Легионер

Гладкий Виталий Дмитриевич

Удалось. Правда, с большими трудами. Рей лежал на правом боку, поэтому сильно затекла правая рука, и ему пришлось приводить ее в рабочее состояние минут пять, сжимая-разжимая кулак.

После этого он попытался разорвать свои путы, но это оказалось ему не под силу. Проклятая химия, думал он беззлобно. Был бы это не пластик, а обычная пеньковая веревка. Минут двадцать поупражнялся – и свободен.

Что ж, придется ждать, теряясь в догадках. Как он очутился в багажнике? Нить зрительных образов и воспоминаний была прервана сильным громовым раскатом, а дальше… дальше провал.

И

этот железный ящик на колесах…

Похоже, его звезданули чем-то тяжелым по башке. Ворочаясь и задевая головой стенки багажника и ящик с инструментами, Рей несколько раз ощущал в районе макушки сильную боль. Наверное, там была шишка размером с кулак.

Как же это он так прокололся? Ведь интуитивно чувствовал, что не все ладно с охраной дачи Чвыкова. И что нужно ухо держать востро. И все равно влип.

Полина… Она пришла и закомпостировала ему мозги, вследствие чего он потерял способность адекватно реагировать на окружающую обстановку.

Он попал под выстрел, образно выражаясь, как токующий глухарь, у которого в мыслях торчит лишь его подруга. Из-за инстинкта размножения и продолжения рода инстинкт самосохранения отходит на второй план.

Да, все верно. Полина. Это по ее милости он сейчас катит неизвестно куда и зачем. Вместо того, чтобы держать все органы чувств на взводе, он переключился на внутренний «видеофильм» – перед его глазами мелькали части ее соблазнительного тела, прикрытого полупрозрачным халатиком.

Дурак! Нет – трижды дурак!!! Попался на мякине. Словно кто-то подстроил ему эту сцену в беседке, чтобы он на некоторое время потерял бдительность.

А это мысль… Все подстроено? Тогда можно предположить, что Полина с кем-то в сговоре. Ему заморочили мозги, обездвижили и похитили. Чтобы получить за него большой выкуп… трижды ха-ха.

Глупости! Все не так. Ведь не он, а Чвыков большая позолоченная шишка. Вот за него похитители запросто могут попросить миллион «зеленью», не меньше.

Если грохнут какого-то Реймонда Варну, то вряд ли милиция долго будет искать его убийцу. Еще чего.

Вон почти каждый месяц валят депутатов разных уровней и бизнесменов. Нужно с ними в первую голову разбираться. Это цвет нации, а полубомж Варна – пыль из-под колес «мерседесов» власть имущих. Тем более, что у него нет ни родственников, ни влиятельных покровителей.

А вот ежели с Чвыком что-то случится… Ого-го. Всю область на уши поставят. А то и полстраны.

Все это так. Но с одной маленькой поправкой: в багажнике авто лежит не Чвыков, а его охранник, мелкая, дешевенькая сошка. Вот такой кунштюк, братец Рей. Как хочешь, так и понимай.

Рей почувствовал, как начал наливаться злобой. На смену некоторой расслабленности и заторможенности, вполне естественной в его положении, пришла всепоглощающая ярость.

Ну, суки! Если вырвусь, мало вам не покажется, думал он о своих обидчиках, скрипя зубами. Мне бы только развязать путы. Только бы развязать…

Ярость придала сил и сообразительности. Изогнувшись, Рей нащупал связанными сзади руками острое ребро металлического ящика для инструментов, подтащил его поближе и стал методично перетирать клейкую ленту, которой

были связаны кисти рук.

Руки удалось освободить довольно быстро. Но все равно он не мог ими свободно двигать, так как его превратили в кокон, спеленав словно ребенка.

Тогда Рей решил открыть инструментальный ящик. После нескольких неудачных попыток эта затея все-таки удалась. Рей даже запыхался от чрезмерных усилий. Исследовав на ощупь содержимое инструментального ящика, он едва не закричал от радости – есть!

Чем отличается наш водила от зарубежного, так это тем, что в его инструментальном ящике есть все, что нужно не только для мелкого, но даже для капитального ремонта с заменой некоторых запчастей.

Заграничный водитель надеется на машину технической помощи или эвакуатор, а наш – сам на себя. Пока приедет техничка, он успеет не только завулканизировать прокол в шине или отремонтировать карбюратор, но даже, если понадобится, перебрать движок.

Впрочем, наш человек и не ждет помощь со стороны сервисной службы. Это очень накладно, да и где ее найдешь на наших бесконечно длинных неухоженных дорогах? Разве что в крупных городах.

Водитель авто, в багажник которого запихнули Рея, оказался очень запаслив и предусмотрителен. Инструментальный ящик был забит всякой всячиной (не считая ключей), что называется, под завязку. Но Рей сразу нашел то, что ему было нужно.

Сапожный нож-«косарь», изготовленный из полотна ручной пилы, лежал на самой верхней полочке ящика – на подхвате. Он был острый, как бритва, и с рукоятью, обмотанной изолентой.

Крепко сжав нож в правой руке, Рей начал торопливо перерезать свои путы, что было отнюдь не просто. Он уже почти освободил ноги, когда машина вдруг резко остановилась, и раздались мужские голоса.

– Все, дальше не поедем, – сказал кто-то безапелляционным начальственным голосом.

– Не близко от города? – спросил другой; у этого был голос с хрипотцой.

– В самый раз, – ответил «начальник». – И крутизна здесь то, что надо. Машина шла на скорости, водитель не сумел справиться с управлением на повороте – и привет. Ограждения здесь нету никакого, так что нам не придется упираться рогом и крушить столбики.

– И то верно, – ответил хриплоголосый.

– А ежели так, то давай сюда лепилу [3] с его барахлом.

3

Лепила – врач (жарг.) 

– Доктор! – позвал хриплый. – Вылезайте.

– А где ваш чемоданчик? – спросил «начальник».

– Он что, э-э, уже нужен? – Голос доктора был блеющим и прерывистым.

Похоже, эскулап здорово трусил.

– Ну.

– Один момент…

Пошуршав немного в салоне авто, доктор подошел к багажнику и как-то неуверенно сказал:

– М-м, открывайте… Надеюсь, э-э, он крепко связан?

– Не волнуйтесь. Если будет брыкаться, мы его быстро успокоим. – В голосе «начальника» появились угрожающие нотки. – Только не переборщите с дозой. Нужно, чтобы он не сразу подох от вашей наркоты. Понятно?