Легионер

Дакар Даниэль

— Давайте условимся, джи Дитц. Если там действительно полиция — говорить буду я. Да и с Кристофом…

— Много на себя берешь, Слав, — фыркнула сзади фрау Беттина.

— Как скажешь, дорогая, — флегматично отозвался Стефанидес. — Уж на твой-то язычок можно положиться всегда!

— Вот именно!

Конрад усмехнулся, но промолчал. Полигамия мринов была широко известна, но как распределяются роли в нормальной алайской семье, сержант не знал. Да и не стремился. Достаточно было того, что Лана успокоилась, слушая то, что шептала ей на ушко

жена Стефанидеса. Хорошо, что у девочки есть возможность пообщаться с доброжелательно настроенной женщиной. Сам Дитц, что естественно, в некоторых вопросах был сущим профаном, и сейчас ощущал некоторое беспокойство.

Черт, как много он забыл спросить у врача! Ну да ладно, авось обойдется пока, а если что, до аптеки не так уж и… додумать он не успел. Вильнув в последний раз, дорога обогнула холм, и стало предельно очевидно, что у Зверюги Дитца сегодня очень, просто очень много гостей. И если тех, кто сейчас ехал вместе с ним, он пригласил, пусть и довольно условно, то торчащих возле открытой (открытой!!!) двери… хм… клоунов сержант уж точно не приглашал.

Управляемая Роном машина Стефанидеса, до сих пор шедшая сзади, приняла вправо, ускорилась, и у подножия холма оба внедорожника остановились рядом. Подниматься не имело никакого смысла: небольшая площадка перед домом оказалась полностью занята.

С тактической точки зрения действия помощника шерифа и окруженного прихвостнями Кронберга были, в целом, правильными. Вернувшийся хозяин должен был увидеть численное превосходство противника, занявшего господствующую высоту, и, очевидно, испугаться. Или, как минимум, почувствовать себя неуверенно.

Увы, много о себе возомнившие незваные гости не учли двух факторов. Во-первых, пугаться Зверюга Дитц разучился довольно давно. И уж точно задолго до того, как этот придурок Кронберг появился на свет. Во-вторых же, с численным превосходством вышла нелепая промашка. Дверцы машин открылись, захлопнулись, и глазам незадачливых захватчиков предстали шестеро вооруженных мужчин, из которых вулгом являлся только один.

Впрочем, следовало отдать должное молодому мрину в отглаженной полицейской форме: убедившись, что вновь прибывшие не собираются подниматься, он поправил ремень и решительно зашагал вниз.

— Приветствую вас, помощник Мадер! — громко и чуточку насмешливо заговорил на интерлингве Бронислав Стефанидес, выступая вперед. — Не ожидал вас здесь встретить! Вы приехали, чтобы поздравить джи Дитца?

Обостренным слухом мринов Конрад совершенно определенно не обладал, но готов был поклясться, что полицейский, прежде чем ответить, скрипнул зубами.

— Я приехал, чтобы в присутствии потерпевшего предъявить джи Дитцу обвинение в вооруженном ограблении. Дома его не оказалось, но было очевидно, что уехал он ненадолго, и мы решили подождать.

— Взломав мою дверь? — хладнокровие непросто давалось Конраду, но он очень старался.

— Мы должны были убедиться в том, что захваченное вами имущество…

Видеть себя сержант не мог, но помощник шерифа напружинился,

как перед прыжком, и красноречиво положил руку на расстегнутую кобуру.

— Не стоит, сосед!

Острые кончики ногтей Стефанидеса впились в плечо сержанта, прокалывая ткань рубашки. Короткий удар боли рассеял красный туман ярости перед глазами, и вовремя вернул утраченную было выдержку. Между тем Бронислав продолжал, не меняя любезной интонации:

— Я не сомневаюсь, джи Дитц, в вашей способности перервать глотку даже и тренированному полицейскому, но так вы ничего не добьетесь. Помощника Мадера ввели в заблуждение. И его вина заключается лишь в том, что он начал действовать, не разобравшись в ситуации. В общем-то, я и сам хорош… вообразил поначалу невесть что. Лучше покажите документы и обратите внимание джи Мадера на временной фактор. Диего, подойди.

Бумаги разложили прямо на капоте внедорожника Дитца. Через лобовое стекло Конрад видел, как оставшаяся в машине фрау Беттина безостановочно гладит Лану по плечу и что-то ей говорит. Стекла были подняты, слышать женщину не могли, пожалуй, даже мрины, но под ее ледяным взглядом Мадер вздрагивал и покрывался пятнами лихорадочного румянца. Впрочем, нервирующие факторы не мешали ему внимательно изучать доказательства. Разве что делал он это очень быстро. Максимум три минуты спустя листы вернулись в папку.

— Значит, вы утверждаете, что забрали ни… эээ… вашу дочь со своей земли?

— Именно так.

— Мне требуется подтверждение, джи Дитц. Обстоятельства таковы, что…

— Вы позволите, помощник Мадер? — в голосе Диего Стефанидеса звучала учтивая непреклонность. — Согласно представленных документов, в настоящий момент Светлана Дитц Кронберг Ордоньес Лазарев ррат Зель-Гар официально является дочерью джи Дитца. Следовательно, будучи полноправным членом общества, она может говорить от своего имени и — свидетельствовать. Давайте послушаем ее. Кому и знать, где она была…

Мадер нахмурился. Положение складывалось предельно щекотливое, но что-то подсказывало молодому помощнику шерифа, что к совету стоит прислушаться. Он еще раз поправил ремень, застегнув по ходу дела кобуру, и вопросительно посмотрел на Дитца.

— Одну минуту.

Конрад подошел к дверце со стороны Беттины, открыл, ободряюще улыбнулся:

— Лана, помощник Мадер хочет задать тебе вопрос. Ты должна ответить честно, поняла? Выйдешь из машины?

Девочка отчаянно затрясла головой.

— Извините, джи Мадер. Моя дочь напугана. Придется вам спрашивать отсюда.

Полицейский подошел, наклонился, чтобы видеть девочку, замялся…

— На моей родине к девочке или девушке обращаются "фройляйн", — негромко подсказал понявший его затруднение Конрад и заработал в ответ благодарный взгляд.

— Фройляйн Лана, на чьей земле вы были вчера, когда джи Дитц забрал вас?

— На земле па, — тихо, но твёрдо ответила она. — Нового па. Правда. Я туда специально бежала, думала, на чужом участке не тронут…