Лебедь(СИ

Гордеева Ирина Евгеньевна

С разрешения бабушки, мы оккупировали кухню, а она пошла в зал смотреть телевизор, оставив нам пирог и чашки с чаем. Я принес статью и прочитал ее всем.

Все молчали. По коже пробежал мороз. Потому что не хотелось верить в это. Как это могло произойти? Как?

– Так, теперь рассказывайте все, - сказала тетя Вера.

Я посмотрел на Лешку. Тот пожал плечами. Я встал, плотно прикрыл кухонную дверь и стал рассказывать. Все. С самого начала.

Все слушали молча. Дядя Боря несколько раз пытался закурить, но, видимо, присутствие нас, то есть детей, его останавливало. Тетя

Вера не съела ни куска пирога и не выпила ни глотка чая. Она, как сыщик, внимательно слушала и даже что-то записывала.

– Это все, - сказал я. А Лешка подтвердил.

– Да уж, - пробормотал дядя Боря, - вам надо сказки писать. Как Пушкин писал. Новые сказки о главном...

– Ну, скажем, половину того, что вы нам тут нагородили, можно списать на эмоции, ловкость рук и знание психологии. А с остальным нужно серьезно поработать. Минуточку...
– сказала Лешина тетя и достала из своей большой сумки нотбук, открыла его и стала что-то печатать. Потом что-то зашептала и обрадовано потерла руки.

– Вот так. Привет вам из России. Какие у кого предложения?

– Предлагаю пойти к нам, - предложил Лешка, - поговорить с батей. Пусть он нам поможет узнать, кто такой Коршун. У нас есть варианты фамилий.

– Да отца твоего мы еще несколько дней не увидим. У них же почти военное положение там. Из-за этого случая. Я уже пыталась с ним связаться, бесполезно, - сказала тетя Вера.

– Так мы же по делу. С ценной информацией.

– Да. Про порчи, превращения, колдунов и ведьм всяких... Так вам и поверят в нашей-то милиции.

– Тогда мы обратно поедем, в Слободку. У нас свой план есть, как проверить жителей этого коттеджа.

– Ну и как?

– Мы конверты отнесем охранникам с похожими фамилиями. Если там такой есть, то они заберут, а если нет - то не заберут, - объяснил Лешка.

– Это вы сами придумали?
– спросила тетя Вера.

– Ну, да, - в один голос ответили мы.

– Там серьезная охрана, даже очень, - сказал Павлик, - наверняка кто-то важный живет.

– Ну и что? А если там нет человека с похожей фамилией? Что вы дальше будете делать?

– Не знаю...- Пашка пожал плечами.

– Стоп!
– воскрикнул я, - а почему и в тот раз, и в этот раз один человек исчезает? В той статье написано, что один мальчик пропал. И в этот раз - тоже. А помнишь, Лешка, когда мы были в зоопарке, Рита сказала, что там один лебедь год назад появился. Непонятно откуда. Может, это и есть тот превращенный Игорь? А теперь там должен появиться еще один. Можно ведь узнать.

– Ну, а почему он обязательно в зоопарк полетит?
– спросил меня Лешка.

– А ты бы куда полетел, если бы лебедем стал, подумай. Человек, выросший в городе, никогда не полетит за город на какое-нибудь озеро.

Тетя Вера и дядя Боря смотрели на нас как на ненормальных.

– Сейчас уже поздно. Мы вряд ли попадем в зоопарк, а вот завтра утром можно будет проверить, - сказал я.

На том и порешили. Лешка с тетей Верой и дядей Борей ушли. А мы с Пашкой, доев пирог, уснули в комнате рядом с Сереженькой.

Лебеди

В

девять утра мы уже были в зоопарке. Пруд с плакучими ивушками и зеленым газончиком за оградой хорошо просматривался. На той стороне мы увидели штук пять лебедей. Эти гордые птицы словно застыли на зеркальной поверхности пруда. Мы прильнули к сетке забора, считая птиц.

– Что толку их считать, - сказал Лешка, - мы же не знаем, сколько их вообще было раньше.

– Стоп, - сказала тетя Вера и покачала головой, - вы как хотите, а я в это поверить не могу. Но ради вас я все узнаю. Мое журналистское чутье сегодня мне не дает покоя.

Она пошла искать кого-нибудь из служителей, а дядя Боря поплелся за ней. Как ни странно, но через пять минут они пришли в сопровождении тетеньки в синем халате и косыночке.

– Это Нина Ивановна, - сказала тетя Вера, - а это наши юные натуралисты. Очень любознательные. Будущие биологи-зоологи, вернее, орнитологи. Интересуются лебедями.

– А-а, - сказала нараспев женщина, - юннаты, что-ли? Давненько никого не было. А тут сразу трое. Небось, на каникулах практика у вас? У моего внука тоже. Цельный месяц парнишку мучать будут. Только он мести двор школьный должен и кусты подрезать. А вы, значит, лебедей изучать будете. Ну, пойдемте.

Она отперла щеколду, и мы гуськом двинулись за ней, обходя пруд справа.

– Только громко не говорите, - зашептала Нина Ивановна, - а то распугаете птицу.

Мы подошли к ивушке и встали у кромки воды. Нина Ивановна дала нам хлеба и каким-то странным цыканьем подозвала лебедей. Мы кидали хлеб, а они ловили.

– А сколько их?
– спросил я.

– Было семь.

Около нас плавали только пять красавцев. И вдруг из-за кустов выплыли еще трое.

– Ой, батюшки, их уже восемь. Вон тот не наш. Прилетел откуда-то. Вчера еще его не было. Небось, от стаи отбился.

И она показала на последнего, неуверенно плывущего за всеми молодого лебедя.

– Молоденький. Откуда же ты взялся?

Лебедь не подплывал близко. Мы смотрели на него. Глаза его казались такими печальными. Он как бы сторонился остальных и пытался прятать голову под крыло.

– Нина Ивановна, - продолжал я свое расследование, - скажите, а у вас часто так лебеди прилетают в зоопарк?

– Да нет. На моей памяти это второй случай. Вот прошлой весной прилетал тоже один. Вот этот, - и она показала на одного лебедя, - я его отличаю по носику. Он у него как бы курносенький, не как у других. Тоже как-то утром смотрю, а тут новенький плавает.

Мы все устремили свои взгляды на этого лебедя с курносеньким носиком.

– Если у них пара распадается, - продолжала Нина Ивановна, - ну, например, одного убьют, другой на всю жизнь одиноким будет. Не как у людей. У нас-то как, чуть что и разводятся, и сразу новых в дом ведут. А у них нет. Лебединая верность. Вон, смотрите, тута три пары, а эти двое, получается, без пары.

– А когда это было? Вы месяц не помните?
– вмешался наш местный Шерлок Холмс - Леха.

– Нет, не помню. Да холодно еще было. Весною прилетел голубчик.