Лавкрафт
Шрифт:
В сентябре 1905 г. Лавкрафт поступил в старший класс Высшей школы на Хоуп-стрит в Провиденсе, потом опять прервал обучение и вернулся за парту лишь в сентябре 1906 г.
В новой школе педагоги сумели по достоинству оценить молодого вундеркинда, и Лавкрафт повел себя, как он позже подчеркивал, «как джентльмен среди джентльменов». Отношения с учителями у него складывались достаточно ровные, хотя периодически и случались конфликты. Так, Говард иногда ругался с учительницей английского по фамилии Блейк, «у которой был веселый, хотя и немного циничный нрав» [31] .
31
31. Цит.
Один из самых известных скандалов был связан с сочинением Лавкрафта на тему «Может ли человек достичь Луны?». После проверки текста учительница обвинила ученика-всезнайку в том, что статья списана из газеты. В ответ Лавкрафт спокойно заявил, что она права, и предъявил газетный лист. В одной из сельских газет Род-Айленда была действительно напечатана статья «Может ли человек достичь Луны?», а под статьей красовалась подпись «Говард Филлипс Лавкрафт». Это была его первая официально опубликованная статья, изданная 12 октября 1906 г.
В средней школе, несмотря на периодически возникавшие у Лавкрафта трения с одноклассниками, к нему относились с большей симпатией, чем в начальной. И если в ранних классах его прозвищем были Милочка или Любимчик, то одноклассники с Хоуп-стрит звали его Профессором. Это прозвище окончательно закрепилось за Лавкрафтом после упомянутой истории со статьей по астрономии.
Он продолжал увлекаться химией и позже отмечал, что об этом увлечении осталась вполне материальная память: на третьем пальце правой руки у него сохранился след от ожога, полученного в 1907 г. в ходе неудачного эксперимента с фосфором. Лавкрафт также продолжал издавать «Род-Айлендский журнал астрономии». Он ухитрялся продавать отдельные экземпляры своим родственникам и друзьям и даже стал поговаривать о возможной подписке на издание.
Говард всеми силами пытался восстановить на новом месте стиль и ритм жизни, разрушенные смертью деда и переездом. Так, он соорудил себе на заднем дворе небольшой ландшафтный сад, который тщательно сохранял до семнадцати лет. Им были возрождены «Детективное агентство Провиденса» и музыкальный оркестр. Лавкрафт даже пытался упражняться в пении и лелеял надежду стать известным лирическим вокалистом. (К сожалению, ни тогда, ни позже никому не пришло в голову записать его голос на фонограф. Реальных записей речи писателя не существует.)
Лавкрафт начал предпринимать и первые туристические путешествия, страстным любителем которых оставался до конца жизни. В ходе одного из них в районе деревни Рехобот, у границы с Массачусетсом, Говард вместе с друзьями нашел заброшенную деревянную хижину. Юные туристы почистили ее, соорудили рядом пристройку, назвали получившееся здание «Сельским клубом Грейт-Медоу» и стали там периодически играть.
Кроме того, тогда же Говард заинтересовался огнестрельным оружием и выучился неплохо стрелять. Через некоторое время он уже обладал весьма впечатляющей коллекцией ружей. Стрельба, судя по всему, была единственным видом спорта, который когда-либо занимал Аавкрафта. К остальным разновидностям спортивных мероприятий он относился с резким презрением.
Казалось, что на ближайшие годы жизненный путь Аавкрафта определился — он закончит школу, а затем поступит в университет Брауна, на какой-нибудь естественно-научный факультет. Учебу же он будет сочетать с успешным сочинением стихов и прозы о сверхъестественном и невероятном. Вместо этого судьба преподнесла Лавкрафту тяжелый и жестокий удар — очередной
Из всех литературных влияний на творчество Лавкраф-та воздействие книг этого автора было самым значительным и судьбоносным. Фантаст из Провиденса даже чрезмерно сокрушался по этому поводу и преувеличивал свою зависимость от текстов писателя: «Есть мои “По-произведения” и мои “Дансени-произведения” — но увы! — где мои Лавкрафт-произведения? Лишь в некоторых из своих более реалистичных работ в прозе я показал хоть какие-то признаки развития — в данный поздний период, — какой-то свой стиль…» [32] Хотя творчески зависеть от такого титана, быть загипнотизированным его стилем — в этом нет ничего зазорного. И ничего удивительного.
32
32. Там же. С. 381.
Эдгар Аллан По изобрел целый жанр и коренным образом реформировал два других — он был в прямом смысле слова создателем детектива и радикальным преобразователем хоррора и научной фантастики. В американской литературе, вполне провинциальной в начале XIX в., писатель выглядит настоящим титаном, призраком каких-то более значимых и плодотворных литературных эпох.
По родился 19 января 1809 г. в Бостоне в семье актеров. Мальчик осиротел всего в два года, и его усыновил предприниматель из Вирджинии Д. Аллан. Эдгар рос богатым баловнем, в шесть лет его отправили в пансион в Великобританию. Здесь он прожил до одиннадцати лет, после возвращения в США обучался в колледже, а затем — в Вирджинском университете в Шарлоттсвилле.
По был настоящим вундеркиндом, умел в пять лет читать и писать, принялся сочинять первые стихи. Однако характер у него оказался крайне тяжелым, и с подросткового возраста он был склонен к резким вспышкам и крайним высказываниям. Это, а также рано возникшая любовь к выпивке привели к разрыву с приемным отцом осенью 1826 г. Когда Д. Аллан отказался оплатить карточные долги пасынка, тот в гневе замахнулся на него палкой и заявил, что навсегда уходит из дома.
Переехав в Бостон, По попытался издать сборник своих стихов, однако это мероприятие закончилось крахом — в магазины книгу пристроить не удалось, и почти весь тираж остался пылиться в типографии. Не имея никаких средств к существованию, поэт-неудачник был вынужден поступить на службу в армию, под вымышленным именем Эдгар А. Перри. Он протянул армейскую лямку целый год и все-таки, в конце концов, не вынес и написал покаянное письмо приемному отцу. Обидчивый, но отходчивый мистер Аллан нанял Эдгару солдата-заместителя и выхлопотал освобождение от службы. В апреле 1829 г. «блудный сын» вернулся в Ричмонд.
В декабре того же года в Балтиморе наконец-то вышел в свет его поэтический сборник «Аль-Арааф, Тамерлан и малые стихотворения». И все же, несмотря на то что в ней находился признанный позже безусловным шедевром «Аль-Арааф», книга осталась незамеченной читателями.
По настоянию приемного отца Эдгар По в 1830 г. поступил в Военную академию в Вест-Пойнте. К несчастью, поэт был уже сыт военной службой по горло и, не имея, по условиям армейского контракта, возможности просто уволиться, добился, чтобы его исключили. Это привело к новой ссоре с Д. Алланом и отъезду По в Нью-Йорк.