Легион

Абнетт Дэн

Сонека открыл ладонью замок и втолкнул Грамматикуса внутрь.

— Я не понимаю твоих выходок, Джон. — сказал он, разминая руки.

— Пето, ты ничего не понимаешь. — проворчал Грамматикус, поднимаясь с пола. — Хорус уже стал Мастером Войны. Ты догадываешься, что это значит!?

Пето пожал плечами.

— Это значит, что наше время вышло, а война по сути уже началась!!! Пето, ты должен мне помочь. Я должен попасть вниз. Должен указать путь. Нельзя позволить Альфа Легиону отправиться туда вслепую. Это все разрушит.

Кабала не ответит на угрозы. Пето, прошу тебя.

— Джон, я ничем тебе не могу помочь.

«Пожалуйста, Пето!»

Сонека отшатнулся, точно ужаленный.

— О… Не делай так больше!

— Извини, извини… — забормотал Грамматикус. — Пето, мне жаль, но ты должен мне помочь!

— Примарх отдал другие приказы. Я не могу.

— Пето…

— Я не могу!

— Ради Терры. — сказал севший на койку Грамматикус. — Альфа Легион должен быть рекрутирован, пока не стало слишком поздно, а я должен открыть путь.

— У меня нет возможности. — сказал Пето.

— Ты все это ненавидишь!

Сонека кивнул.

— Да, мне это осточертело. Я никогда в жизни не чувствовал себя таким одиноким. Я все меньше и меньше доверяю Альфа Легиону, а других оперативников почти презираю. Не знаю, во что я ввязался, но я это ненавижу. День за днем…

— Тогда помоги мне!

— Как?

— Они верят тебе! Доверяют!

Сонека покачал головой. — Не могу. Мне жаль, Джон, но я не могу.

— Пето!!! — заорал Грамматикус.

Пето помахал ему рукой, и шлюз резко захлопнулся.

Сонека шел обратно по мрачным железным коридорам отсека для заключенных. В его дальнем конце, когда он уже не слышал яростных криков Грамматикуса и ударов его кулаков по шлюзу, Пето прислонился к стене и сполз на пол…

— Пето?

Он не слышал, как тихо открылись двери. Сонека вскочил, протирая глаза.

— С ним был трудно? — спросил его Пек. — Он использовал на тебе какие-то трюки?

Пето кивнул.

— Да, сэр.

— С тобой все в порядке? Ты можешь продолжать работу? Если хочешь, я могу отправить к Грамматикусу другого оперативника.

— Нет, сэр, — ответил Пето Сонека. — Вы дали мне задние, и я его выполню.

Инго Пек кивнул.

— Тогда действуй.

Глава третья

Гидра 42 Тертиус, высокая орбита, четырнадцать часов спустя

Автоматический голос прозвучал на основной палубе:

— Движение до установленной отметки! Движение до установленной отметки! Посадка начнется через тридцать три минуты!

Объявление все повторялось и повторялось, прорываясь через какофонию машинного шума и криков, эхом разносящихся по обширной платформе.

Объятая столбами пара, еще одна группа десантных кораблей поднялась из сервисных доков на лифтах обслуживания. К ним уже бежали летчики в коричневых комбинезонах, чтобы отсоеденить болты от шасси с помощью силовых узлов, и сервиторы,

ощетинившиеся рабочими инструментами. Наверху, на подъемной платформе ангара, раскачивались несколько сопровождающих истребителей. Внезапно раздался рев танковых двигателей и, вдоль нарисованной на палубе желтой линии, начала движение колонна в сорок штурмовых танков со спаренными стволами.

— Движение до установленной отметки! — повторил голос.

Гуртадо Бронци подписал планшет с данными и вытащил свой биометрический ключ из щели.

— Ваша рота отмечена, гет, — сказал оружейник, забирая планшет.

Бронци взмахнул сжатым кулаком напротив его груди — старое приветствие Единства, — кивнул и вернулся к своим войскам.

— Вы все слышали! — проорал он. — Установленная отметка! Двигайте задницами!

— Установленные отметки! — повторил Тче.

Джокеры собрали свое снаряжение и оружие и направились на главную платформу. Крича и размахивая руками паши строили их на отмеченной красным части палубы.

— Дадите разрешение свернуть знамя роты? — спросил Тче.

Бронци кивнул. Впервые за несколько месяцев он чувствовал внутри огонь. Аппетит отошел на задний план.

Он осмотрел огромную платформу. Его паши убирали знамя, а копейщики, построившись, поставили свое оружие рядом с собой. В сорока метрах слева от него в ряд выстраивались Скоморохи, а еще дальше — Трубадуры. Справа был сорок первый Занзибарский. Воздух пропах оружейной смазкой и дымом от работающих двигателей.

Хонен Му с помощницами, несущими маленькие сумки с инструментами, направлялась к нему.

— Гетман Бронци.

— Мой любимый уксор. Сегодня вы выглядите особенно выликолепно.

Помощницы захихикали.

— Статус? — спросила она, оставаясь серьезной.

— Мы только что отметились, уксор, — ответил Бронци. — Мы готовы располагаться. Когда мы сможем узнать где?

— В любой момент, Бронци, — ответила Хонен. Она понимала его раздражение. Наматжира держал все детали операции в секрете, что по ее мнению было ошибкой. После уничтожения Нурта Лорду-Командиру следовало восстановить мораль войск. Вместо этого он стал еще более жестким, чем был. Она полагала, что это из-за поражения, потери Нурта, но это не оправдание.

Флот экспедиции был собран на краю системы Нуртийцев спустя двадцать восемь часов после краха последних попыток эвакуации. Оттуда он отправился к Эмпесалу на ремонт, где солдаты получили увольнение, но слишком непродолжительное. Говорили, что посоветовавшись с высшими офицерами флота, Наматжира уже планировал новую операцию. Судя по слухам, всю экспедицию хотели послать на Шестьдесят три Девятнадцать, чтобы помочь Лунным Волкам привести мир к Согласию. Му решила, что это хорошие новости. Все мысли о потере Нурта пропали бы во время службы новому Мастеру Войны и его благородному Легиону.