Легионер
Шрифт:
Там! Та-там!
Речей никто не произносит: так решила приёмная дочь Зверюги Дитца, и никто не посмел с ней спорить. Рядом с девушкой — трое, одетые, как и она, в парадную форму. Командующий базой держит что-то продолговатое, сияющее золотом даже в этот пасмурный день. В правой руке лейтенанта Дюпре горящий факел. Руки капрала Дерринджера пока пусты.
Там! Та-там!
Барабаны рассыпают по плацу обжигающе-ледяную дробь и затихают.
Дерринджер делает два шага вперед, бережно снимает с тела знамя
Факел отдан обратно, и теперь приходит очередь майора Рипли. То, что он держал, оказывается ослепительно-рыжей косой, и она летит в огонь, брошенная рукой Ланы. Дерринджер разворачивается на каблуках и почтительно протягивает девушке сложенное знамя. На похоронах легионеров редко присутствуют их родственники за полным, как правило, отсутствием таковых, но если они есть — знамя, накрывавшее тело в момент прощания, принадлежит им. Таков закон.
Тучи немного расходятся, мутное пятно за ними превращается в полноценное солнце. Да, всего на несколько секунд, но и их хватает, чтобы над полыхающим погребальным костром вспыхнула радуга.
— Ну вот, — улыбается бледными губами Лана Дитц, — а говорили — не мрин!
Как ни странно, в кабинет майора Рипли Лана попала впервые. На базе бывала очень часто, гостьей в доме тоже стать сподобилась, а вот кабинет…
Хороший кабинет, правильный, ничего общего с пустоватым и абсолютно нерабочим помещением, в котором происходило разбирательство с участием покойного уже майора Льюиса.
Впрочем, оценивать обстановку пришлось наспех. Потому что за столом командующего базой сидел отнюдь не Джеймс Рипли. Лана назвала бы этого человека незнакомцем, но это соответствовало бы истине только отчасти. Она уже видела его. В клинике.
Правда, теперь давешний "бродяга" облачился (разнообразия ради, надо полагать) в полную форму Легиона. Волосы, лохматые и засаленные три дня назад, были сейчас такими чистыми и гладкими, что золотой полковничий зигзаг на левом плече отражался в них почти как в зеркале. Нашивка с именем отсутствовала.
Несколько обалдевшая Лана отрапортовала о прибытии и, повинуясь нетерпеливому жесту, опустилась на самый краешек жёсткого стула для посетителей. В кабинете повисло молчание.
— Месячное жалованье за ваши мысли, капрал, — нарушил его полковник.
— Они того не стоят, сэр.
— А дневного стоят?
— Так точно, сэр.
— Ну и?
Капрал Дитц демонстративно подтянула левый рукав и вопросительно уставилась — сначала на дисплей браслета, потом на своего визави. Разумеется, это было не нахальство даже, а самая
— Я думаю, сэр, что имею честь разговаривать с полковником Натаниэлем Горовицем. Или мне следует называть вас "мистер Браун"?
— А это уж на твое усмотрение, — развеселился тот, закидывая руки за голову и удовлетворенно щурясь. — Ты оказалась даже более сообразительной, чем я ожидал. Кстати, если не секрет, когда ты поняла, что Тима Стефанидеса уволок из "Сан-Квентина" именно полковник Горовиц?
— Не сразу, сэр, — поморщилась Лана. — Вы льстите мне, говоря о моей сообразительности. Собственно, я даже не сразу задумалась об этом. А потом сопоставила то, что говорил Тим о методах убеждения, использованных мистером Брауном, и его слова о полученной от па рекомендации. Оставалось только узнать, кто из бывших подчинённых отца занимает достаточно высокое положение, чтобы выдернуть перспективного курсанта из тренировочного лагеря. И чьим целям соответствует экзамен, состоящий в выборе между правильным и выгодным. Получился полковник Горовиц.
— Молодец.
— Благодарю вас, сэр.
— Не стоит. Ладно, не буду ходить вокруг да около. Ты мне нужна.
— Зачем?
Полковник изменил позу, слегка нависнув над разделяющим их столом. Локти уперлись в столешницу, пальцы сцепились в замок.
— Не совсем за тем, зачем мне понадобился Тим. Кстати, извинений за то, что я вас разделил, ты не дождёшься. Так было лучше для вас обоих. И для Легиона. Прими это как данность.
— Приняла.
— Умница. Теперь о деле. Мне нужны толковые агенты, и полученная тобой подготовка заточила тебя под меня и мою службу. Там, куда я намереваюсь тебя засунуть, от девчонки-идеалистки не было бы никакого проку. Принадлежащая мне кухня испытывает потребность в хороших горшках, а их обжигают не боги. Я ждал, пока ты, с одной стороны, закалишься в должной мере и степени, а с другой — поймешь, что Планетарно-десантный Дивизион не совсем то, чего ты ждёшь от жизни. Думаю, сейчас подходящий момент. Что скажешь?
Лана помедлила.
— Сэр, вы сказали — агенты. Но агенту полагается быть незаметным, так? А это, — она поводила ладонью перед лицом. Кончики ногтей прошлись по родовым знакам и, на секунду задержавшись, обозначили разноцветные глаза с вертикальными зрачками, — не косметика и не линзы.
Горовиц многозначительно покивал и вдруг усмехнулся:
— Я в курсе. Но, во-первых, на нынешнем уровне развития технологий это не такая большая проблема, как тебе кажется. А во-вторых… ты когда-нибудь слышала присказку: "Темнее всего под фонарём"?