Леди греха

Хантер Мэдлин

Сердце Шарлотты забилось быстрее, и она едва удержалась от стона.

– На прошлой неделе я чуть не сошел с ума, – пробормотал Натаниел. – Именно тогда я окончательно понял, что это были вы…

– Окончательно поняли?

– Да, Шарлотта. Мне вдруг стало ясно, что такие глаза… Только ваши глаза я мог видеть в прорезях маски.

Шарлотта невольно улыбнулась. Сейчас ей казалось, что та ночь у Линдейла была когда-то очень-очень давно.

Натаниел опускал бретельки ее сорочки все ниже и ниже. Кончики его пальцев коснулись ее отвердевших

сосков, и Шарлотта на мгновение затаила дыхание – ожидание превратилось в восхитительную пытку.

Нескольку секунд спустя Натаниел наконец-то опустил сорочку, обнажив грудь Шарлотты. И тотчас же кончики его пальцев стали поглаживать ее соски.

Шарлотта стиснула а зубы, чтобы не застонать.

– Прошлый раз вы почти не разговаривали, – сказал Натаниел с улыбкой. – Вы намерены снова молчать?

– А может, это будет правильно? Как вы считаете? Мы ведь часто ссоримся, когда беседуем.

– Только потому, что вы получаете удовольствие, бросая мне каждый раз вызов.

– А вы – мне.

– Возможно, мы оба просто пытались отрицать то, что привело нас в эту постель. С какого-то момента я находил ваше своеволие скорее очаровательным.

– Тогда, пожалуй, я заговорю. Если буду по-настоящему вами очарована.

Склонившись над ней, Натаниел поцеловал ее сосок. И на сей раз Шарлотта не сумела сдержать стон.

– Мне придется очаровать вас так, чтобы ваши речи стали приятными. – Он снова улыбнулся.

– Какого рода речи доставят вам удовольствие. Натаниел?

Он сделал вид, что всерьез задумался.

– Какого рода речи? Знаете, сразу трудно ответить. А впрочем… Думаю, вам следует сказать: «Не останавливайтесь, потому что я на седьмом небе».

Шарлотта рассмеялась. Натаниел же сбросил покрывало с постели, затем спустил сорочку Шарлотты еще ниже и провел ладонью по ее бедру.

– Приподнимитесь, – сказал он.

Шарлотта приподняла бедра, так чтобы сорочка спустилась к ее коленям.

– Да, чуть не забыл, – пробормотал Натаниел, изображая озабоченность. – Вероятно, мне понравится фраза: «Именно так, вот здесь, мне так приятно». Да, я думаю, что буду с радостью приветствовать такие откровения.

– Это похоже на наставления, – сказала Шарлотта, не удержавшись от улыбки.

Тут Натаниел окончательно освободил ее от сорочки.

– Полагаю, вы нуждаетесь в наставлениях, моя маленькая леди.

В следующее мгновение он осторожно лег поверх нее и тут же чуть приподнялся на локтях. Заглянув ей в глаза, проговорил:

– Но если вы предпочитаете молчать, то можете вообще не разговаривать. Поверьте, мне не нужны слова, чтобы узнать вас.

«Той ночью он сказал нечто подобное», – промелькнуло у Шарлотты. Положив ладонь ему на грудь, она спросила:

– Вы всем это говорите?

– Говорил только раз. Одной очень красивой женщине, с которой я встретился на вечеринке. Она была в маске, но это не помешало нам понять друг друга.

Шарлотта посмотрела ему прямо в глаза и вздохнула

с облегчением. Она увидела в глазах Натаниела именно то, что ей хотелось увидеть. Неожиданно она словно опять оказалась в темном углу салона, рядом с Натаниелом. Тогда между ними сразу установилась глубокая и полная близость, так что остальной мир перестал существовать. В его глазах не читалось никакого осуждения. Никаких вопросов. Только понимание и сочувствие, только жаркий огонь желания, горевший лишь для нее. Она являлась для него таинственной незнакомкой, но все равно они прекрасно понимали друг друга, и только это имело значение.

Тут Натаниел снова ее поцеловал, и она тотчас же почувствовала: поцелуй был не такой, как в ту ночь. Но все же многое повторялось; они также остро ощущали друг друга, и их так же друг к другу влекло. Правда, теперь они лежали в постели. Натаниел Найтридж находился в постели с Шарлоттой Марденфорд.

Отвечая на поцелуй Натаниела, Шарлотта вдруг подумала: «Ах, как приятно, что Натаниел знает: он обнимает именно меня!»

Поцелуй их становился все более страстным, и Шарлотта все больше возбуждалась. По телу ее пробегали теплые волны блаженства, и она старалась покрепче прижаться к Натаниелу.

Когда же поцелуй их прервался, Натаниел принялся покрывать поцелуями ее шею и плечи. А руки его тем временем ласкали ее груди и поглаживали бедра.

И при каждом прикосновении Натаниела Шарлотта испытывала головокружение, и ей казалось, что страсть вот-вот доведет ее до безумия. Почувствовав, как его твердая плоть прижалась к ее бедру, она раздвинула ноги и тихонько застонала. Она страстно желала, чтобы он наконец-то соединился с ней, но Натаниел вдруг приподнялся и посмотрел на нее сверху вниз:

– Мы не будем торопиться. Никто ведь не видит нас, Шарлотта.

Не дожидаясь ответа, он склонился над ней и коснулся языком ее правого соска, Шарлотта закрыла глаза и снова застонала. Ласки Натаниела напоминали восхитительную пытку, и ей хотелось, чтобы пытка эта никогда не кончалась.

– Да, – услышала она вдруг свой шепот. – Так, именно так… Это прекрасно.

Натаниел вдруг остановился, и Шарлотта, открыв глаза, увидела, что он смотрит на нее с улыбкой. Затем он принялся ласкать другую ее грудь, и из горла Шарлотты вновь вырвался стон. Забыв обо всем на свете, она выгибала спину – словно требовала, чтобы он ласкал ее снова и снова.

В какой-то момент Натаниел вдруг скатился с нее, освободив ее ноги. И Шарлотте тотчас же подумалось, что ее поза – слишком уж скандальная. Она начала сдвигать ноги, но рука Натаниела легла ей на бедро, останавливая ее.

Он коснулся ее самого интимного места, и она окончательно потеряла голову. Теперь ей уже хотелось только одного – побыстрее слиться с ним воедино. «Что же он медлит?! Почему?!» – мысленно выкрикивала она. Тело ее то и дело содрогалось, а из горла вырывались громкие стоны, хотя Шарлотта этого и не осознавала.