Лагуна
Шрифт:
Толпа принимается визжать, и Арчи дает команду диджею включить что угодно, лишь бы эти люди после этой песни свалили отсюда.
– Ты лучший, – выдыхаю признательно я, закрывая кассу.
– Я не могу слушать ваши нежности без алкоголя, – снова вставляет свою бестолковую фразочку Зандерс. – Макс, не будь занудой, плесни еще чего-нибудь.
– Может, плеснуть ему холодной воды в лицо, чтобы чуть пришел в себя? – усмехается брат, и я тоже не сдерживаю смешок.
– А, к черту вас. – Зандерс вскакивает с барного стула и плетется куда-то. –
– Ну, выход в другой стороне, Зандерс, – смеюсь я. – А там, куда ты идешь, находится туалет. Не знаю, кто именно будет там тебе рад, но, когда вернешься, расскажи.
Арчи пытается сдержать усмешку, но не выходит. Зандерс показывает ему средний палец, а затем резко замирает, и меж его бровей появляется складка, а глаза темнеют. Я хмурюсь и устремляю взгляд туда же, куда смотрит друг, и с моих губ срывается стон, ведь там стоит новый парень Вики.
Твою мать. Мне только драки сейчас не хватало.
– Так, ладно, Зи, нам уже пора, – встает перед Зандерсом Арчи. – Уверен, Макс разберется с закрытием бара сам, а я пока подвезу тебя…
Вот только есть одна проблема: рост моего брата около ста восьмидесяти сантиметров, в то время как Зандерс – двухметровый амбал. И эта реплика Арчи теряется где-то в воздушном пространстве, ведь Зи легким движение одной руки отодвигает его от себя и направляется в сторону Диего.
И в тот момент, когда кулак моего друга летит в лицо нового парня его бывшей, я просто прикрываю веки и мечтаю о том, чтобы воспользоваться теориями Чарльза Форта и телепортироваться куда-нибудь на Карибы, ведь очевидно – это надолго.
К сожалению, я оказываюсь прав. Следующие полчаса происходящее в баре напоминает съемки одного из боевиков с Джейсоном Стэтхэмом. Повсюду летают стулья, размазывается кровь и звучит хруст ломающихся костей. Ну, просто настоящий андеграунд. Не хватает только копов для полноты картины.
Как по заказу, издалека слышится вой сирен. Диего тут же пятится, забирая своих дружков, пока Зандерс сплевывает кровь и смеется. Даже пьяный, придурок понимает, что звук сирены ему не угроза.
– Какого хрена? – негодует выходящий из полицейской машины Джон. – Зи, ты спятил?
Да, именно поэтому не угроза. Ведь Джон – коп. Морская полиция, если быть точнее.
Зандерс усмехается и поднимает с пола свою рубашку, которая, конечно же, испачкана кровью.
– Моя любимая рубашка, – выдыхает он.
– А, так вот из-за чего драка. Ему что, не понравилась твоя рубашка, и поэтому ты решил устроить все это? – вскидывает бровь Джон. – Или ты все же признаешь, что любишь Вики, и пойдешь с ней поговорить? Придурок. Сколько ты выпил?
– Ну, Джонни, человек должен на семьдесят процентов состоять из воды. Я просто соблюдаю баланс, – улыбается Зандерс и вытирает с разбитой губы остатки крови.
– Завязывай, Зи. – К нему подходит Арчи. – Пошли к моей машине. Тебе нужно проспаться.
Широченно улыбаясь, Зандерс все же следует за Арчи, предусмотрительно забирая
– Тебе помочь? – Джон с сочувствием смотрит на меня.
– Езжай к жене. И прости, что выдернули посреди ночи.
– Всё в порядке. – Он хлопает меня по плечу. – Но давай я помогу тебе со всем этим, иначе ты отсюда до утра не уедешь.
Судя по розовому оттенку неба, утро наступит уже слишком скоро. Веду себя как конченый эгоист, но все же благодарно киваю Джону, и следующие полтора часа мы вместе разгребаем последствия пьянства Зандерса.
– Тебя подбросить? – спрашивает друг, когда я закрываю бар.
Дилемма. Сейчас пять утра, и таксист возьмет по двойному тарифу, и то, если повезет его сейчас найти, но и говорить Джону, что я не собираюсь ночевать дома, тоже идея не лучшая.
– Я знаю, что ты не ночуешь дома. Расслабься.
Вскидываю бровь.
– Черт, Макс, ты действительно считаешь меня таким тупым? Я вижу, как ты на нее смотришь. И она на тебя, должен заметить, тоже смотрит влюбленными глазами.
– Джон… – выдыхаю я.
– Это не мое дело. И я никому не скажу.
– Эрика ведь тоже уже в курсе? – спрашиваю очевидное, ведь все знают, что у хороших мужей нет от жен тайн. А Джон любит Эрику так сильно, что никогда не посмеет стать плохим мужем.
– Она не станет болтать. Все прекрасно понимают, чем это грозит вам обоим, и мы не будем подставлять тебя, Макс.
– Но если пойдут слухи…
– Мы с тобой дружим с шести лет. Я не допущу того, чтобы пошли слухи, ведь пекусь о твоей заднице как о собственной. Но ты уверен в том, что все это… стоит того?
– Уверен, – просто отвечаю я, не раздумывая ни секунды.
Эммелин Ричардсон стоит всего.
С того самого дня, как я узнал, каково это – целовать ее, тогда у костра, я точно знаю, что она стоит целого мира.
И только что я убедился в том, что должен стать еще аккуратнее на острове, ведь если Эми узнает, что из-за меня уже три человека в курсе наших отношений, то разочаруется во мне. А я не могу этого допустить. Снова. Ни за что на свете.
– Ладно. – Джон мотает головой. – Надеюсь, вы оба понимаете, что делаете. Поехали, а то мне уже скоро в участок.
– Черт, – стону я. – Прости еще раз за то, что позвонил. У Клэя сегодня отгул, а я не справлялся.
– Мужик, что ты вечно извиняешься, будто я не твой лучший друг? Эммелин сделала из тебя какого-то слюнтяя.
– Только любимая женщина способна на такое, спроси у Эрики, – подтверждаю я, и Джон усмехается.
Мы садимся в его полицейский пикап и стартуем к нашему пляжу. Мимо проносятся пальмы, веерные листья которых едва уловимо покачиваются на легком ветерке. Стеклянные фасады гостиниц сияют пурпурным, отражая яркий цвет восходящего на небе солнца. Я смотрю на часы, надеясь, что успею вернуться до того, как Эми проснется, чтобы убежать на утреннюю тренировку, ведь я пообещал ей. И я должен успеть.