Легион
Шрифт:
Наматжира не подавал никаких признаков гнева. Он терпеливо, минута за минутой, изучал отчеты. Эта любопытная черта, несомненно, помогла ему достичь высшего военного ранга. Пока вокруг царило безумие, его окружало ледяное спокойствие. У Лорда-Командира не было времени на пустые крики и обвинения. Все это будет позже, после фактов. Во время открытой войны требовалось сфокусироваться, был необходим холодный аналитический разум.
— Первая линия обороны, с ротой Джокеров Гено пять два, сломлена, — сказал Генерал-майор Дев. — Мы также потеряли Аутремаров 234, Аутремаров 3667 и Хорт 18.
Наматжира
— Что с Титанами? — спросил Наматжира.
— Шесть минут до контакта, — ответил Лорд Вайлд. — Они должны изменить ход сражения.
Наматжира развернулся, собираясь покинуть комнату. Его свита последовала за ним. Чайн кивнул Деву, чтобы тот тоже шел с ними.
С энергичностью, которую можно было бы ожидать от человека вдвое моложе, Наматжира в ускоренном темпе поднялся по лестнице в обсерваторию, придерживая свои одежды. Люциферы следовали за ним, стараясь не отставать.
Они вышли на открытую площадку, обширную терассу, окруженную низкой, не мешающей наблюдению, стеной. Вдоль парапета были установлены тяжелые телескопы и вокс передатчики. Наблюдатели, стоявшие за телескопами, почтительно отошли в сторону, когда появился Лорд-Командир.
— Продолжайте, — сказал он с почти уважительным поклоном. Он прошел к восточной части площадки и два адепта отошли в сторону от высокочеткого телескопа, установленного на треножнике-сервиторе.
— Я хочу сам увидеть, — тихо сказал Наматжира, как только рядом с ним встал Дев.
— Конечно, лорд.
Наматжира долго всматривался вдаль при помощи телескопа, тщательно регулировал четкость и поворачивал его то влево, то вправо.
Земляные укрепления закрывали линию горизонта, протянувшись с севера на восток. С юга, в широкой траншее, вырытой вокруг стен дворца, к надвигающемуся шторму направлялась длинная колонна транспортов и танков. Гудя, над ними пронеслось звено «Шакалов», и направилось на юго-восток, готовясь к атаке. Несмотря на высокое разрешение телескопа, Наматжира не увидел Нуртийцев, но он сразу заметил бурю из пыли, закрывавшую их.
— Ни в какие ворота… — произнес Наматжира, выпрямившись. Его яркие глаза казались взволнованными. — Когда человек видит в сражении банальность и обычность, значит, ему пора уходить со службы. Вот почему я планирую послужить Императору еще немного.
— Почему, сэр? — спросил Дев.
— Потому что это вызов. Враг поступил неожиданно, проверяя нас. Ведь ни один прогноз не предполагал, что противник начнет контрнаступление?
— Нет, сэр. Возможно, мелкие набеги, но ничего, похожего на это. Мы не знали, что у них в запасе имеются еще ресурсы.
— Они преподали нам урок об ожидании. Мы осадили их город, превзошли их численностью и у нас явное преимущество в технологии. Однако, они все же устроили вторжение.
— Отчаянные действия, — предположил Дев. — Мы собираемся отобрать у них мир. Это, возможно, их последняя попытка вытеснить нас.
— И храбрая попытка, — ответил Наматжира. — И все же она нам на руку.
Дев колебался.
— На руку, сэр?
— Они сняли осаду. Они выступили открыто, устроив генеральное сражение. Мы примем
Дев кивнул.
Наматжира посмотрел на медленно плывущее небо.
«Можно даже подумать, что это они намеренно, — размышлял он. — Несмотря на все потери, что мы понесли от их вторжения первоначально, они должны понимать, что наша превосходящая огневая мощь в конце концов прикончит их. Практически целая раса совершает самоубийство. Будто они хотят умереть в последней огненной буре, вместо того, чтобы принять поражение.»
Наматжира направился обратно к лестнице.
— Передай командующим Занзибари Хорт и Шестого полка Полумесяца следовать за Титанами и разгромить противника.
Он сделал паузу.
— Кстати, где Альфа Легион?
— Я… Я не знаю, сэр, — ответил Дев.
— Свяжись с ними, — на секунду вспышка тщательно подавленного гнева Наматжиры дала о себе знать. — Узнай насчет их статуса и уважительно спроси, не окажут ли они честь присоединиться к нам.
Существовала вероятность, что Гурт уже был мертв. Сонека стоял на краю дюны в восьми километрах от места битвы, и его дурные предчувствия все усиливались. Он чувствовал это до мозга костей. Гурт был мертв…
Тактический анализ сообщил Пето то, что Джокеры находились прямо на пути бешеной атаки нуртийцев. Он дважды запрашивал разрешение переместить Клоунов вдоль южной служебной дороги и поддержать солдат на линии фронта, но оба раза ему отказали.
«Сейчас мы не можем сказать точно, попытается ли противник прорвать наши позиции в другом месте».
Это имело смысл. Армия должна была удерживать позиции у защитного вала, чтобы не совершить самую распространенную и непростительную на войне ошибку… Кроме того, скорость движения пылевого покрова все увеличивалась, и менее чем через час он накрыл бы и Клоунов. Но он искренне хотел прийти своему другу на помощь.
У него было меньше восьми часов на знакомство с новыми подчиненными. Транспорт привез Сонеку и его пашей на позиции Клоунов еще этой ночью. Клоуны уже успели затеять пирушку около костров, и с энтузиазмом поприветствовали своего нового временного командира. Вечеринка, питаемая бездонными запасами выпивки Клоунов, продолжалась всю ночь. Сонека провел два часа, разговаривая со Страбо, с чертовым Страбо, оказавшимся гораздо более компетентным и ответственным командиром, чем его описывал Дими Шибан. Страбо приложил все усилия, чтобы рота осталась жизнеспособной и функционировала после пропажи своего гено-гетмана. К концу разговора Сонека, к своему удивлению, уже невольно восхищался Страбо, который смог удержать Клоунов вместе клеем из харизмы и принуждения. Они говорили и о Шибане. Сонека рассказал о некоторых вещах, проскользнувших между Дими и ним в Тель Кхате, но решил умолчать об истинных причинах его исчезновения. Как можно было описать казнь Альфа Легионерами отличного офицера, Деметера Шибана, и не выставить это предательством?