Ледокол 2
Шрифт:
В 1938 г. в Германию было ввезено 3 640 тыс. тонн нефти и нефтепродуктов. Из них 2 520 тонн поступило из США и Голландской Индии.
В 1940 г. Германия выплавляла, вместе с оккупированными странами, стали 31.8 млн. тонн, сама добывала 257.4 млн. тонн, а вместе с сателлитами – 439 млн. тонн.
Советский Союз соответственно 18.3 млн. тонн и 165 млн. тонн. [87]
При помощи США, Англии и Франции в короткий срок в Германии было построено более 300 крупных военных заводов.
Военное производство в Германии в 1940 г. увеличилось по сравнению с 1938 г. на две трети, а по сравнению с 1932 г. – в 22 раза.
В 1940 г. немецкая военная промышленность передала вооруженным
Монополисты США скупают акции крупнейших германских фирм и путем карательных соглашений участвуют в производстве в Германии основных стратегических материалов, поставляют Гитлеру бензин.
Из примерно 90 млрд. марок, израсходованных фашистской Германией на подготовку к войне, на сегодня большая часть это кредиты, предоставленные ей монополиями США, Англии и Франции». Следовательно, стоимость всего «фашисткого меча» можно принять равной 90 миллиардам марок.
Подводя итоги, несложно подсчитать, что из 2980 немецких танков, напавших 1 сентября 1939 г. на Польшу, 1 (один) был выкован в СССР. [88]
Глава 5. О культе личности и превентивной войне на советской стороне
Мы рады, что успели вовремя нанести решающий удар, потому что в соответствии с ошеломляющими темпами развития СССР уже через 10 лет превратился бы в совершенно неприступное государство.
Ставить же развитие и ход истории в зависимость от капризов «великих» личностей (Наполеон, Ленин, Сталин, Гитлер, Рузвельт, Горбачев, Буш и т. д.) значит добровольно оставаться пленником и рабом философии культа земной личности, и человек, исповедующий эту философию, неотвратимо впадает в антиисторизм. Тогда он начинает или исступленно поклоняться «великой» личности, или столь же исступленно ее проклинать, т. е. тратить собственную свою жизнь на пустяки. А чтобы не тратить жизнь на пустяки, не следует подглядывать в спальни и туалетные комнаты «великих», листать истории их болезней, ибо здесь «великие» ничем не отличаются ото всех остальных, т. е. невеликих. Свою любознательность лучше потратить на изучение исторических событий и явлений, чтобы установить между ними связь не только в пространстве, но и во времени. [89]
Прежде всего отметим, что ссылка на то, что СССР готовился напасть на Германию в оправдание «превентивной» агрессии абсолютно несостоятельна. Германия строила мощнейшие оборонительные сооружения не на Востоке, а на Западе. Именно там под руководством д-ра Тоддта трудилось более полумиллиона человек!
Еще в «Майн кампф» Гитлер откровенно заявлял:
«Славянская человеческая масса, как расовый отброс, недостойна владеть своими землями… Кто может оспаривать мое право уничтожить миллионы славян? Мы должны большую часть русских и славян уничтожить, часть превратить в рабочий скот, а остальных выбросить за Урал».
Возникает вопрос, а как же высадка германских войск на Британские острова? Интересно одно обстоятельство. Германия строила линкоры, крейсеры, эскадренные миноносцы, подводные лодки, но ни один судостроительный завод не строил крупных десантных кораблей. Ни один!
Казалось, если бы Германия собиралась
Заявление «историков» Резуна, Бунича и К° о готовящейся высадке гитлеровских дивизий в Англии и намерении Сталина нанести в этот момент мощный удар по Германии с глубоким проникновением войск Красной Армии на немецкую территорию – очередная ложь. [90]
В 1940 г. Сталин ввел генеральские и адмиральские звания. Сам по себе этот факт сегодня для нас – совсем ненужная подробность. Однако если его увязать с остальным контекстом тогдашнего времени, то он весьма существенен. Факт этот свидетельствует о том, что СССР вскоре примет участие во второй мировой войне и у него будут военные союзники, для чего и унифицировались с общеевропейскими воинские звания высших должностных лиц (комбриги, комдивы, комкоры, командармы, флагманы и т. д.) Офицерские звания унифицировались еще раньше, как и звания младшего офицерского комсостава (введены сержантские звания). А в январе 1943 г. унифицировались и знаки различия – Красная Армия надела погоны, т. к. стало ясно, что Красная Армия вскоре войдет на территорию европейских государств, где «беспогонная» армия будет восприниматься как революционная орда.
Резун, разумеется, скажет, что таковым был Сталин. Что ж, примем его версию и попробуем проверить ее фактами.
Уж коли Резун, повторяя версию Гитлера и его окружения, пытавшихся оправдать свою агрессию, апеллирует к советским военным источникам, резонно будет обратиться и к западным. Генерал-фельдмаршал фон Рунштедт, генерал фон Браухич, немецкий историк, профессор Боннского университета Ханс-Адольф Якобсен свидетельствуют, что перед войной «группировка сил Красной Армии имела ярко выраженный оборонительный характер». Причем Якобсен «из многочисленных архивных материалов и личных бесед с самим Гитлером… [91] вынес убеждение, что Гитлер вовсе не исходил из того, что русские окажут немцам любезность, напав первыми».
Генерал-фельдмаршал фон Рунштедт на Нюрнбергском процессе показал: «В марте 1941 года я не имел ни малейшего представления о будто бы проводимых (со стороны СССР) военных приготовлениях». Он и другие генералы на инструктаже у Гитлера были удивлены, услыхав, что «русские вооружаются весьма сильно и сейчас развертывают войска с целью напасть на нас». По словам генерала фон Браухича, во время посещения 17-й армии в июне 1941 г. он убедился, что «группировка сил Красной Армии имела ярко выраженный оборонительный характер». О том же пишет немецкий историк Г.Якобсен.
Гитлер верховному комиссару Лиги Наций Буркхарду в августе 1939-го: «Все, что я предпринимаю, направлено против России. Если Запад слишком глуп, чтобы понять это, я буду вынужден добиться соглашения с Россией, разбить Запад, а затем, после его поражения, собрав все силы, двинуться на Россию».
Материалы совещания высших военных чинов третьего рейха (август 1938-го года) гласят: «Германии нужны колонии, но не в Африке, а на востоке Европы, ей нужна зерновая житница – Украина».
Германский посол в Москве фон Шуленбург в беседе с Гитлером: «Я не могу поверить, что Россия когда-либо нападет на Германию». Согласившись с этим, Гитлер, по словам Шуленбурга, выразил недовольство тем, что Советский Союз невозможно даже «спровоцировать на нападение».