Le petit morte

Новинки и продолжение на сайте библиотеки https://www.litmir.me

========== Пролог ==========

Это случилось в день, когда Берин, правитель Южных земель, возвратился с победой в столицу после военного похода, продлившегося несколько лет. Во дворце его ждала молодая жена и двое чудесных детей, подросших за время отсутствия отца. Старший сын, Валеил, слегка раздосадованный тем, что ему не удалось поучаствовать в походе, ведь он как раз достиг того возраста, когда юноши начинают интересоваться военным искусством, и младшая красавица-дочь, Нирит, соскучившаяся по папочке.

На протяжении долгих лет до столицы доходили слухи о том, что война изменила короля.

Сделала суровым, жестоким и недоверчивым, жаждущим подмять под себя весь мир любыми средствами. Поговаривали даже, что он сошёл с ума, но его семья не хотела верить в это.

По случаю возвращения Берина был устроен роскошный ужин. В ходе трапезы он вёл себя вполне нормально, только был не особо разговорчив и, кажется, измотан. Жена и дети сидели подле него и были любезны и учтивы с ним, выказывая своё уважение. Королева следила за тем, чтобы кубок мужа был полон вина, Валеил без умолку пересказывал всё то, что ему довелось услышать о битвах, в которых отец одержал победу, так, словно это он здесь возглавлял поход последние несколько лет, а Нирит… Нирит просто улыбалась королю, но этого было более, чем достаточно. В столь юном возрасте она уже «расцвела» как девушка, и многие лорды, обворожённые красотой принцессы, готовы были отказаться от всего, что имели, в обмен лишь на одну её прелестную улыбку.

Нирит была не похожа на мать или отца; огненно-рыжие волосы и большие, выразительные глаза цвета ясного неба ей достались от бабушки. Редкие веснушки лишь украшали её бледное личико, а налитые губки были нежно-розового оттенка. Из-за стройной фигуры она казалась очень хрупкой. Этакой фарфоровой куколкой, которую было легко разбить. Что же касалось характера — Нирит была озорной и доброй, почти не интересовалась политикой. Все во дворце души в ней не чаяли.

Именно на дочь Берин смотрел в течение всего ужина. Он был приятно удивлён тем, как она подросла, и это ещё мягко сказано. И именно о ней, а не о жене думал, когда был в походе. Даже делая очередной глоток вина, он не отрывал жадного взгляда от Нирит.

Когда с ужином было покончено, члены королевской семьи отправились в свои покои, и лишь сам Берин остался сидеть у камина, погружаясь в мысли, известные лишь ему одному. Пламя отражалось в его тёмных глазах, его огоньки придавали очам какое-то странное, вызывающее тревогу выражение. Долго он просидел так, почти без движений, сжимая в руке кубок с вином до болезненной белизны в пальцах.

Королева бесшумно подкралась к нему и, наклонившись, прильнула к мужу. Её налитая грудь, прикрытая лишь тоненькой тканью, прижалась к его спине, а дрожащее дыхание обдало ухо короля теплом. Она зашептала:

— Мой король, я так по Вам истосковалась. Моё тело истосковалось, — уста её источали сладострастные речи, преисполненные страстного желания близости. — Не желаете ли Вы разделить со мной ложе этой ночью?

Вопреки её ожиданиям, король даже не взглянул на неё. Он продолжил смотреть на огонь. Непоколебимый, словно каменное изваяние.

— Я очень устал после долгой дороги, дорогая. Возможно, позже. — Ещё несколько секунд королева стояла неподвижно, а затем развернулась и так же бесшумно ушла, не произнося ни слова. Столь хладное отношение мужа обеспокоило её, но что ей оставалось делать? Берин король, а она лишь его жена.

***

Нирит давно спала, когда дверь, ведущая в её покои, приоткрылась, издав тихий скрип. Отец вошёл в её комнату на подкашивающихся ногах. Он был пьян, но рассудок его не помутился от алкоголя. Отнюдь, он мыслил здраво и принимал осознанные решения, приближаясь к постели дочери.

Серебристый лунный свет, проникавший

в комнату через большое окно, ниспадал на её лицо, делая принцессу ещё более прекрасной. Её щёки горели нежным румянцем, а дыхание было частым и неспокойным; ей, кажется, было жарко, судя по сброшенному одеялу и капелькам пота, стекающим с шеи на чуть выпиравшие ключицы — все из-за бокала вина, выпитого во время ужина. Берину казалось, что это пламя разврата объяло его дочь в эту судьбоносную ночь.

Он начал раздевать её. Осторожно и неторопливо, боясь разбудить раньше времени. Смакуя каждую секунду сего действа, каждый новый сантиметр её тела, открывавшийся голодному взору. Время от времени Нирит морщилась во сне и её веки подрагивали. В эти моменты королю казалось, что принцесса подмигивает ему.

Когда с одеждой было покончено, он ещё раз окинул теперь уже нагую дочь взглядом, любуясь. Её маленькая грудь с парой розовых сосочков и чистая, непорочная щёлочка манили его, сводя короля с ума. Будучи не в силах больше сдерживаться, Берин припал губами к её плоскому животу и, покрывая тело принцессы частыми поцелуями, начал подниматься выше. Добравшись до груди, он обхватил правый сосок губами и стал посасывать его, причмокивая, а левый зажал между большим и средним пальцами и начал потирать его. Дыхание Нирит сделалось ещё более частым и неровным, она что-то забормотала сквозь пелену сна. Её соски начали набухать, поддаваясь напористым ласкам отца. Пресытившись игрой с чувствительными розовыми «кнопочками», король спустился ниже. К половым губкам принцессы.

По внутренней стороне её бедра уже стекала мутная капелька. Задрожав от возбуждения, Берин слизнул её и припал к промежности Нирит, наслаждаясь её кисло-сладким вкусом. Сперва он лишь посасывал складочки кожи, а затем совсем перестал сдерживаться и начал проникать в её лоно языком настолько глубоко, насколько позволяла плева. Вот тогда-то принцесса и проснулась.

Щурясь, она потёрла глаза кулачками и чуть приподнялась, пытаясь понять, что именно её разбудило. Во всём теле она ощущала приятную слабость и тепло, несмотря на то, что она почему-то была раздета. Когда же общая картина сложилась в голове Нирит, глаза её широко распахнулись. Она уставилась на короля, сохранявшего невозмутимое спокойствие и не спешившего отстраняться от неё.

— Отец? Что… — залепетала девушка. На лице Берина появилась странная, пугающая улыбка.

— Я так соскучился по тебе, дочь моя. За время моего отсутствия ты превратилась в настоящую красавицу… Папа тобой гордится, — говоря всё это, король начал возиться с ремнём. Ужас застыл в глазах Нирит, когда отец приспустил штаны и высвободил налитый кровью половой орган из тесного плена дорогой ткани. — Иди ко мне.

— Т-ты не в себе! Прошу, одумайся! — паникуя, принцесса сжала ноги вместе, пытаясь хоть как-то защитить свою невинность, и отползла к спинке кровати, но Берин схватил её за коленки и резким рывком подтянул поближе к себе. Он пытался раздвинуть ноги дочери, но та упиралась изо всех сил. — Пожалуйста, папочка!

Внезапно глаза короля вспыхнули от злости. Странная улыбка исчезла, уголки губ опустились, а густые брови нахмурились. Гневная гримаса исказила и без того жестокие, угловатые черты его лица.

— Ты смеешь не повиноваться своему королю, негодница?! — взревел он таким грозным голосом, какого Нирит ещё никогда не слышала. Она вся задрожала, и сопротивление её чуть ослабло. Теперь девушка боялась, что король причинит ей боль, если она будет ему противиться.

— П-папочка… — жалобно прошептала она, и по щекам её покатились слёзы. Но Берина они нисколько не трогали.