Легендатор
Шрифт:
— Нет, я больше так не считаю.
— Что?
Зия растерянно заморгала. Оказывается, последнюю фразу она произнесла вслух. Господи, у нее и впрямь крыша поехала.
— Да нет, ничего.
— Долго нам еще лететь? Она взглянула на приборы.
— Чуть больше часа — семьдесят минут.
— А знаешь, — сказал он, — мне ведь следует тебя ненавидеть.
При этих словах ее чрево словно наполнилось чем-то живым, рвущимся наружу, и все тело сковало холодом.
— …но будь я проклят, если мне не хочется сорвать с тебя все, до последней нитки, и трахать тебя до потери сознания, прямо сейчас, не сходя с этого места.
Радостный порыв, охвативший ее, лишь частично был
«Не смей этого произносить, не смей далее думать!»
…и даже любовь к себе…
«Что ты вообще знаешь о любви, черт бы тебя побрал!»
— Наверное, все дело в гормонах, — сказал он. — А иначе что же это такое? Если только…
— Если только что, Силк?
— Не знаю. — Он снова покачал головой. И тут она внезапно обо всем догадалась.
Он чувствует то же самое. Это не просто секс. Это нечто большее.
О Господи! Какой ужас. Что, если это чудо действительно совершилось? Где-то она читала: много троп поднимается в гору. Что, если одна из них начинается сексом и, петляя, выводит куда-то еще? Без всякой видимой причины.
«Черт возьми. Это нечестно. Этого просто не может быть. Ты не должна провалиться в любовную бездну с таким, как он. И ты должна его убить».
— У нас еще остался час, — сказала она. — Компьютер прекрасно со всем справляется.
И они потянулись друг к другу.
Кинг успел на орбитальный лайнер, следующий в Нью-Амстердам, бразильский город на побережье Атлантики. Там он мог пересесть на местный самолет и добраться на нем до Манауса, крупного города в долине Амазонки. Хотя шпионские службы не могли знать наверняка, где Силк завершит свой полет, но острие угла, очерченного его радиосигналом, указывало именно в этом направлении. В пределах определенного радиуса им придется посадить самолет для дозаправки — Кинг знал емкость его баков. Те коды, которыми Пирс помимо собственной воли снабдил его, будут действительны всего несколько дней, а потом Забой заменит всю шифровальную программу. Как только они найдут тело Пирса, вся прежняя деятельность мертвеца будет тщательно расследована — насильственная смерть агента всегда вызывает взрыв активности по обеспечению безопасности.
Но до этого он найдет Силка или по крайней мере установит его примерное местонахождение. Бразилия — большая страна, но ее внутренние районы по-прежнему мало заселены по сравнению с Лос-Анджелесом. Так или иначе, но он их выследит.
Пока корабль заполнялся пассажирами, Кинг сидел, откинувшись на спинку кресла, уставившись в пустоту. На протяжении всей операции им руководили либо тяга к богатству, либо гнев, смешанный с досадой. А между тем разгадка этого ребуса сулила нечто гораздо более ценное, чем деньги, более желанное, чем месть, которую он учинит над шпионкой и Силком.
Вечную жизнь.
Он с самого начала решил, что, заключая сделку с покупателями генетического сокровища, вытребует для себя именно такой награды. При более тщательном изучении он понял: если бессмертие сразу станет доступным для широких слоев земного общества, это вызовет массу проблем. Социальные катаклизмы приобретут поистине космический размах. Пострадает институт брака. Деторождение поставят в жесточайшие рамки и обязательно примут законы против всех видов насилия — какой прок в бессмертии, если тебя в любую минуту может переехать грузовик? Или засыпать обломками рухнувшего здания? Преждевременная кончина человека,
В мирах границы; где население пока исчисляется миллионами, такое долголетие не создаст особых проблем — первое время, а возможно, даже в течение длительного периода. Конечно, постепенно и там появятся трудности, но людям не свойственно беспокоиться об отделенном будущем, о том, что случится через одно или пять столетий.
В этот момент ожили двигатели. Кинг уселся поглубже в кресло и убедился, что надежно пристегнут к креслу. Интересно, будут ли люди пользоваться такими кораблями, став практически бессмертными? Кто-то, конечно, будет, но многие от этого откажутся. Если верить статистике, вероятность гибели в шаттле, в спусковой камере или в реактивном самолете ничтожно мала. Но кто станет рисковать, когда на одной чаше весов — вечность, а на другой — внезапная смерть. Если твоя жизнь беспредельна или в крайнем случае угаснет вместе с солнцем, через миллионы лет, не будет ли безопаснее воспользоваться другими средствами передвижения? Например, бронированным лимузином? Или непотопляемым кораблем? Да, конечно, такое путешествие займет гораздо больше времени. Но время-то как раз превратится в дешевый товар. А жизнь станет слишком ценной, чтобы ею рисковать.
Кинг вдруг подумал об оружии, которое отправил к месту своего назначения в запаянной трубке. Держать у себя подобные вещи, предназначенные лишь для одного — убивать, — давно уже считается преступлением. Но в будущем, когда жизнь человеческая удлинится бог знает до каких пределов, столетнее или двухсотлетнее тюремное заключение за ношение оружия станет нормой. А применение оружия вообще будет повергать всех в ужас.
Нет, он не думал, что власти подпустят всех желающих к этой панацее, о которой им станет известно благодаря Спаклеру. Нет, они наверняка попытаются как-то регулировать этот процесс, возможно, даже засекретят препарат, оставив его для узкого круга избранных. Но подобные вещи нельзя вечно хранить в тайне. Какой-нибудь предприимчивый химик или генетик обязательно столкнется в своей практике с человеком, обладающим новыми, улучшенными хромосомами, и, не теряя времени, воссоздаст их. Возможно, на это уйдут годы, возможно — десятилетия, но, когда это случится, общественность возопит так, что ее услышат во всей галактике.
Корабль покатил по взлетной полосе, стал медленно подниматься в воздух. Кинг закрыл глаза.
«Только не напорти мне на этот раз, — молил он некоего бога на всякий случай. — Дай мне дожить до этого времени, дай получить все, что мне причитается. Позволь мне это — и я с радостью воздвигну тебе храм. А передо мной откроется жизнь столь долгая, что меня самого впору будет почитать за полубога».
Глава тридцать третья
В рассеивающейся ночной мгле самолет сделал медленный, плавный вираж, накренившись на борт, едва не задев за верхушки деревьев.
— Скоро опять посадка, — сказала Зия.
Силк молча кивнул. А что будет дальше? Зия не хотела об этом говорить, да и сам он, еще минуту назад охваченный порывом страсти, тоже не хотел. Секс удобен еще и тем, что, когда все идет хорошо, думать не надо. Но рано или поздно им все равно придется продолжить разговор.
— Судя по карте, там город, — сказала она. — Но нам нужно то место, что находится в пятидесяти километрах отсюда. Мы будем в безопасности, как только доберемся до секретной базы.