Лебедь и дракон
Шрифт:
Роза села в кровати и осмотрела роскошную обстановку. Так, значит, она попала в замок волшебника. Иначе назвать своего нового друга она не могла. Его власть над живыми существами и неодушевленными предметами, вроде статуй и свечей, казалась неограниченной. Теперь надо выяснить, что он затеял и с какой целью позволил ей войти в свое жилище.
Роза тихонько встала и вышла из комнаты. Замок был огромен. Сможет ли она осмотреть все его покои за остаток ночи.
Длинные коридоры разветвлялись наподобие лабиринтов. Роза выбрала себя дорогу наугад. Она попыталась открыть одну
Роза оставила напрасные попытки и побежала дальше по узкому коридору. Ее шаги были легки и бесшумны. Она сама удивилась той резвости, с которой мчится мимо стен, украшенных гобеленами и разнообразными дверными нишами. Ей казалось, что сейчас у нее снова отрастут лебединые крылья и помогут взлететь ввысь. Мечты прервал резкий звук. Скрипела незакрытая дверь в низкой, каменной нише. Она раскачивалась на петлях, как будто от сильного ветра.
Роза поспешила туда. Ей пришлось согнуться в три погибели, чтобы протиснуться в низкий дверной проем. Неказистая дверца вела в крошечную гостиную. Здесь разместились несколько кресел, софа и столик. А на стене висела одна единственная картина.
С потолка свисала маленькая люстра и роняла конусы света на ярко размалеванный холст. Художник изобразил на картине осенний лес. Вопреки всем правилам, издалека живопись выглядела безвкусно, а вблизи пейзаж преображался. От него веяло свежестью ранней осени.
Каждая деталь пейзажа выглядела живой: багряный клен, оранжевый дуб, опавшие листья на воде мутного ручья. А воображение дорисовывало бескрайний лес. Роза чувствовала запах древесины, грибов и дубовой коры. Стоит только коснуться рукой холста, как она перенесется на картину, превратившись в крошечный рисунок.
Огромным усилием воли Розе удалось отвести взгляд от полотна. Чтобы снова не поддаться магнетическому воздействию пейзажа, она начала изучать дубовую панель, к которой крепилась картина. Пальцы девушки заскользили по резным узорам. Местами панель была оцарапана. Роза провела кончиками ногтей по царапинам, будто непроизвольно искала какой-то шифр, при разгадке которого откроется тайник.
Одна глубокая царапина на поверхности панели по форме напоминала лебединое перо. Роза надавила на нее, и панель со скрипом сдвинулась с места, оголяя черную бездонную дыру. Вырвавшийся из темной пустоты, ветер швырнул в лицо сухие, желтые листья. До слуха донеслось мирное журчание реки. Через секунду в тьме начали проступать очертания деревьев. Роза шагнула вперед и почувствовала под ногами твердую почву. Как только она пересекла допустимую границу, сзади раздался страшный скрип задвигающейся панели. Роза резко обернулась, но, к своему удивлению, не обнаружила прежней стены. За спиной принцессы простирался лес. Под ногами шуршали опавшие листья.
Сначала Розе показалось, что через потаенный лаз она перенеслась в другое измерение. Ведь листики на ближайших березах были сделаны из меди, а воздух, пропитанный речной влагой, вызывал головокружение. Хотя вряд ли тайный ход мог вести в иной мир, должно быть, за стеной проходила магическая линия, ступив через которую,
Роза отошла от берез с позвякивающими медными листиками и побрела к реке. Освещенный факелами арочный мост вел на другой берег. Лунный свет прокладывал сверкающую дорожку на чернильных водах реки.
Мимо противоположного берега с шумом промчалась ночная кавалькада. Невзрачная на вид карета остановилась рядом с мостом.
Роза не ожидала услышать знакомый свист в небесах, но песня драконовых крыльев донеслась до нее в самый неожиданный момент. Роза содрогнулась всем телом. Ведь Эдвин предупреждал, что за стенами замка она останется без защиты. Надо было послушаться его совета, а не спешить на поиски неприятностей.
Тень закрыла собой луну. Едва завидев светящееся пятно в темном небе, Роза кинулась прочь. Она успела добежать до моста, прежде чем до нее донесся дикий, неистовый рев Золотого Владыки.
Нужно было скорее перейти на ту сторону реки. Шаги Розы отдавались гулким эхом от камней моста. Пылающие факелы бросали блики на мраморно-белые плечи принцессы. Алое платье делало ее отличной мишенью для дракона.
Роза перегнулась через парапет, но холод и мрак воды, заставили ее отказаться от мысли броситься в речную пучину. Все равно зверь догадается, что она прячется под мостом. В этот миг крылатая тень легла на каменный мост. От порыва ветра зашипело и затрепетало пламя факелов.
Как кстати открылась дверца кареты, и оттуда вышел долговязый человек в длинной накидке и широкополой шляпе, ронявшей тени на его лицо.
– - Помогите!
– закричала Роза, надеясь, что он услышит ее. И он ее заметил. Их взгляды встретились и погрузились друг в друга. Что увидела Роза в его очах. Только скорбь и мглу. Но все равно этот случайный проезжий был ее последней надеждой на спасение.
Роза кинулась к нему через мост. Пышные юбки мешали ей бежать, а перстень на руке загорелся таким ярким светом, что мог соперничать с глазами дракона. Аметист сиял всегда, когда приближался крылатый преследователь.
Девушка уже чувствовала на своей спине обжигающее огнем дыхание. Добежав до середины моста, она споткнулась о камень и упала навзничь. Из пораненной ноги заструилась кровь. Роза приподнялась на руках и хотела встать, но острые когти обхватили ее за талию.
Роза хваталась за парапет и выступающие из кладки камни. На миг хватка дракона ослабла. Золотое крыло опустилось на мост. Нестерпимое сияние чешуек причиняло боль глазам. Лапа дракона осторожно ступила на мост, ослепляя златым блеском. Когти со скрежетом прошлись по булыжникам, оставляя глубокие царапины.
Роза вскрикнула и закрыла руками лицо, боясь что дракон его поранит. А когда она, набравшись смелости, открыла глаза, то онемела от удивления. Рядом с ней стоял молчаливый юноша в черном плаще.
– - Эдвин!
– прошептала Роза и сама удивилась, как ее язык повернулся назвать этого высокомерного, незнакомого человека Эдвином. У него были те же ослепительные локоны, те же самые лазурно-голубые глаза, взирающие свирепо и надменно. Какая же неведомая сила могла так ожесточить его бледное лицо.