Лед и сталь

Оформление Владимира Гуркова

– Мы – исключительная раса. И, говоря о своей исключительности, мы, прежде всего, имеем в виду наше безусловное право устанавливать во вселенной тот порядок, который является наиболее справедливым и прогрессивным. Порядок, который ведёт человечество к новым вершинам и который проверен самим временем.

Но на пути порядка и прогресса не бывает гладко. Враги, продавшиеся хаосу и разврату, снова подбираются к нашим границам, стремясь уничтожить все великие завоевания шан рок. Но никому не сломить наш гордый народ. Никому не посеять и зерна сомнения в правильности выбранного пути и не затмить деяний наших предков.

Только поступательное движение, только воля и прогресс – вот наши путеводные звёзды в мире, заполненном хаосом и соглашательством.

Сейчас как никогда особую важность представляет монолитное единство нашего народа, нетерпимость к всякого рода скверне и усилия каждого гражданина по её уничтожению. Только вместе мы сможем поставить надёжный заслон слабости и унынию, неверию в свои силы и силы нашего героического народа. Но среди нас всё же затаились отдельные предатели, чьё зловонное дыхание отравляет всё, что их окружает. И с такими мы будем вести беспощадную борьбу всеми имеющимися силами, вплоть до уничтожения причастных и направления в воспитательные центры всех, кто мог быть подвержен растлевающему влиянию, как и было заведано Сводом Гандам.

Отныне каждый, чья ересь будет доказана в Шанкомиссариате по делам нравственности, будет обязан сам пройти очищение гас рон, чтобы карающая десница народа не коснулась его родных и близких. Ведь в момент, когда все, от гандара до гарканцлера, напрягают все силы в священной борьбе, не время для прощения и мягкотелости. Только предельная жёсткость в борьбе, только неколебимая стойкость и верность идеалам Гандам дадут нам силы к победе!

Третья империя, начавшаяся с великой победы над ордами лауран, будет существовать, пока светят звёзды и пока дышит хотя бы один солдат имперского легиона. Да славится путь Гандам, да будет вечен Гар рок!

Одна держава, один вождь, одна судьба!

Из речи гар Гор Тес Нарио на тридцатом партийном съезде

Здания Гарканцелярии, где располагались личный штаб гар Гора и Шанкомиссариат по делам новых территорий, находились в разных концах широкой словно проспект улицы Маброн, на которой находились еще штук двадцать различных имперских учреждений различного калибра и по утрам можно было видеть, как в одном потоке движутся и велосипеды чиновников

младшего ранга, и тёмно-синие лимузины высшего имперского состава. Ларг Терн не принадлежал ни к тому, ни к другому уровню, но всё же был одним из тех немногих людей, от чьих действий зависела политика империи.

Шанкомиссариат занимался контрразведывательной работой на только что захваченных территориях, и оперативники службы нередко принимали дела у армейских офицеров среди дымящихся развалин. Именно на них ложилась вся тяжесть поиска и ликвидации недобитых войсковых групп противника, а также всяких радикальных элементов и будущих террористов. Через какое-то время к сотрудникам безопасности присоединялись офицеры Криминалкомиссариата, но это уже когда стрельба на улицах стихала до приемлемого минимума.

Раньше всем этим занималась армейская контрразведка, но после очередной перетасовки полномочий в их ведении осталась лишь фронтовая зона и работа по ближним тылам, а основная масса чистильщиков, волкодавов и даже управление полевых фильтрационных пунктов переместились в ведение оперативного отдела Шанкомиссариата.

Таким образом, за пару лет отдел превратился из подразделения оперативной поддержки в настоящего монстра со своими учебными центрами, корабельной группировкой и даже медицинской службой.

Штандарткомиссар привычно откозырял часовому у дверей и машинально поправил фуражку, проходя мимо огромного, в два человеческих роста, зеркала. Потом отточенным за годы службы жестом достал удостоверение личности и, раскрыв его, предъявил второму часовому, после чего прижал на секунду кисть руки к силуэту на невысокой тумбе рядом с охраной.

Несмотря на то, что руководство в управлении все знали в лицо, а кое-кто из охранников занимался по вечерам у него в школе иг ран – армейского рукопашного боя, порядок был один для всех. Поднялся по ступенькам к залу, в котором стояли три арки детекторов, генные анализаторы и не меньше пяти крепких парней в чёрной форме внутреннего контроля, и зафиксировал свою личность.

Аппарат немного погудел, переваривая генную пробу и сравнивая её с данными в своей базе, и створки бронезаслонки, перекрывающей проход в здание, мягко разошлись в стороны.

– Гар тес! – охранники щелкнули каблуками и вздёрнули подбородки, словно позируя для «Национального Вестника».

– Гар! – полковник отсалютовал парням вскинутой рукой и, скрипя натуральной кожей сапог, прошёл в зал, куда выходили двери сразу шести лифтов, готовых вознести своих пассажиров соответственно личному рангу или уровню будущего разноса.

Ларг Терн не глядя воткнул карту в щель считывателя, и лифт, отсчитав этажи, прибыл на шестьдесят второй этаж, занимаемый руководством управления. Здесь уже никто не спрашивал документы, а штурмовики из собственных подразделений отдела лишь молча щелкнули каблуками, приветствуя начальство, а правая рука одного из солдат незаметно прижала кнопку удалённого оповещателя, сообщая всему отделу, что начальник прибыл.

– Штандарткомиссар, – вставшая из-за стола дежурная коротко откозыряла воинским приветствием. – За время вашего отсутствия происшествий первого и второго уровня не произошло. Дежурная по отделу флагкомиссарин Этар.