Легионер
Шрифт:
— Тим! Тим, это я, Лана!
Скребущие бетон в тщетной попытке зацепиться хоть за что-то пальцы впились ей в спину, взрезая уплотнившуюся кожу крепкими ногтями, но это было совсем не важно.
— Тим, держись! Всё будет хорошо, Тим, вот увидишь, ты только не паникуй, ладно?
От входа в проулок донеслось:
— Военная полиция, не двигаться!
— Пошёл на ***! — ответила она тем же мягким, мелодичным голосом, которым успокаивала друга и через силу — а больно же! — улыбнулась:
— Тим, это Зов! Ты понимаешь меня? Наша
— Вы арестованы!
Из своего положения девушка видела только несколько пар тяжелых ботинок.
— Пошёл на ***! — повторила она. — Лучше медицину поторопи! Тим, не отключайся!
Зрение плыло, уши слышали только надсадное дыхание и редкие вскрики Тима. Внезапно что-то изменилось — она даже не сразу поняла, то именно. Ботинки в поле зрения были по-прежнему тяжелыми, но — другими. К сожалению, в этот момент руки Тима сомкнулись на горле Ланы, и ей стало не до анализа.
— Надо колоть транк и фиксировать парня! — сказал кто-то.
— Нет! — прохрипела она. — Тим, не сопротивляйся, слышишь?! Нельзя фиксировать! И колоть нельзя! Отойдите! Это Зов, сейчас Тим любого чужака и любое его действие воспринимает как агрессию! Отойдите, или он меня убьёт! Тим, наша Мать рядом, откройся ей!
Ботинки попятились. И в тот момент, когда в глазах Ланы почти окончательно почернело, один из них вдруг метнулся вперёд и удивительно точно ударил Тима под правое ухо. Тело парня обмякло, душащие её руки ослабели и бессильно упали, спасительный воздух хлынул в горящие лёгкие, а чей-то голос над головой размеренно и наставительно произнес:
— Правильно. Транки действуют не мгновенно. В отличие от хорошего удара. Вы в порядке, мисс?
Чьи-то лапищи ловко и бесцеремонно стащили её с тела Тима, давая свободу действий нескольким мужчинам, на куртках которых светились красным обвитые змеями крылатые жезлы.
У Ланы вдруг брызнули из глаз слёзы: неостановимые, конфузящие, обжигающие щёки.
— Это Зов! — собственный голос показался ей слабым, жалким писком. — Я не знаю, что де…
— А мы знаем, — негромко, внушительно произнес тот, кто поднял ее. — Нам поступила информация от некоего Мигеля Рэнсона с Алайи. Он предполагал возможность такого развития событий.
— А… — просипела Лана. — Проф Рэнсон… да… делайте, что он советовал.
Она наконец смогла повернуть голову и разглядеть перепаханное шрамами и морщинами лицо того, кто её держал.
— Не волнуйтесь, мисс. Мы выскочили сразу же, как только чип вашего друга начал выдавать околесицу, так что подоспели вовремя. Всё будет хорошо.
Тьма за окнами просторного кабинета нехотя раздумывала, не уступить ли место рассвету. Сам кабинет ощущался сейчас тесным закутком, несмотря на то что там присутствовали только два человека.
— Этот ваш убийца!!! — горячился мужчина лет пятидесяти в форме военной полиции.
Будь под его ногами не ковровое покрытие, а
— Мерсье мёртв! Лукаш и Тейлор в реанимации! У Рамиреса сломаны четыре ребра и голень, ушиб легких и разорвана селезёнка — и это не считая "привета" в лоб от девчонки! Как она ему только шею не сломала! Торопилась, наверное!!!
Мистер Браун оставался невозмутимым. Тирада собеседника не произвела на него никакого видимого впечатления.
— Да, — веско уронил он в душной тишине, когда его визави наконец выдохся, прекратил бегать по кабинету, в последний раз пнул стеллаж (папки на нем вздрогнули, качнулись, одна упала на пол) и рухнул в кресло. — Вы совершенно правы, Трентон. Тим Стефанидес — МОЙ убийца. И я сделаю из него специалиста экстра-класса. И вам советую заняться тем же с вашими людьми. А то позорище, право слово: четверо лбов, якобы профессионалов, не смогли сделать с одним салагой ничего конкретного. А не вырубись он? Кстати, как там мисс Пирелли?
— В истерике, — буркнул, успокаиваясь, господин, поименованный Трентоном. — До сих пор. Она не из пугливых, но это…
— Понимаю, — ухмыльнулся мистер Браун. — Вы в курсе, кстати, что на родине этого парнишки Зов Баст, чем бы он ни был, неподсуден? В означенном состоянии шести-семилетний ребенок способен убить взрослого человека… и ему ничегошеньки за это не будет. Умные ребята эти мрины, против ветра не плюют… Пирелли, кстати, повезло, она успела смыться до того, как на поле боя появилась Дитц. В противном случае, боюсь, дочка старика Конни не стала бы разбираться, кто прав, кто виноват…
Трентон вдохнул, выдохнул, подпер голову кулаком руки, опирающейся на подлокотник, и уже вполне миролюбиво поинтересовался:
— Вы знакомы с этой девушкой?
— Я знаком с её приёмным папашей, — с заметной ностальгией улыбнулся мистер Браун. — Давно и хорошо. До сих пор кости ноют при одном воспоминании.
Полицейский капитан слегка пожал плечами, вытек из кресла (мастерство не пропьёшь!) и остановился, задумчиво шевеля пальцами правой руки, перед личным баром майора Гопала. Командующий лагерем "Сан-Квентин" предоставил в распоряжение спорщиков свой кабинет со всем содержимым, не без оснований решив, что так обойдется дешевле.
— Бренди, сэр?
— Пожалуй, — вздохнул мистер Браун.
Он устал. Действительно, устал. Собеседование с мальчиком далось нелегко, а организация "экзамена" отняла куда больше времени и сил, чем предполагалось изначально. Взаимодействие между ведомствами… м-да. И это после четырёх Врат. Однако результаты говорили сами за себя, а значит, к чёрту усталость и взявшиеся откуда-то нервы!
— Разрешите вопрос, сэр?
— Разумеется.
— На Дитц у вас тоже виды?
Человек, именующий себя мистером Брауном, приподнял уголок рта в многозначительной усмешке, и промолчал.