Легенда
Шрифт:
Черный, сотканный из лжи и боли, остроконечный шлем скрывал лицо и только красные угли тлеющих ненавистью глаз, сверкали смертью из жуткого провала.
Черный плащ, состоящий из клубящегося облака ужаса и мрака, развевался по ледяному ветру, и срывающиеся с колышущегося подола перья тьмы, как пух, улетали в сторону, и падали на скалы расползаясь ярко-зелёной, с красными крапинами плесенью тлена.
Он был уверен в себе, как никогда. Еще столько силы не скапливалось в нем, со времен бытия простым упырем. Теперь он настоящий Бог! Творец! Создатель нового уклада жизни. Единственный оставшийся на земле, и какой-то
Чернобог улыбнулся, рассматривая приближающуюся четверку. Вот они, последние богатыри.
– Я предлагал тебе уйти. – Прозвучал его голос отразившись от скал многоголосым эхом. – Но ты не послушался и выбрал смерть. Глупец. Тебе пора умереть.
– Много слов, мразь. – Федогран остановился напротив и посмотрел в красные глаза. Бер встал, слева, прикрывшись щитом, Вул справа, внимательно рассматривая поле предстоящей схватки, а на плече богатыря сотрясался нетерпением неугомонный шишок. – Какая бы сладкая не была ложь, но она никогда не победит правду. Меркантильности не заглушить совесть. Ты обречен. Если даже не я, то тебя сожрет собственная подлость.
– Красивые слова. – Рассмеялся Бог. – Но они глупые. Ты не знаешь жизнь, и веришь в сказки. И еще, хочу тебя немного расстроить. – Он перешел на ехидный доверительный шёпот. – Эти слова последние, что произнесены тобой в жизни. Я сначала убью тебя, потом твоих братьев, а затем спущусь и вырежу войско. Вам нет места в моем мире. Вы слишком упрямы, и не идете на договор даже с самими собой, не в силах заглушить собственную совесть.
– Действуем одновременно. – Зашептал Федогран смотря в глаза бога, но обращаясь при этом к братьям.
– Я нападу и отвлеку, а вы не мешкайте и сразу со всех сторон кидаетесь ему за спину. Только не вздумайте нападать и идти мне на выручку, ваша цель – скрижаль. Освободите ее и впустите в мир силу Рода. Боги восстанут и придут на помощь. Действуем на счет: «Раз!».
– Раз. – Разорвало мир на «до» и «после»
Федогран ударил копьем, с завывающим в нем нетерпением Мором, в грудь врага. Шишок в тот же миг прыгнул, пытаясь перелететь через голову Чернобога, а Вул с Бером, кинулись с двух сторон, обходя смертельное препятствие.
Копье треснуло, ударившись в серебряную кольчугу, осыпался стоном Коломрака, под ноги, хрустальный наконечник. Взлетевший Илька, был отброшен ударом черной палицы, где вместо шипов били фонтанчики пламени, и врезавшись в скалу, свалился бездыханным, маленьким телом, к ее основанию. Бера перехватила черная перчатка, и как щенка, за шиворот, швырнула вниз по склону. Медведь кубарем покатился вниз и замер рядом с трупами, покрывающими поле боя. Единственный кто смог прорваться, был Вул. Но оборотень не смог сбить со скрижали покрывало мрака. Ударивший по мраку, сосущему силу, меч, в его руках, вспыхнул искрой бенгальского огня и сгорел, осыпавшись прахом у ног.
– Прости брат. Я бессилен. Мне осталось только умереть рядом с тобой. – Прошептали губы оборотня, и он хлопком перекинувшись в волка, прыгнул на спину Чернобога, и кроша клыки в кровавую кашу впился в затылок всей
Бог лжи недовольно поморщился, и стряхнул его с себя легким, таким как стряхивают назойливую муху, жестом, который стал для Вула фатальным. Брат, с которым Федогран провел в этом мире всю свою жизнь, улетел в разверзнувшуюся на мгновение, и вновь сомкнувшуюся, полыхнувшую огнем текущей лавы пропасть, как огромный рот, проглотившую богатыря.
– И это все, на что вы способны? – Рассмеялся ехидно бог. – Готовься к смерти, слабак, а я еще переживал, и даже не пробуй просить пощады, ее не будет, мне такие рабы не нужны. Слишком много ты заставил меня волноваться.
Из-под капюшона вытянулись губы, сложились жадным поцелуем, превратившись в тонкий комариный хобот, и в грудь Федограна уткнулся тонкий кровавый луч, готовый выпить сладкую жизнь. Вздрогнул, словно ожегшись, заскулил, и нырнул назад, под капюшон. Кольчуга Гефеста не подвела и выдержала удар смерти, потеряла золотой цвет, но устояла.
Чернобога затрясло от ярости. Легкой победы не получилось. Эта букашка посмела сопротивляться. Она должна была сдохнуть от одного вида Небожителя, а она не сдается.
Черная палица вспыхнула и исчезла, материализовавшись ударом в голову богатыря. Неотразимая смерть, должна превратить в кашу, перемешать мозг с костями черепа, но вместо этого, вернулась страшным ударом назад. Шлем, в который превратилось чудовище созданное Чернобогом, для убийства Федограна, обернулось неблагодарностью своему же хозяину.
Шлем развалился надвое, повиснув связанный бармицей, на плечах воина, но свое дело сделал. Отразил атаку, и палица, отскочив, как от резинового мячика, ударила Чернобога обратно, под капюшон, на миг затуманив взгляд бога. Федогран не растерялся и несмотря на то, что сам был оглушен, рубанул пылающим мечем по открытой шее, и без замаха, еще раз в грудь.
Меч вспыхнул о серебряную кольчугу, хрустнул и рассыпался затухающими искрами, а Чернобог, зажав одной ладонью рану на шее с хлынувшей оттуда черной кровь, другой вновь ударил палицей.
Обезоруженный Федогран прикрылся щитом. Никто взвыл от боли, трещина раздвоила его, пополам рваной раной, и кровь того, кого не было никогда в этом мире закапала на землю синим туманом. Чернобог ударил второй раз, и на этот раз у него получилось. Грудная клетка и рука богатыря хрустнула ломающимися костьми, брызнули кровью, и кисть повисла безвольной плетью
Искры счастья засветились в красных глазах из-под черного капюшона мрака. Палица взлетела ввысь, готовая поставить точку в сражении одним, последним сокрушительным ударом, но внезапно остановилась. Ее перевила тонкая плеть и рванула на себя.
Едва дышащая Ягира пришла на помощь, и не дала Чернобогу ударить, но это стоило ей последних сил, и она упала на колени, выронив плеть из обессиленных рук, и склонив безвольно голову, завалилась набок. За ее спиной полз, тяжело дыша к месту боя, потерявший свою курительную трубку Чащун.
– Свинорез. – Шептали его губы. – Вспомни свинорез.
Оглушенный Федогран стоял на коленях и смотрел затуманенным, теряющим сознанием взглядом, за спину замахивающегося для последнего удара, довольного Чернобога. Там мерцала под покрывалом мрака так и не освобожденная скрижаль Рода. Не ужели это все… Конец… Они проиграли схватку.