Ларец Пандоры

Константинов Алексей Федорович

Дени брезгливо пересекал улицу, стараясь перебраться через лужи не сильно замызгавшись. Ничего дельного из этой затеи не вышло. Неудачно поставив ступню, Дени провалился одной ногой под воду. Башмак завяз в грязи. Проходивший рядом подвыпивший ирландец помог своему соотечественнику выбраться оттуда. Штанина и ботинок Дени смердели.

– Ох, - прохожий помахал сложенной веером рукой возле своего носа.
– Ну и угораздило тебя, приятель. Во век терь не отмоеся.

– Спасибо, что помог, - сухо поблагодарил Дени, растягивая штанину

и пытаясь её выжать.

– Будь здоров, - хохотнул ирландец и пошёл своей дорогой.

Не сумев избавиться от зловония, Дени плюнул на всё, добрался до противоположной стороны улицы. Проделав путь около тридцати метров вдоль домов, он свернул в проулок и оказался возле входа в их завалящую конуру. Войти внутрь можно только согнувшись в три погибели. Юджин сидел на матраце и жадно доедал остатки консервов. Заметив товарища, мальчик отставил открытую банку.

– Прости, я почти всё съел, но здесь осталось немного. Если хочешь, доедай.

Дени махнул рукой, мол, не нужно.

– Как знаешь, - Юджин выгреб ладонью остатки паштета, облизал её, затем по очереди засунул пальцы себе в рот, всякий раз громко причмокивая, вытер руку о свои лохмотья, удовлетворенно крякнув, раскинулся на матраце.

Дени устроился в противоположном углу комнатушки, приставил руки к самодельной печке, чем-то напоминавшей буржуйку. Ирландец порядком замерз, пока ходил туда и обратно.

– Чем так воняет, - учуял резкий запах Юджин.

– Я упал в лужу, - ответил Дени. Немного отогревшись, он повернулся к мальчику.

– Ну как, поговорил с Прохоровым?
– спросил Юджин.

– Он меня и слушать не стал. Принял за бродягу.

– Пригрозил дочерьми?

– Пригрозил, да толку? Упрямый как баран. Сказал, мол, объявишься возле моего дома снова, вызову полицию.

– Только этого нам не хватало, - вздохнул Юджин.
– Они ходят гулять в Центральный парк.

– Кто?
– недопонял Дени.

– Его дочки. У нас ведь нет выбора. Немцы обещали объявиться во второй декаде, - напомнил Юджин.
– Может они уже здесь, а нам нечего им сказать.

Упоминание плена, в который неудачливые бандиты попали в Англии, заставило Дени сморщиться. Если бы он не был так напуган, попытался бы бежать на Запад. Но слова немца-великана не выходили у него из головы: "Вам может прийти глупая идея нарушить соглашение и скрыться. Вы, возможно, уверуете в собственную удачу. Но клянусь, ни счастливый случай, ни просторы Америки не уберегут вас от моего гнева!"

Дени прекрасно понимал - не стоит относиться к его словам, как к пустой болтовне. Ирландец не хотел закончить так же, как Иоганн. Прохоров сам виноват. Будь он сговорчивее, сберёг бы дочерей. Рассудив так, Дени снова посмотрел на мальчишку.

– Ладно. Сделаем это завтра. Отправляйся на станцию, проверь готовность, - распорядился ирландец. Он говорил о заброшенной станции на окраине, где предполагалось спрятать похищенных девочек. Это место Дени присмотрел через пару дней после

приезда в Штаты.

– Сейчас холодно. Если будем держать их там долго, они насмерть простудятся.

– Сам сказал - у нас нет выбора, - зло бросил Дени.
– Станция подходит. Иди и проверь.

Юджин встал, размял затёкшие конечности, направился к выходу из комнатушки, но застыл, повернулся к Дени, руками поворошил у себя в карманах, достал оттуда несколько монеток.

– Вот держи, стащил у одного простофили. Купи себе поесть, - сказал Юджин.

Дени кивнул в знак благодарности, забрал монетки. Мальчик улыбнулся, покинул конурку. Ирландец отошёл от печки, лёг на матрац, сложил ноги крест-накрест, закинул руки себе за голову. Уже не первый день он пытался понять, как они оказались в таком положении. И всякий раз возвращался в тот день, когда заключил сделку с немцем. Мысли Дени стали блуждать, он задремал. Ему приснилась погоня. Тот пожилой англичанин ударил Иоганна, повалил немца на землю, но от Дени ему не улизнуть. Ирландец выстрелил беглецу прямо в спину, в мгновение ока подскочил к убитому, обыскал труп, достал из бокового кармана пальто свёрток, принялся рвать бумагу и верёвки, почти достал хранившийся там предмет...

Дени ощутил присутствие постороннего внутри их комнатушки. Он открыл глаза и увидел долговязого мужчину, пристроившегося у печки. Незнакомец повернулся к Дени спиной и, похоже, не заметил, что ирландец проснулся. Дени, стараясь вести себя как можно тише, осторожно скатился с матраца, встал на карачки и стал медленно подбираться к долговязому. Как назло, мужчина оглянулся и заметил Дени.

– О, вы уже проснулись, - приветливо произнёс незнакомец.
– Надеюсь, не собираетесь на меня нападать.

То был молодой парень, с впалыми щеками, взъерошенными волосами и глубоко посаженными глазами. Серьёзной опасности он не представлял. Дени хоть и уступал парню в росте, не сомневался в победе, дойди дело до драки. Поэтому ирландец позволил себе расслабиться.

– Что вы молчите?
– парень повернулся к ирландцу всем телом.
– Я не собираюсь вам ничего делать, пришёл просто поговорить.

– Ну и чего ты хочешь?
– небрежно бросил Дени, застыв на месте.

– Я же сказал, поговорить. Я знаю, на кого вы работаете. Знаю о вашем соглашении с немцами. Знаю о планах похищения двух ни в чём неповинных девушек. А ещё знаю о планах немцев относительно вас.

– Так выкладывай, - скривившись, сказал Дени.

– Увы, не могу. Сначала я хочу услышать вашу историю. Как и почёму вы оказались в Нью-Йорке?

– Ты же сказал, что всё знаешь?

– Хочу уточнить некоторые детали, - не растерялся мужчина.

– А с чего ты решил, что я стану говорить об этом с первым встречным?

– Надеюсь на вашу сговорчивость. Беседа в ваших интересах. Мы можем помочь и вам, и мальчишке. В противном случае вы подвергнете себя смертельному риску, - мрачно сказал парень.