Легкая добыча

Белл Джозефина

Слово «выздоравливающий» что-то задело в памяти Рэя.

– "Парни в голубых пижамах"! – воскликнул он. – Так их называла миссис Огден. Выздоравливающие из госпиталя, слонявшиеся там целыми днями по парку. Она заговорила о них, когда я спросил, не видала она возле дома каких-нибудь подозрительных типов.

– А раненые солдаты, разумеется, подозрительными быть не могли, – вежливо согласился Уоррингтон-Рив. Нажал на газ, и остаток пути стрелка спидометра держалась на восьмидесяти пяти милях.

Миссис Огден была

рада приезду Рэя и польщена знакомством с его высокопоставленным другом. Она с интересом слушала, когда они сдержанно и без лишних подробностей разъясняли ей цель своего визита.

– Мы считали, что лучше приехать самим, чем писать, сказал адвокат. – И гораздо приятнее.

Миссис Огден улыбнулась и разрумянилась.

– Как я понимаю, все произошло не в этом доме, а совсем в другом районе, – продолжал тот. – Думаю, довольно далеко отсюда?

– Да. Понимаете, я хотела избежать шумихи, которую раздули вокруг этой истории газеты. И кроме того, тот район весьма переменился к худшему.

После минутной паузы вновь заговорил адвокат.

– Скажите пожалуйста, в том, что касается ключей, тогда у вас была та же система, что и сейчас?

– Ключей?

– Да. Я заметил, что в конторе у вас нет доски с ключами, как это обычно практикуется в отелях.

– Вы наблюдательны...

– Простите.

– Ничего, – смягчилась миссис Огден. – Нет, доски с ключами у меня нет. Жильцы свои ключи забирают. Так безопаснее, поскольку я часто ухожу, а прислуга меняется.

– Понимаю. Но над столом в холле висит на крючке ключ. Это от входных дверей, правда?

Миссис Огден, похоже, смешалась.

– Ну да... Ключей от входных дверей у них нет. Днем те открыты, но я запираю дом в одиннадцать вечера. Если кто-то собирается вернуться позднее, берет ключ с собой.

– А если собирается задержаться не один человек?

– Если ключ кто-то забрал, обращаются ко мне и я даю свой. Но могут постучать, хотя я это не приветствую. Видите ли, мы тут рано ложимся спать. Мои постояльцы – деловые люди, и они не слоняются по вечерам, особенно теперь, когда тут есть телевизор.

– Понимаю, – улыбнулся ей адвокат.

Миссис Огден улыбнулась в ответ. Вопросы ей казались пустыми и бессмысленными, но мистер Рив был таким обаятельным джентльменом...

Происходило это в субботу вечером. Прежде чем вернуться в отель, где адвокат снял номер, они поехали к прежнему дому миссис Огден. Машину оставили в переулке.

Ворота парка были заперты, но судя по табличке на воротах и свежевыкрашенной ограде, днем он функционировал по-прежнему.

– Видимо, здесь, – сказал адвокат, указывая на облупленный дом, стоявший в ряду столь же невзрачных строений по другую сторону улицы. – Очень легко следить за ним из парка, да и с улицы. Легко наблюдать за входящими и выходящими, и выбрать подходящий момент.

– В четыре утра?

– Да нет же! Это третий этап. Не спешите так! Я описываю первый. Второй

наступает тогда, когда некая особа с темными намерениями, заметив, что мисс Траб отправилась на работу, входит в дом и спрашивает о свободной комнате или еще о чем угодно, лишь бы иметь возможность остаться на минутку одному в холле.

– Вы имеете в виду Лесли в мундире командос? – воскликнул Рэй. – Миссис Огден говорила, что кто-то спрашивал о комнате, кажется офицер.

– Я думал о парне в голубой пижаме, – ответил Уоррингтон-Рив.

– Колин Мидоус?

– Почему бы и нет? Мог быть поблизости.

– И видеть жену, входившую в дом сестры? Нет, этого она не стала бы скрывать. Но полагаю, что-то заподозрить он мог. Господи Боже, вы считаете, он все время знал, что ребенок – его жены?

– Не удивился бы.

– И знал, что она убийца? Догадался, что ребенок ее, и что она его убила? Но шантажисту-то платила Френсис! Разве что и об этом он догадался. И никогда ей не сказал. Каков мерзавец!

Уоррингтон-Рив кивнул.

– Я пошел бы еще дальше. Возможно, это было не только подозрение: или Раймонд Торн, или Лесли могли ему сказать.

Считаю, что у Колина были достаточные основания избавиться от Лесли. Ну а теперь перейдем на ту сторону и присмотримся к дому сзади.

Рэй шел за ним, протестуя.

– Разве мы имеем право?

– Рэй, вы явно слишком законопослушны. Разве вы не видите, что вход во двор даже не имеет ворот? Подозреваю, что уже давным-давно они пошли на растопку. И разве вы не видите всех этих звонков у входных дверей? Если нас кто увидит, решит, что мы пришли в гости к кому-то из жильцов.

Никто не выглянул в освещенные окна из-за штор, пока они осматривали запущенный небольшой дворик за домом. Никто не вышел из кухонных дверей, когда подошли ближе и через голые окна заглянули в две пустые комнаты на первом этаже.

– Ужасное место! – сказал Рэй. – И так легко туда залезть! Достаточно ножа, чтобы подцепить крючок, можно попасть внутрь через то маленькое окошко, причем в любое время. Раз плюнуть.

– Вы правы. Можно к тому же войти, воспользовавшись тем простейшим способом, о котором я уже упоминал. Спросить, нет ли свободной комнаты, при случае осмотреться, запомнить расположение комнат, включая информацию насчет ключей.

– Не мог же он стащить его прямо из-под носа!

– Нет. Но мог дождаться, пока миссис Огден уйдет в город, потом прийти и попросить прислугу – там должен был кто-то оставаться, хотя бы приходящая прислуга, даже во время войны, – о чем угодно: стакан воды или что-то в этом роде.

Рэй был потрясен.

– Мог забрать ключ, оставшись один в холле, а позже принести его.

– После убийства того несчастного ребенка. Миссис Огден, даже если бы хватилась ключа, никогда бы не заподозрила правды, решив, что кто-то из жильцов забыл его вернуть на место, и только позже вспомнил.