Ледяная месть
Шрифт:
— Слушай, а может, тебе завидно? Так я на Нине жениться не обещал, и если у тебя получится с ней, плакать не буду. А шанс у тебя будет, когда «жучки» пойдешь снимать…
— Сам пойдешь, — угрюмо отозвался парень.
— Что, не знаешь, как бабу раскрутить? — хмыкнул я. — Так это просто. Главное, не теряться… С Любой же ты не теряешься.
— С какой Любой? — не сразу понял Миша. — С Любовью Алексеевной?
— Ну, если она для тебя Любовь Алексеевна, то ты с ней теряешься.
— Не твое дело!
— Вот я и говорю, что тухлое это дело. Ты лейтенант, она — подполковник…
— Достал! — огрызнулся Миша.
— Странно,
— Я смотрю, ты в ударе! — ехидно усмехнулся Сбитнев.
— Настроение хорошее. Боюсь, что скоро испортится. Не страшно, если ты его испортишь, а вот если Нина подсолит. Нет, я на ней жениться не собираюсь, но все равно будет обидно. А вообще, интересно получается: с Лизой Бурунов встречается, а с Ниной живет…
— Она тебе говорила, что живет с ним?
— А ты не слышал?
— Не говорила она.
— Да, но у нее своя комната, она ночует в его доме. Я не знаю, что там у них, но вряд ли это нравится Лизе. Тогда почему она позволяет Нине жить с Буруновым?
— А может, она не знает про Нину? Может, она у него дома не была? — предположил Сбитнев.
И я готов был согласиться с ним, но только после того, как Бурунов появился дома. Он приехал поздно, во втором часу ночи. Приехал один, без Лизы. Нина спала, и будить ее он не стал. Принял душ и завалился спать. Лизе Бурунов даже не позвонил…
Глава 10
Сидеть в машине с приемником в непосредственной близости от «жучков» — это уже вчерашний день. Есть «клопы» спутниковые, но это дорого, а есть с выходом в Интернет — это дешевле, хотя и не так надежно. Я выбрал второй вариант, и пока что сигнал из квартиры Бурунова еще ни разу не пропал. Правда, толку от этого не было. Костя вчера уехал на работу рано, с Ниной ни о чем интересном не переговаривался, так, перебросился парой пустых фраз, даже не поцеловал на прощание. Вернулся он домой в двенадцатом часу, один, без Лизы, принял душ, поужинал, сделал пару неинтересных мне звонков, затем закрылся в своей комнате, полчасика посмотрел телевизор и заснул. Нину к себе не приглашал, и она к нему не напрашивалась. По мне, так лучше бы спала с ним. Мне нужен был человек, с которым Бурунов делился бы своими секретами, спрашивал у него совета, искал помощи. На это я и рассчитывал, когда устанавливал «жучки». Но, увы, Нина не была таким человеком. Может, потому она и отдалась мне с такой легкостью, что ей не хватало мужской ласки.
Таким человеком могла быть Лиза, но она не жила с Буруновым. Более того, Костя даже не звонил ей из своей квартиры.
Что ж, раз такое дело, нужно ставить на прослушку самого Бурунова. Судя по всему, о своей безопасности он заботился не очень, во всяком случае, даже не просканировал свою квартиру на наличие прослушивающих устройств. А раз так, я мог подсадить «клопа» к его пиджаку.
Насколько я понял, у него было несколько деловых костюмов, и он их чередовал — сегодня один, завтра другой. Если заразить «молью» каждый пиджак из его гардероба, можно взять на прослушку его самого. Теоретически все просто, а на практике у меня таких «жучков» не было. Там нужны прокладки в форме тончайших иголок с миниатюрными на них микрофонами, но эти штучки стоят дорого, а мне совсем не хотелось тратиться на Бурунова. Зачем я должен раскошеливаться,
Нет, не буду брать на прослушку Бурунова, сейчас я поеду к Нине, скажу, что страшно по ней соскучился, напрошусь на чай, заведу разговор про ее хозяина, «узнаю» в нем Бурунова и скажу, что хочу поговорить с ним. Возможно, он поймет, что я появился на его горизонте неспроста. Если он в чем-то виновен, то мое столь подозрительное появление встревожит его. Возможно, он даже совершит ошибку, на которой я его и поймаю….
Но сначала надо позавтракать. С кухни вдруг донесся невероятно приятный запах, кто-то жарил сырники, а я их так любил…
Кеша вернулся вчера домой поздно, и не один, а с девушкой. Я к ним выходить не стал, поэтому даже не знал, кого он там привел. Но сейчас я готов был познакомиться с ней — уж больно вкусно пахло на кухне.
Незнакомка стояла у плиты в шелковой мужской рубашке из тех, что Кеша носил навыпуск. Она с немым удивлением посмотрела на меня.
— Э-э, привет!.. Слава!
Я вдруг понял, что выгляжу нелепо. И все потому, что растерялся. Да, я очень любил сырники со сметаной, но все это сущий пустяк по сравнению с тем, что представляла собой сама девушка, которая их жарила. Я бы не назвал ее редкостной красавицей, более того, у меня были девушки гораздо более впечатляющей внешности. Но меня покорили нежность и невинность в чертах ее лица.
Кеша притащил ее домой среди ночи, заперся с ней в своей комнате, понятно зачем. И сейчас она стояла передо мной неглиже, глядя на меня большими глазами, голубыми и бездонными, как безоблачное небо в солнечный майский день. Какая-то невидимая планета скрывалась за этим небом, такая большая и тяжелая, что втягивала меня в свою орбиту.
Да, что-то у них с Кешей было, но девушка на внешность казалась мне ангелом, и отнюдь не падшим. Светлые вьющиеся волосы, овальное лицо с нежными волнующими очертаниями, изящный носик, губы пухлые, четко очерченные, но при этом лишенные даже намека на порочность.
— Кому слава? — шутливо, но как бы нехотя улыбнулась она.
Голосок у нее мягкий, бархатистый, он звучал как струны с ангельской арфы, но ему не хватало звонкости, бодрости, зато угадывались меланхоличные нотки. Какая-то она нежизнерадостная, инертная, эта спящая красавица…
— Тебе слава. Если хочешь…
— Кого хочу?
Я уже не мог понять, шутит она или нет. Если нет, то я не должен был обидеть ее режущей слух фразой.
— Меня зовут Слава. Но я совсем не прочь спеть тебе славу, если угостишь меня сырниками.
— Угощу. Почему не угостить? — мило улыбнулась она.
— А Кеша где?
— Спит.
— А ты где с ним вчера познакомилась?
— В библиотеке.
— В библиотеке?!
С одной стороны, я был удивлен, потому что ни в чем подобном Кеша прежде замечен не был, но с другой — ради такой девушки я бы отправился хоть в филармонию на концерт второсортной симфонической музыки. Первосортные симфонии — это еще терпимо, а второй сорт — это кошмар даже для меломана… Но ради этой красавицы я готов был на любую муку…