Ламбрант
Шрифт:
—А на каком курсе учился ты?— Берт сразу перешёл в наступление, покуда его подопечного охватило озарение.
—Сомневаюсь, но, может, на первом?.. Или я тут просто ходил, к какому-нибудь приятелю или подружке.
—Нет, ты действительно здесь обучался... Зайдём внутрь, только поправь кепку, у тебя шрам на затылке виден.
Они открыли тёмные двери, за которыми царили покой и тишина. Видимо, вечером занятия в этом вузе не проводились. Легонт вновь раскрыл рот и завертелся, изучая пол, потолок, стены, а затем остановил взгляд на стенде с расписанием.
—Фотография,— прогудел он,
—Посмертное?— подсказал Бертран.
—Да, кто-то умер, и сюда повесили его портрет.
—Это был он или она?..
—Он, мужчина, точнее парень... Я знал его!
Павлов подошёл к расписанию и стал читать названия учебных дисциплин.
—Эй, мы закрыты, выходные уже настали!— появился из-за угла тучный старик в дешёвеньком спортивном костюме.
—Мы заглянули, чтобы переписать распорядок занятий,— успокоил его Берт и, пока подопечный безмолвно изучал стенд, подозвал сторожа к себе.— У вас тут кто-то умер недавно, да?
—Ну, было дело,— кивнул охранник, недоверчиво косясь на Легонта.— Декана с юрфака похоронили... Вернее не успели похоронить.
Старик засмеялся, надеясь, что и его собеседник улыбнётся от такой «шутки», однако Бертран остался невозмутим.
—Его звали Валентин Охтин?— предположил он.
—Нет, Ульянов фамилия была, а звали Валерием Георгиевичем, молодой совсем был, по блату тут устроился и сразу в начальники.
—А как он умер и почему его не успели похоронить?
—Туманная такая история, я и сам до конца не разобрался.— Сторож вытащил из кармана трико мятую пачку сигарет.— Навроде как стена на него упала, придавила, в общем. А когда хоронить время пришло, из морга тело-то его и пропало.
—Что, взяло и пропало?
—Ага, говорю же, ситуёвина туманная.
—А вы этого молодого человека случайно раньше здесь не встречали?— указал Берт на помощника, который возвращался к ним с растерянным видом.
—Нет, я ведь только вечером выхожу на работу, а студенты наши максимум до четырёх дня учатся. Вот скоро заочники накатят, начнётся тут бардак. До девяти вечера будут лекции слушать и зачёты сдавать...
Небо неминуемо темнело, обещая этой ночью новый дождь. От обилия влаги сделалось изрядно холоднее, но Легонт не обращал внимания на эти пустяки, шагая за своим опекуном к главному зданию университета. Его обуревало множество воспоминаний, таких свежих и ярких, что он начинал понемногу считать себя человеком.
—Тебе фамилия Ульянов ничего не говорит?— как бы между прочим полюбопытствовал Бертран, попутно проверяя состояние своей причёски.
—Я слышал, о чём вы говорили с тем дедом,— сразу же признался Павлов, обходя грязные лужи.
—Что ж, тогда тебе известно, как он погиб? Или, возможно, знаешь слухи, объясняющие его смерть и таинственное исчезновение трупа?
—Нет, этого я не помню...
—Понимаешь, Легонт, чем больше я о тебе узнаю, тем необъяснимее становятся события, связанные с твоей личностью. Подданные экзархата в смятении, они боятся тебя, ибо ситуация с твоей смертью ещё не разгадана.
—Но почему они боятся? Я ведь теперь один из вас...
—Они подозревают, что ты носитель какой-нибудь демонической заразы,
Парень замолчал. Для него такой факт был неожиданностью, как, впрочем, и всё приключившееся с ним за последние сутки.
—Старейшины даже попросили экзарха выгнать тебя,— разоткровенничался Берт, ведь ему действительно не хотелось скрывать что-либо от нового подопечного.— Но пока не выяснены достоверные факты твоей смерти, ты в безопасности.
—А что будет, если их опасения оправдаются?..
—Не оправдаются,— уверенно ответил бес и открыл перед ним входную дверь главного корпуса.— Проходи, я познакомлю тебя с лиценциатами.
В отличие от предыдущего здания, это было наполнено молодыми людьми, которые сновали по вестибюлю и готовились к занятиям. Определить, кем они являются (бесами или простыми смертными), было трудно. Некоторые имели короткие причёски, и их голову не украшали даже самые маленькие рожки. Другие же владели весьма пышной шевелюрой, в которой вполне могли спрятаться атрибуты нечисти. А отдельные парни и девушки скрывали головы в кепках, шляпках, банданах или беретах. Многие из них здоровались с Бертраном. Пробегавшие по коридору мужчины даже жали ему руку и второпях уносились дальше. Легонту оставалось лишь безмолвно наблюдать за этой шумной обстановкой и перебирать тревожные мысли, родившиеся после признания опекуна. Обойдя почти весь первый этаж, они очутились перед чередой лестниц, ведущих вверх и вниз. Но Берт почему-то повёл ученика в подвал.
—Эти люди, кто они?— наконец-то отважился спросить Павлов, чувствуя, что в этой части университета довольно прохладно.
—Среди них есть и наши,— подмигнул Бертран и вдруг водрузил себе на нос крохотные очки в узкой посеребренной оправе.— Мой бывший преподаватель всегда сердится, если я не ношу линзы. У меня раньше было слабое зрение, а теперь я как-то приноровился и прекрасно обхожусь без окуляров.
Легонт не успел задать следующий вопрос, потому что из ближайшей двери кто-то стремительно вылетел и грохнулся на пол.
—И попробуй только заявиться в другой раз без тетрадки!— выкрикнул разъярённый бас, и дверь автоматически захлопнулась.
Юный бес в сиреневом пиджачке и с татуировкой на тыльной стороне ладони быстро вскочил на ноги, отряхнулся и кивнул Берту в знак почтения.
—Ах, Гемс, разозлил бедного Эдмонта,— вздохнул наставник, шутливо улыбаясь своему помощнику,— и прямо перед нашим визитом. Как нехорошо...
—Он сущий кошмар, половине группы влепил предупреждения за то, что мы не смогли поэкспериментировать на людях,— спешно оправдался молодчик и с интересом уставился на Легонта.
—Да уж, помню, меня за это он даже высек,— с пониманием отнёсся к нему Бертран.— Знакомься, это мой новый ученик.
—Вы решили менять их каждый месяц?— то ли пошутил, то ли удивился Гемс.— Чувствую, скоро ваши подопечные начнут отказываться от Вас сами.
—Пока не отказываются. Ступай, думаю, тебе ещё нужно получить нагоняй от своего наставника за предупреждение лиценциата.
Гемс мигом принял унылую гримасу, ещё раз кивнул и торопливо ушёл, напоследок внимательнее посмотрев на Легонта.