Легион выродков
Шрифт:
Он пожал плечами и поковылял на место, бросив через плечо:
– А ответа не будет. Это называется «проклятье выбора».
Тихая аудитория пропала, и передо мной вновь встал дисплей ходовика. Это моя позиция самая ближняя. И это мой старт был последним.
Я покосился на экран. Поправка. Нашстарт. Справа, чуть сзади, как приклеенный, висел номер Четвертый в конвое. «Гусь». И мое «проклятье выбора» касается не только задания, но жизни конкретного «Гуся», Данилы Синельникова по прозвищу Буравчик. И если придется решать, то именно его я потащу под
Неподъемная тяжесть ответственности собралась улечься на плечи моей нетренированной совести. А я не дал.
Какой там выбор? Какое проклятье? Мы в каком мире живем? Все проклятья посылаются темным космосом и как можно дальше. Желательно куда-нибудь к совсем неземным расам, типа игнисов, есть, ученые говорят (сам не видел), где-то в глубине Галактики раса огневиков, живущих на поверхностях звезд. По описаниям – вылитые демоны. Вот с проклятьями как раз к ним. Они их любят, если верить мифологии. На завтрак принимать.
А у меня другие цели и задачи. Не до воспоминаний сейчас. И не до сомнений.
Пока голова справлялась со всей этой чушью, руки делали свое дело. Ходовик, привычно выругавшись на тему очередной смертельной опасности, вычертил оптимальную траекторию сближения со все еще огрызающимся «Енотом» и опять перевернул космос вверх ногами. Хотя кто определял, где у него ноги? У меня так центр тяжести всегда на палубе.
При перевороте я привычно зацепил взглядом кувыркнувшегося за мной «Гуся». Прости, Даня, но я за тебя уже все решил. Хотя, я думаю, ты не в обиде. Не одни файраты считают смерть в бою оптимальным концом для пилота. Тем более что мы все еще живы и кто-то даже говорил про подмогу. А Экоразведка (по опыту знаю) умирает медленно, неохотно и без гарантий противнику.
Залп. Ну, как залп. Так, два одновременных выстрела: мой и «Гуся». Но все же, все же… О, сработало!
На экране тройка истребителей изволила все же заметить «спасательную команду». А что? Час назад крокодилов было десять, а теперь только три. Достаточный аргумент, чтобы хоть немного серьезнее подойти к оценке противника?
Оказалось, что как-то не очень. Файраты пренебрежительно плюнули в нашу сторону зарядами плазмы (от которых мы даже защищаться не стали, просто пропустили мимо) и вернулись к «Еноту». Э-э, нет, так дело не пойдет. Давайте-ка обратно. Я отправил вперед одну из резервных торпед со старинным термоядерным зарядом. Ничего вроде особенного, но если ее не перехватить (а перехватить ее непросто – там движок стоит ого-го), то проблем она может наделать, будьте уверены. Корпуса истребителей с активной защитой она, конечно, не пробьет, но полную защиту от жесткого излучения на истребители пока никто не ставит. Ни одна раса. Непрактично, знаете ли. А в этом случае направленное излучение от взрыва с огромным удовольствием рвет на части систему управления. Причем на кораблях любой расы.
Ага, сработало. Два истребителя все же соблаговолили на мгновение отвлечься, чтобы перекрестным огнем развалить на части продолговатую сигару торпеды. Ну, а мне больше и не надо. Пока, во всяком случае.
Содрогающийся впереди «Енот» уже получил пару ударов в мидель от третьего крокодила, и теперь вопрос его жизни решали минуты. Минуты, за которые я (мы, в смысле, с «Гусем») должны успеть… Что?
Процесс уворачивания
Уничтожившая торпеду двойка развернулась уже ко мне. Попенять, надо полагать. Типа что ж ты, паразит, за торпедами своими не смотришь, шляются где ни попадя…
Шмелиная стая далеко позади начала повторять наш маневр. Н-да уж, на этом выборе действительно проклятье. Заразное. Когда я принял решение спасать экоразов, оказалось, что решил я не только за «Гуся». Им деваться тоже некуда. Как это они без курьера домой вернутся? Хочешь не хочешь, а Третьего надо вытаскивать. Но они не успевают. Слишком далеко. Слишком.
Сдвоенный залп в качестве извинения для файратов, и наша двойка ныряет вниз. Туда, где по миллиметру двигается в пространстве покалеченный чистильщик. От которого… подождите, это что там за прозрачный пузырь? Спаскапсула? Так она же непрозрачная. И еще один. И еще…
Х-ха, даже в этой ситуации меня улыбнуло. Нет, Экоразведка – это все же что-то. Это не спаскапсулы. Это мусорные контейнеры. Герметичные емкости, в которые упаковываются грузы, чересчур ценные, чтобы их уничтожать, и чересчур тяжелые или громоздкие, чтобы оставлять их на борту. Например, части обшивки пропавшего корабля. Чтобы изучать их на месте, нет приборов и специалистов, тащить дальше, нет топлива и места. Вот они и упаковываются в контейнеры, снабженные маячками, и отправляются в свободное плавание. Потом кто-нибудь большой подберет и на Землю доставит.
И сейчас «Енот» от носа до кормы покрылся этими контейнерами, разворачивающимися по всей обшивке. А что, может и сработать. Поди, разбери сразу, в каком из контейнеров спрятался экипаж. Тем более что спаскапсулы они тоже будут отстреливать вместе с мусорниками. Ну, точно. Вон они.
Издыхающий «Енот» содрогнулся всем израненным телом и как будто со вздохом отшвырнул от себя целое облако контейнеров. Ну и, естественно, впереди облака летели две спаскапсулы. Финальный подарок крокодилам. Иди ищи, в каком пузыре твоя добыча.
Э-э, кстати, а я-то как буду определять?
А крокодилы обиделись. Однозначно. Иначе как можно объяснить мощнейший залп, которым они наградили уже пустой (ой, как я хочу на это надеяться) чистильщик, превратив его в расплавленную груду искореженного металла? И?.. Дальше? А дальше-то ничего. Не зря экоразы старались. У крокодилов в этой драке какой интерес? Поджарить всех? Ничего подобного. Им трофеи нужны, охотничьи. А из молекул, в которые превращается после взрыва небольшой объект типа мусорника, трофеи никакие. Ни похвастаться толком, ни на зуб положить. Вот они и зависли, точно так же, как я, пытаясь разобраться, в каком из мешков мусор съедобный.
Десять, девять, восемь… Мама родная, это у меня отсчет пошел до пересечения с толпой мешков. Развернуться мне уже не дадут. Вернее, уйти-то уйду, и «Гусь» со мной, а вот вернуться обратно к облаку контейнеров не получится, матки не пустят. Это они сейчас молчат, не хотят уничтожать добычу. Тем более, с таким трудом достающуюся. А стоит мне отдалиться, врежут со всей силы. А силы у них много.
…пять, четыре… Ну, где же вы. Три! Вот он! Один из серебристых контейнеров полыхнул изнутри вспышкой, просветившей на секунду шесть силуэтов внутри него.