Лекарство
Шрифт:
До торгового центра оставалось рукой подать, когда Пашка неожиданно остановился. Его внимание привлек зоомагазин.
— Бабуля, давай зайдем, — попросил он.
— Зачем? — поинтересовалась Анна Дмитриевна.
— Рыбок посмотрим.
— А чего на них смотреть?
— Интересно.
Старая песня. Анна Дмитриевна не раз таскалась с внуком по птичьим рынкам и зоомагазинам. Эти посещения оставляли в ее памяти неприятный след. Вонь, шум, бульканье воды. Ей не хотелось. Тем более что у входа прямо на тротуаре сидел сильно помятый мужик и продавал маленького белого щенка. Анна Дмитриевна слыла чистюлей
— Завтра, — пообещала Анна Дмитриевна и потащила Пашку ко входу в супермаркет.
Павел попытался сопротивляться, но бабушка оказалась сильнее.
Уже внутри торгового центра он спросил:
— Бабуля, а почему вы с папой не любите животных?
— Каких животных?
— Всяких, ну там, кошек, собачек?
— Кто тебе сказал, что не любим?
— Ну, вот папа никогда не разрешал мне купить собачку.
— И правильно. Собак нельзя держать в городских квартирах. Для собаки нужна конура и свой дом.
— Даже для маленьких?
— Даже для маленьких. Держать собаку в квартире негигиенично. От нее волосы, аллергия, блохи и даже глисты.
— А мама сказала, что теперь, когда папы нет, она купит мне собачку, — он сделал небольшую паузу и добавил: — Маленькую белую собачку вместо папы.
Анна Дмитриевна резко остановилась.
— Как вместо папы?
— Так.
— Разве можно папу заменить собачкой?
— Ну, раз он от нас ушел…
Анна Дмитриевна расстроилась.
— Мама так прямо и сказала? — поинтересовалась она. — Прямо так и произнесла: вместо папы?
— Ну да.
«Вот сучка», — подумала Анна Дмитриевна.
Они прошли турникет и оказались в отделе бытовой химии. У Анны Дмитриевны вылетел из головы весь список необходимых для покупки товаров. Химия там была, но, что именно, она не помнила.
— А еще что твоя мама говорила?
— Ничего.
— Совсем?
— Совсем.
— А про меня что-нибудь говорила?
— Нет.
— Ну, ты же не врун. Вспомни.
Пашка сосредоточился.
— Она говорила, что у тебя скверный характер.
— И все?
— И все.
Анна Дмитриевна опять расстроилась. Это, с какого перепугу у нее скверный характер? На себя бы посмотрели.
Она стала вспоминать что-нибудь плохое про невестку, но ничего кроме невкусного борща не вспоминалось. А ведь было! Было! И еще сколько! Между прочим, она курит! Анна Дмитриевна ее давно раскусила.
С бывшей невестки Анна Дмитриевна с трудом переключилась на продукты. Ей нужен фарш! В этом магазине делали знатный фарш. Анна Дмитриевна давно вычислила, что покупать его выгоднее, чем брать мясо и делать самой. Тем более что фарш всегда был свежим и настоящим, причем не очень жирным. Беда в том, что таких умных, как Анна Дмитриевна, оказалось очень много и по этой причине с фаршем в магазине часто случались перебои.
Решив оставить размышления об остальных покупках на потом и первым делом закрыть вопрос с фаршем Анна Дмитриевна энергично двинулась вглубь магазина. Пашка ужасно мешал идти. Он вис на коляске, пытался катиться, задевал покупателей.
Уже метров за пять сквозь мутные стекла бабушка увидела, что на стеллажах, на которых обычно стоят контейнеры с фаршем — пусто. Она остановилась около отдела рыбных консервов, прислонила
— Стой тут, сторожи коляску. Никуда не уходи. Я сейчас, — и пошла в мясной отдел.
Там, внутри всегда было холодно, на потолке и пластиковых окнах белел иней, а при открывании двери клубился пар. С внуком сюда никак не зайти, тем более что вчера перед сном он слегка шмыгал носом.
Выяснилось, что фарш закончился, но работники сообщили, что сегодня будет еще один замес, правда небольшой, но зато чисто говяжий.
— Скоро вынесут, — сообщила, стуча зубами, здоровая тетка в синей куртке, — мы уже полчаса тут стоим.
Действительно, страждущих накопилось много, они толпились как внутри отдела, так и за дверью, упершись горящими взорами в синюю табличку с надписью «персонал». Все были настроены очень решительно. Цивилизованной очередью тут и не пахло.
Анна Дмитриевна вышла в тепло к Павлику и спросила:
— Ты уже взрослый? Не так ли?
— Конечно, — согласился внук.
— Тебе придется немного побыть одному. Скоро вынесут фарш, и я боюсь, что нам может не хватить. А если мы останемся без фарша, то весь наш поход в магазин становится бессмысленным. Тебе ясно?
Он посмотрел на нее понимающе.
— Да.
— Я буду там, за стеклом, мне будет тебя видно. Никуда не уходи.
— Без проблем.
Бабушка вернулась в холод и заняла такую позицию, чтобы видеть внука и быть поближе к двери, из которой вот-вот выкатят коляску.
— Какая ожидается фасовка? — дружелюбно осведомилась она у здоровой тетки.
— По два — три килограмма.
Анна Дмитриевна решила, что в любом случае возьмет два лотка, конечно предпочтительней, если бы они оказались по два кило — так денег больше останется, но и по три тоже не смертельно. Лишь бы хватило.
Пашка вдали вертел в руках консервные банки. Он шевелил губами, читал названия.
Ждать пришлось недолго. Щелкнул замок, открылась дверь и девчонка в синем халате выкатила небольшую трехэтажную тележку на которой заполненными фаршем оказались только две полки. Анна Дмитриевна протиснулась к механизму, схватила один лоток, сунула его подмышку, потом взяла другой и двинулась к выходу. Но оказалось, что этот же лоток взяла та самая большая тетка. Анна Дмитриевна потянула добычу на себя, тетка на себя. Никто с первого раза не победил. Они померялись силами еще. Опять ничья.
Тогда соперница предприняла подлый и опасный маневр, она развернулась к Анне Дмитриевне боком, наступила ей на ногу и дернула контейнер.
«Вот блядь какая»! — подумала про себя Анна Дмитриевна, но трофей не отпустила. Она исподтишка саданула тетке локтем по ребрам и дернула фарш в свою сторону. Все эти боевые действия они проводили молча, только сопели. Понятное дело, не будут же они вопить и скандалить, как-никак культурные люди.
В период секундного затишья, когда соперницы собирались с силами, неожиданно второй раз открылась вожделенная дверь и появилась еще одна тележка с фаршем, на этот раз набитая под завязку. Анна Дмитриевна просчитала в уме, что на этот раз ей вполне хватит, решила сдаться, оставить спорный кусок сопернице и великодушно разжала руку. Тетка видимо пришла к такому же выводу. Она тоже ослабила хватку и ринулась в сторону нового товара.