрными как смоль волосами.
— Здравствуйте, — Егор поклонился подошедшим с девушкой знакомым. — Это Ратибор с сестрой.
— Не знала что у Ратибора и Всемила сестра есть, — усмехнулась девушка. — Они совсем не похожи.
— Это потому что сестра названная, — пояснил Егор. — Впрочем, это не важно. Тоже погулять вышла, Милада? Или ещё одно платье понадобилось?
— А ты что платья мои считаешь?
— Да не то чтобы считаю, — пожал плечами Егор. — Так просто спросил.