Лавкрафт
Шрифт:
По начавшей складываться хорошей традиции лето ознаменовалось для Лавкрафта целым рядом путешествий в компании друзей (в частности, Ф. Лонга и Д. Уондри). С июля по сентябрь 1927 г. он сумел посетить разные города целых четырех штатов — Мэн, Массачусетс, Нью-Гэмпшир и Вермонт. Последний совершенно очаровал его своими пейзажами, что и отразилось в более поздней прозе. А в Нью-Гэмпшире Лавкрафт впервые увидел настоящие горы, пусть и не слишком высокие, всего лишь в 1800 метров, — Белые горы Нью-Гэмпшира.
На фоне волнующих впечатлений от новых мест и новых приятелей собственно литературные дела фантаста шли не слишком успешно. Многообещающе выглядел только неожиданно возникший проект представительного сборника рассказов, который должен был выйти «под эгидой» «Уиерд Тейлс». Ф.
Тогда же У.П. Кук попытался опубликовать «Заброшенный дом» в виде отдельной книжки. Неуемный авантюрист от печатного дела добился того, что было напечатано целых триста экземпляров книжки, но затем его постигла целая череда несчастий, увенчавшаяся окончательным разорением в начале разразившейся Великой депрессии. В результате в виде отдельного издания «Заброшенный дом» так и не попал к читателям.
Не слишком успешными оказывались и очередные поиски альтернативы «Уиерд Тейлс». По наводке Дерлета Лавкрафт отослал несколько рассказов в новый журнал «Тейлс оф Мэйджик энд Мистери», начавший выходить в декабре 1927 г. Однако к публикации приняли только один «Холодный воздух», да и заплатили за него лишь восемнадцать долларов. Может быть, в дальнейшем сотрудничество Лавкрафта с «Тейлс оф Мэйджик энд Мистери» могло бы еще и наладиться, если бы выпуск издания не прекратился в апреле 1928 г.
Порадовало только неожиданное признание Лавкрафта за границей — в Великобритании вышла антология мистических рассказов, куда был включен его «Кошмар в Ред-Хуке». К 1927 г. это была первая публикация лавкрафтовской прозаической вещи в книге с твердым переплетом.
В 1928 г. Лавкрафт также неожиданно стал персонажем литературного произведения — Ф.Б. Лонг вывел своего старого друга в качестве одного из главных героев рассказа «Космические пожиратели». Хотя персонаж назван лишь по имени — Говард, — обрисован он вполне узнаваемо: высокий и худой, при этом слегка сутулый и с широкими плечами. Ему, а также персонажу по имени Фрэнк (под которым Лонг, нисколько не смущаясь, явно имел в виду себя) пришлось столкнуться с таинственными чудовищами, пожирающими человеческие мозги. Легковесный рассказ Лонга, может, и не заслуживал бы упоминания, если бы его автор не затеял литературную игру, в которую впоследствии активно включится и Лавкрафт, и многие другие его друзья и приятели. Основному тексту Лонг предпослал эпиграф в виде цитаты из «Некрономикона», якобы в переводе известного алхимика Джона Ди. При издании в июльском номере «Уиерд Тейлс» за 1928 г. эпиграф потеряли, однако начало игре было положено. Отныне Лавкрафт примется развивать выдуманную им мифологию в своих рассказах, ссылаясь на ужасных существ и загадочные тексты, упомянутые в книгах его друзей. А те станут платить ему той же монетой.
Другой формой литературной игры оказались истории о снах, про которые Лавкрафт сообщал друзьям в письмах. Иногда из этого вырастали целые произведения, не всегда принадлежавшие его перу. Например, Лавкрафта очень поразил подробный и сложный сон, приснившийся ему накануне Хеллоуина 1927 г. В этом сновидении события разворачивались в Испании, в эпоху римского владычества над полуостровом. Лавкрафту снилось, что он — квестор Луций Целий Руф, планирующий поход против загадочных дикарей, якобы обитающих в районе современного города Памплона. Дикари нередко нападают на местных жителей, которых утаскивают в горы и приносят в жертву неведомым богам. Руф, вместе с местным проконсулом Публием Скрибонием Аибоном, во главе когорты легионеров отправляется в горы. Их встречает зловещий бой дикарских барабанов, а по мере подъема, пока надвигается ночь и сгущается
Потрясенный глубиной и реализмом сновидения Лавкрафт не только подробно записал его, но и отослал эту запись сразу нескольким друзьям, в том числе и Ф.Б. Лонгу. Когда же Лонг попросил разрешения использовать письмо в качестве материала для небольшой повести, которую он в это время сочинял, то Лавкрафт охотно это разрешил. Повесть получила название «Ужас с холмов» и была издана в «Уиерд Тейлс» в номерах за январь и февраль 1931 г.
Однако история с «римским сновидением» Лавкрафта на этом не завершилась. В ноябре 1927 г. ему приснился сон, в котором он повстречал водителя трамвая, у которого вместо лица был «белый конус, прикрепленный к кроваво-красному щупальцу» [260] . Лавкрафт подробно изложил очередное, поразившее его сновидение в письме к Д. Уондри и, судя по всему, накрепко забыл об этом.
260
260. Лавкрафт Г.Ф. Нечто в лунном свете. Пер. Л. Володарской// Лавкрафт Г.Ф. Зверь в подземелье. М., 2000. С. 369.
Уже после смерти друга Уондри передал изложения обоих снов своему знакомому Д. Миску, редактору журнала «Сайенти-Снэпс». Миск обработал тексты, придав им вид более-менее законченных произведений, и опубликовал в 1940 г. на страницах своего журнала под заголовками «Очень древний народ» и «Нечто в лунном свете». Автором текстов был указан, конечно же, Г.Ф. Лавкрафт. Позднее эти отрывки нередко публиковались как его рассказы, начиная со сборника «Маргиналиа», выпущенного О. Дерлетом в 1944 г.
Трудно сказать, как бы отнесся сам Лавкрафт к такой публикации. С одной стороны, записи его снов нередко выглядят вполне оформленными литературными текстами (например, рассказ, издающийся под названием «Священник-злодей» или «Служитель зла»). С другой стороны, сам он не планировал публиковать эти записи. Впрочем, последнее вряд ли может служить решающим аргументом в споре. Ведь Лавкрафт не решался издать даже вполне законченные романы о Рэндольфе Картере и Чарльзе Декстере Варде. Все-таки большая часть опубликованных отрывков несомненно принадлежит его перу, и они являются частью его литературного наследия, пусть и столь своеобразно увидевшего свет.
В ноябре 1927 г. Лавкрафт также создал очень странное произведение, позже получившее название «История Некрономикона». Видимо, планируя и в дальнейшем использовать мифический «Аль-Азиф» безумного Абдула Альхазреда в качестве антуражного элемента для рассказов, фантаст решил упорядочить историю выдуманной книги. В изначально составленной только для самого себя справке он излагает историю «Некрономикона» от VIII в., когда его автор был растерзан в Дамаске невидимым демоном, и до начала XX в. (упоминается экземпляр греческого перевода, якобы принадлежавший художнику Р. Пикману, исчезнувшему в 1926 г.).
В то же время, продолжая заниматься собственными сочинениями, Лавкрафт не забывал и о возможности заработать несколько лишних долларов литературной обработкой. В 1927 г. у него появились два новых клиента, сотрудничество с которыми продлится несколько лет.
Первым был литератор Адольф де Кастро (настоящее имя — Густав Адольф Данцигер), близкий приятель Амброза Бирса. Де Кастро вместе с Бирсом перевел роман Р. Фосса «Монах из Берхтесгадена», а также позднее основал небольшое издательство. После загадочного исчезновения своего старинного приятеля он организовал его активные, хотя и безуспешные поиски. В конце 20-х гг. XX в. де Кастро задумал книгу о Бирсе. По совету С. Лавмена, с которым он был хорошо знаком, писатель обратился к Лавкрафту, предложив сотрудничество в будущем проекте. Одновременно он отправил в Провиденс несколько своих старых рассказов, справедливо посчитав, что друг Лавмена способен придать им вид, более пригодный для возможного переиздания.