Леди-мафия
Шрифт:
– Так вот, рядовой Ящуров решил, что он вправе обратиться ко мне на «ты». Это непозволительно. Подобный проступок достоин наказания. Но мне не хотелось бы начинать свою службу с наказаний. Поэтому на первый раз прощаю. Но если подобное повторится, снисхождения он больше пусть не ждет. Вам ясно, товарищ солдат? – нахмурив брови, зычным голосом спросил Артем.
– Ясно, – буркнул тот.
Он принимал его превосходство над самим собой как неизбежное зло.
– Становитесь в строй!
– Есть.
Ящуров принял строевую стойку. Начал
– Взвод, направо! Бегом – марш!
Артем направил свое подразделение обратно в расположение части.
Весь день он занимался со своими подчиненными. Строевая подготовка, изучение материальной части, занятия по рукопашному бою. Он выжимал из своих солдат все соки. Уже объявлен был указ Горбачева о выводе советских войск из Афганистана. Малая вероятность того, что кто-то отправится за кордон. Но все же... А война, как известно, не терпит необученных солдат.
Вадим умел делать все как надо. Со строевой подготовкой ладил, и тактико-технические характеристики автомата выучил наизусть, и искусству владения холодным оружием обучался с прилежанием. Но опять же, делал все это молча, стиснув зубы. Если бы Артем похвалил его, он бы, наверное, воспринял это как смертельную обиду.
А вечером, перед самым отбоем, он подошел к нему.
– Товарищ лейтенант, можно на пару слов? – отзывая его в сторону, сказал он.
– О чем?
– Да о домашнем... Ведь мы с вами из одного города, с одного квартала...
– Значит, узнал меня...
– Узнал... Видел вас с Иринкой, тогда вы еще курсантом были... У вас с ней что, роман? – спросил он, улыбнувшись краешком губ.
– А ты не знаешь?
– Не-а, она мне ни о чем не рассказывала.
– Ну да, так я и поверил, – недоверчиво покачал головой Артем. – Бросила она меня. Ради тебя и бросила.
– Стало быть, у вас есть повод ненавидеть меня? – прямо спросил Вадим.
– Можно сказать, что есть. Но я не собираюсь вымещать на тебе свою обиду. Это просто глупо...
– Я вижу, вы настоящий мужик. – Вадим сказал это вовсе не для того, чтобы польстить. Он вообще, наверное, не умел льстить – так, по крайней мере, казалось Артему.
– Мечтал услышать... У тебя все?
– А я еще и не начинал... О Лене я хотел у вас спросить, о сестренке вашей, – выдавил он из себя.
– А что тебя интересует? – Артем всем своим видом показывал, что он ничуть не удивлен.
– Как живет, чем дышит... В общем, где она сейчас, как у нее дела?
– А то ты не знаешь, – вот тут он как будто бы удивился.
Хотя удивляться было нечему.
– Не-а, ничего не знаю. Хвостом она вильнула. В дураках меня оставила. Вот так...
– Что ж, бывает. От Лены всего можно ждать, непредсказуемый она человек... У нее все хорошо. В медицинский институт поступила,
– Она адреса мне своего не оставила.
– Так я тебе дам...
– Не стоит... Я не из тех, кто пятки бабе лижет, лишь бы обратно вернулась. Лена оставила меня. Значит, была причина. И причина одна. Гуляй, Вася, ты мне надоел... Привет ей от меня передавайте. И передайте, что я по-прежнему помню о ней...
Мария Викторовна, «хозяйка» Артема, сдавала для постояльцев половину дома: три комнаты с общим коридором и кухней. В одной из комнат жил он сам. В другой – командир взвода одной с ним роты, лейтенант, уже отслуживший в офицерской должности год, – он-то и помог ему снять жилье. Третья комната пустовала. В ней до недавнего времени жил капитан-холостяк, но «труба позвала» его в Афган, и он съехал.
А сегодня в этой комнате появилась квартирантка.
– Мама родная, какая девочка к нам в гости пожаловала, – с загадочным видом сообщил лейтенант Володя Артему, когда тот вернулся со службы. – Комнату рядом с твоей сняла.
Закончился второй день его пребывания в новой должности.
– Что за девочка? – спросил он, снимая с плиты чайник.
Сегодня у него был трудный день. Устал до чертиков. Ни о каких девочках не хотелось и думать. Но все равно где-то в глубинах его естества шевельнулся мужской интерес.
– Из Москвы, говорит, приехала. Зачем, не сказала. Я к ней и так, и этак, комплиментами закидал, а она только отмалчивается. Все мимо меня куда-то смотрит. Недотрога! А жаль, я бы ей отдался. – Володя блаженно улыбнулся. – Красивая, как картинка. Глазки, щечки, губки – взгляд не оторвешь. А фигурка! Закачаешься! Но ничего, я к ней еще разочек подъеду. Авось не отошьет...
– Ну, ну, давай, пробуй, – усмехнулся Артем, наливая себе чаю. – Кстати, ты уже ужинал? У меня тут колбаса есть, консервы всякие...
– Спасибо, но я сыт... Ну все, не отвлекай, я пошел. Удачи мне пожелай!
– Ни пуха...
– К черту!
Володя исчез, в коридоре послышались его шаги. И стук в дверь. Вскоре он снова появился на кухне.
– Облом по полной программе, – развел обескураженно руками. – Даже не открыла. Спит уже, наверное, без задних ног. Не понимаю, как можно в такую ночь спать. Тем более одной...
– А какая такая ночь? – засмеялся Артем. – Ночь как ночь... Пусть себе спит одна, если хочет...
– Слушай, а мне совсем спать не хочется. Может, по сто граммов? У меня есть...
– Нет, – покачал головой Артем. – Где сто, там и двести... А мне завтра вставать.
Но выпить все же пришлось. Чуть позже.
– Ну как знаешь, – ничуть не обижаясь, махнул рукой Володя и собрался было уходить.
И в это время в дверях кухни появилась девушка, та самая, от которой завелся Володя. Воды пришла набрать.