Лавина
Шрифт:
Оседлав байк, Хиро осторожно выводит его из своего квартала на Стрит, а потом разгоняет до нескольких сотен миль в час, с резкими виражами проносясь между опор монорельса – ради практики. В парочку опор он врезается и останавливается, но и этого следовало ожидать.
«Нг Секьюрити Индастриз» занимает целый этаж неонового небоскреба в милю вышиной возле Порта 1, в самом центре. Как и все в Метавселенной, он открыт двадцать четыре часа в сутки, поскольку где-нибудь в мире всегда приемные часы. Оставив байк на Стриту, Хиро поднимается на лифте на 397-й этаж, где оказывается лицом к лицу с
– Добрый день, сэр, – говорит она. – Вы пришли по вопросу продаж или технической поддержки клиентов?
– Технической поддержки.
– На кого вы работаете?
– Назовите, и окажется, что я на них работаю.
– Прошу прощения? – Как и от большинства секретарей-людей, ирония от демона ускользает.
– В настоящий момент, полагаю, я работаю на Центральную Разведывательную Корпорацию, мафию и «Великий Гонконг мистера Ли».
– Понимаю, – говорит, помечая что-то, секретарь. Как и на секретаршу-человека, на нее нелегко произвести впечатление. – И по поводу какого из наших продуктов вы пришли?
– «Разум».
– Сэр! Добро пожаловать в «Нг Секьюрити Индастриз», – произносит другой голос.
Это еще один демон, привлекательная афроазиатка в дорогом деловом костюме, материализовавшаяся из недр офиса.
Она проводит Хиро по длинному, обшитому деревянными панелями коридору, потом по еще одному обшитому деревянными панелями коридору, а потом еще по обшитому деревянными панелями коридору. Каждые несколько метров он проходит мимо очередной приемной, где, убивая время, сидят в креслах аватары со всего света. Но Хиро ждать не приходится. Демон проводит его прямо в просторный, обшитый деревом офис, где за столом, заваленным моделями вертолетов, сидит азиат. Это мистер Нг собственной персоной. Он встает. Они с Хиро обмениваются поклонами. Демон-ассистентка выходит.
– Вы работаете на Рыбьего Глаза? – спрашивает Нг, раскуривая сигару. Дым нарочито свивается в воздухе кольцами. Для того чтобы реалистично смоделировать дым, выходящий изо рта Нг, требуется столько же компьютерной мощности, сколько для моделирования метеорологической системы всей планеты.
– Он мертв, – отвечает Хиро. – «Разум» в критический момент отказал, и Рыбьего Глаза загарпунили.
Нг никак не реагирует. Вместо этого он просто застывает на несколько секунд, усваивая эту информацию, точно его клиентов то и дело убивают гарпуном. Вероятно, у него есть база данных на всех, кто когда-либо использовал его игрушки, и о том, что с ними сталось.
– Я говорил ему, что это бета-версия, – наконец произносит он. – И ему следовало бы знать, что «Разум» нельзя использовать в ближнем бою. Двухдолларовый выкидной нож сослужил бы ему лучшую службу.
– Согласен. Но Рыбий Глаз был о нем очень высокого мнения.
Нг снова выпускает дым, размышляя.
– Как мы убедились во Вьетнаме, высокотехнологическое оружие настолько подавляет рациональное мышление, что может считаться
– Я постараюсь это запомнить, – говорит Хиро.
– В какой именно боевой обстановке вы намереваетесь использовать «Разум»? – спрашивает Нг.
– Завтра утром мне потребуется захватить авианосец.
– «Интерпрайз»? – Да.
– Знаете, – Нг, по всей видимости, в настроении побеседовать, – есть один малый, который и вправду захватил подводную лодку с ядерными боеголовками, будучи вооружен всего лишь осколком стекла…
– Ага, это он убил Рыбьего Глаза. Мне, возможно, придется иметь дело и с ним.
Нг смеется.
– Какова ваша конечная цель? Как вам известно, мы все тут заодно, поэтому можете без опаски поделиться со мной вашими соображениями.
– В данном случае я предпочел бы о них умолчать…
– Для этого уже слишком поздно, Хиро, – произносит другой голос. Хиро поворачивается. Секретарь – поразительно красивая итальянка – вводит в кабинет Дядюшку Энцо. Через пару минут за ним следует крохотный азиатский бизнесмен в сопровождении секретаря-азиатки.
– Когда вы прибыли, я взял на себя смелость пригласить сюда этих джентльменов, – говорит Нг, – чтобы мы могли обговорить все по-дружески.
– Мое почтение. – Дядюшка Энцо отвешивает Хиро полупоклон.
Хиро кланяется в ответ.
– Примите мои извинения, что так вышло с машиной, сэр.
– Забудем об этом, – отзывается Дядюшка Энцо. Крохотный азиат подходит ближе, и лишь теперь Хиро узнает его. Его фотография висит на стене каждого «Великого Гонконга мистера Ли» в мире.
Всеобщие представления и поклоны. Внезапно в офисе материализуются дополнительные кресла, поэтому каждый подтягивает свое к столу. Сам Нг выходит из-за стола, и они сдвигают кресла в круг.
– Давайте сразу перейдем к делу, поскольку, как я полагаю, ваша ситуация, Хиро, может быть более рискованной, нежели наша, – начинает Дядюшка Энцо.
– Вы совершенно верно обрисовали ситуацию, сэр.
– Нам всем хотелось бы знать, что, черт побери, происходит, – говорит мистер Ли. Его речь практически лишена китайского акцента; совершенно очевидно, что имидж бесшабашного симпатяги – только для публики.
– Как много вы, ребята, уже знаете?
– Кое-что, – отвечает Дядюшка Энцо. – А до чего докопались вы?
– Мне известно почти все, – говорит Хиро. – Как только я поговорю с Хуанитой, буду знать остальное.
– В таком случае вы обладаете крайне важной информацией, – говорит Дядюшка Энцо и достает из кармана гиперкарточку, которую протягивает Хиро.
На карточке значится:
Протянув руку, Хиро забирает у него карточку.
Где-то в Реальности два компьютера обмениваются очередями электронного шума, и деньги переводятся со счета мафии на счет Хиро.