Леди-бунтарка

Осборн Мэгги

– Поскольку мы не слишком хорошо знаем город, мы заблудились и вскоре оказались недалеко от Ковент-Гардена…

– О нет! – Сесил в испуге прижала руку к губам, а мадам Трюффо недоверчиво покачала головой.

– Зная, что леди Кэтрин была бы недовольна, мы немедленно повернули обратно и поспешили домой, – продолжила Блу свой рассказ.

При слове «домой» леди Паджет брезгливо поморщилась.

– На вас напали грабители?! – воскликнула Сесил, округлив глаза.

– Да-да, именно так все и было. – Блу перевела дыхание. – Просто кошмар… Негодяи были вооружены ножами и дубинками.

– Только не надо всех этих

ужасов! – фыркнула мадам Трюффо. Она сунула в рот булавки и поманила Блу к себе.

– И что же случилось потом? – Сесил затаила дыхание. – Негодяи попытались похитить тебя? Они хотели сделать с тобой что-то ужасное?

– Ну да… – Блу покосилась на леди Кэтрин, но по выражению лица ее светлости никак нельзя было сказать, что она поверила в эту небылицу. – Да-да, так и было. Эти мерзкие свиньи… то есть негодяи… Они вполне могли сбить меня с ног и… сделать свое черное дело, если бы не Моутон и Месье.

– О Боже! Какой кошмар!

– И я, понятно, тоже не стояла без дела. – Коснувшись кровоподтека на подбородке, Блу украдкой снова взглянула на леди Кэтрин.

– Ты дралась с ними?! – ужаснулась Сесил.

Блу утвердительно кивнула:

– Да, конечно. Я крепко держала в руках весло.

В этот момент мадам Трюффо заставила девушку повернуться и принялась обмерять ее талию. Теперь Блу стояла лицом к леди Кэтрин, чей ледяной взгляд выражал откровенное недоверие. Пора было заканчивать нагромождение лжи.

– Но обещаю вам, – закончила Блу, – что подобное никогда больше не повторится.

– В этом ты можешь быть уверена, – заявила леди Кэтрин и повернулась к двери. – Мне нужно поговорить с Моутоном.

Раздумывая над словами матери, Блу послушно поворачивалась то в одну, то в другую сторону, пока мадам Трюффо ее обмеряла. Леди Кэтрин, вернувшись, ничего не сказала; она подошла к окну и принялась рассматривать сады внизу.

Когда подали чай, Блу, к своему изумлению, обнаружила, что в ее чашку добавили добрую порцию джина. Она с благодарностью выпила этот божественный напиток и бросила испытующий взгляд сначала на Мэри, а потом – на стоявшую у окна леди Кэтрин. Кто же этот милосердный ангел, который сжалился над ней?

Конечно же, это Мэри. Что может знать о похмелье леди Кэтрин Паджет? Когда мадам Трюффо снова развернула Блу, девушка сделала Мэри знак глазами и шепотом поблагодарила ее. Но та, похоже, ничего не поняла. С озадаченным видом она сделала неуклюжий книксен и поспешила выйти из комнаты. Тогда Блу окинула задумчивым взглядом леди Кэтрин и нахмурилась.

Нет, этого просто не может быть.

Глава 10

Как только Блу сдалась и объявила, что собирается стать леди, Кэтрин с готовностью принялась за дело. Времени оставалось совсем немного. На смену теплым майским дням пришел июнь. К концу августа весь лондонский свет уже вернется в город, чтобы встретить начало сезона. В сентябре же придется представить Блузетт обществу, иначе леди Паджет начнут задавать неприятные вопросы. Хотя Кэтрин обожала сплетни, ей совсем не улыбалось стать их объектом. Такое могло привидеться разве что в кошмарном сне.

– О Господи, ну неужели ты не можешь понять? – проговорила она в раздражении. – Блузетт, нужно идти, а не бежать! – Отбросив пяльцы для вышивания, Кэтрин встала, сняла с головы Блу тяжелую Библию и водрузила ее

себе на голову. – Вот так, – пояснила она. – Ты как будто медленно плывешь. – Двигаясь легко и грациозно, Кэтрин скользнула к двери, затем повернулась. – Видишь? Вот так должна ходить леди. Она прогуливается, идет неспешно, держится свободно, а не мчится как сумасшедшая, чтобы поскорее добраться до цели. Леди вообще не показывает своих намерений. Она не бежит и ни за кем не гонится.

Блу стиснула зубы. Она вспомнила, как когда-то, еще в прошлой жизни, Бо Билли рассказывал ей, что леди выражают свои чувства движениями задницы. Наблюдая за ее светлостью, Блу решила, что отец ошибался. Леди разговаривают при помощи подбородка. Подбородок леди Кэтрин говорил красноречивее всяких слов. В настоящий момент угол его наклона неопровержимо свидетельствовал о том, что Блу – тупая ослица и что она никогда не сможет изобразить врожденное превосходство истинной леди.

– Ладно, давайте сюда эту проклятую… – Девушка осеклась и тяжко вздохнула. – Я хотела сказать, что с удовольствием попробую снова, – пробормотала она, покосившись на Месье, стоявшего за креслом Сесил. Блу взяла Библию из рук Кэтрин и снова положила ее себе на голову. Но книга тут же упала на пол, и девушка, тихонько выругавшись, нагнулась, чтобы ее поднять. К несчастью, ее фижмы взметнулись вверх, она задела край вазы, стоявшей на столе, и та с грохотом обрушилась. – О, черт! Дьявольщина! – Блу ужасно не хватало ее привычной одежды – бриджей и сапог; в них даже самый неповоротливый увалень смог бы бесстрашно разгуливать по комнате.

– Вызовите, пожалуйста, мистера Аппла, – попросила леди Кэтрин, повернувшись к Месье.

– Приношу вам свои соболезнования, – пробормотала Блу и тут же схватилась за голову. В последнее время ей пришлось зубрить так много всяких правил, что она окончательно запуталась в них. – Нет, неправильно. Вот дьявол! Я хотела сказать, что взываю к вашему милосердию. Может, я должна заплатить за эту проклятую вазу?

Сесил улыбнулась и сказала:

– Лучше попроси прощения за свою неловкость. В таких случаях не следует предлагать деньги.

– Простите, мне очень жаль, что я такая неловкая, – проворчала Блу.

В ответ леди Кэтрин небрежно махнула рукой. Когда мистер Аппл вымел осколки хрупкого фарфора и разбросанные по полу цветы, она сказала:

– Положи на голову Библию и попробуй еще раз. – Немного подумав, она вдруг спросила: – Блузетт, а как бы ты обратилась к Герцогу?

– Ваша милость.

– Ваша светлость. К герцогу всегда так обращаются. А как бы ты обратилась к графу Дитширу, моему отцу?

Блу повернулась с предельной осторожностью, чтобы Библия опять не свалилась на пол. Когда ей удалось успешно завершить этот сложный маневр, она улыбнулась и с торжеством взглянула на леди Кэтрин.

– Я бы сказала: «Здравствуйте, милорд». Или: «Какая у вас чудесная дочь, милорд».

Сесил тихонько рассмеялась и спросила:

– А как бы ты приветствовала жену графа?

– Поцелуем в губы.

– Никогда! – вмешалась леди Кэтрин. – Сесил может поцеловать графиню в губы. Но той, что ниже ее по положению, графиня подставит щеку и никогда не позволит поцеловать себя в губы.

Блу пристально посмотрела на мать.

– А я считаюсь ниже графини?

– Конечно. У тебя ведь нет ни титула, ни положения в обществе.