Лемурия
Шрифт:
– Бегите! Бегите! Их слишком много!
Поняв, что над нами нависла какая-то опасность, я принялся будить Джулию.
– Что случилось? – спрашивала она, протирая глаза спросонья, а я не мог ответить. В этот миг я увидел бегущих по берегу озера людей; их замыкал наш воздушный маршал, который вдруг повернулся и выстрелил в темноту, откуда в следующий миг показались какие-то невысокие тени…
Джулия тряслась от страха. Недолго думая, я схватил свою подругу за руку и устремился с ней в сторону леса, из которого мы пришли накануне утром.
Люди, спящие на берегу в разных местах, поднимались, едва услышав шум, и испуганно разбегались кто куда. Наше озеро, как я уже говорил, находилось в ложбине,
– Что, черт возьми, происходит? – крикнул я. Он не успел ответить мне. Потому что в этот миг позади него что-то просвистело, и он, вскрикнув, пал на колени, как подкошенный.
Я приблизился. Полная луна освещала бледное лицо Ричарда, в шее которого торчало что-то. Я не сразу понял, что это был наконечник копья. Он хрипел и силился вырвать его из своего тела, но когда ему это удалось, внезапно хлынул кровавый фонтан. А он сам рухнул наземь, выронив из рук свой пистолет. Я опешил. В это время послышался топот у меня за спиной. Я обернулся. В лунном свете мелькнули черные тени. Это были люди, но довольно странного вида, в шкурах и с копьями в руках. Дикари…
Я уже видел воочию уродливое лицо своего низкорослого врага и понял, что медлить больше нельзя. Схватив лежащий на земле пистолет, я принялся палить. Впрочем, в магазине оставалось всего несколько патронов, и я произвел должно быть не больше трех выстрелов. Все они угодили точно в цель. Один из тех, кого я принял за дикарей, остался лежать на земле. Другие остановились и, кажется, столпились вокруг своего павшего товарища. Видно, они не понимали, что с ним случилось, и пребывали в растерянности. Я не стал ждать, пока они опомнятся, схватил за руку Джулию, которая стояла возле окровавленного тела Ричарда, и бросился бежать. Мы взобрались на пригорок и нырнули в лес, – как раз вовремя, потому что в этот самый миг совсем рядом со мной в дерево воткнулся каменный топор, посланный дикарями. Они уже оправились от испуга и теперь устремились вдогонку за нами…
Мы долго бежали среди зарослей и, в конце концов, оба выбились из сил.
– Не могу больше, – заревела Джулия. Она опустилась на землю и тяжело дышала. Я тоже остановился, переводя дух. Прислушался. Шума погони не было слышно. Солнечный свет пробивался сквозь верхушки деревьев, сплетенных ветвями высоко у нас над головами. Я понял, что давно настало утро, а дикари наверняка уже убрались восвояси. Вдруг послышались шаги, и я выхватил из-за пояса пистолет, который, конечно, без патронов стал бесполезным. Кусты раздвинулись, и появился человек… Это был Полковник, – он с двумя другими еще с вечера ушел на побережье, чтобы разжечь там сигнальный костер.
– Эй, парень, полегче, – мрачно усмехнулся он. – Убери пушку!
Я спрятал пистолет и уставился на него:
– Я думал, вы на побережье.
– Я был там, но как только услышал выстрелы, оставил парней поддерживать огонь и тотчас поспешил к вам. Вижу, у вас было жарко. Что случилось?
Я бегло рассказал ему о событиях минувшей ночи, о нападении дикарей, которые нагрянули так внезапно бог весть откуда, и гибели Ричарда. Он, молча, выслушал меня и задумался.
– Значит, этот остров обитаем, – заметил он. – И мы вторглись на чужую территорию. Стало быть, нам предстоит борьба за выживание… Сколько у тебя осталось патронов?
Я вынул магазин из пистолета – он был пуст. Тогда Полковник грубо выругался, не стесняясь присутствия женщины, и устремился вперед. Я помог Джулии подняться, и мы пошли за ним следом. Всю обратную дорогу Полковник молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию.
Солнце уже было в зените, когда мы вышли на опушку леса. Шумел водопад.
«Дикари, наверняка, боятся огня!» – подумал я, глядя на его приготовления и жалея, что у меня нет в кармане зажигалки.
Мы спустились к озеру. На берегу сохранились остатки нашего вчерашнего костра, и белел скелет кабана на вертеле. Тело Ричарда лежало на прежнем месте, однако трупа убитого мною дикаря не было – видно, сородичи унесли его. Полковник долго высматривал их следы на земле, потом углубился в лес и пропал из виду.
Я огляделся по сторонам. Вокруг не было ни души. Только Джулия, намаявшись за эти часы, опустилась на траву и сидела так, обхватив колени руками. Я хотел было подойти к ней, но в это время заметил бегущего по берегу озера человека, который зачерпнул воды и скрылся среди деревьев. Я узнал его. Это был Ларго. Я кинулся вдогонку за ним, выкрикивая его имя. Но едва только забежал под тень банановых деревьев, как получил глухой удар по голове…
Когда я пришел в сознание, увидел недоуменное выражение на лице музыканта.
– Ты откуда тут взялся, чувак? Извини, я тебя принял за неандертальца!
– Ты совсем очумел, наркоша? – набросился я на него с упреками. Я готов был прибить его там же, на месте (тем более что у меня в руке был остро отточенный топор!). Но, по счастью, в этот миг вокруг меня появились другие люди, и я вскоре мало-помалу успокоился.
Оказалось, что, пока мы с Джулией бежали от дикарей по лесу, они все это время прятались здесь, в этой роще, где было много плодовых деревьев. Кроме того, среди них был один раненый мужчина, которому дикари проломили голову. Ему-то и нес воды Ларго, когда увидел меня, бегущего с топором. Вспомнив, что Джулия учится на медика, я привел ее к больному, но, увы, за мгновенье до нашего прихода он уже отдал душу Богу…
Вскоре выяснилось, что минувшая ночь полнолуния забрала еще нескольких человек.
– Моя Уина… Они уволокли ее, а меня ударили по голове, – безутешно плакал профессор биологии, горюя по своей чернокожей жене, которую похитили дикари. Они украли и других женщин. Осталась одна только Джулия.
Вдруг он посмотрел на меня красными от слез глазами:
– Неандертальцы, – это были они!
– Этот Бенджамин, – тихо сказал я Ларго, кивая на профессора, – похоже, не в своем уме.
– Что вы там шепчетесь, молодой человек? – он поднялся мне навстречу, а я невольно подался назад. – Не верите? Ха-ха, – он громко и нездорово рассмеялся. – Я профессор биологии. Я знаю, что они вымерли тридцать тысяч лет назад. Если бы еще совсем недавно мне кто-нибудь сказал, что однажды я увижу живого неандертальца, я бы назвал его сумасшедшим. Но я верю своим глазам! Эти скулы и надбровные дуги, – их ни с чем не перепутаешь. Тупиковая ветвь человечества… – он снова опустился на камень и залился горючими слезами, что-то бормоча себе под нос. Я подошел поближе и расслышал:
– Я летел в Лондон на конгресс… Мой доклад «Проблема недостающего звена в эволюции человека». Это новое слово в науке! А теперь… Ничего. Ни доклада, ни Уины…
Мы вышли на берег озера. Тем временем, вернулся Полковник.
– Следы ведут в узкое ущелье среди скал, – сообщил он. – Без всякого сомнения, оттуда и пришли наши незваные гости…
– Это были неандертальцы, – объявил профессор, глядя на него с лихорадочным блеском в глазах.
– Что? – недоуменно уставился на него Полковник.