Шрифт:
В мрачном бетонном подвале пятого уровня подземелий, вырытых под штаб-квартирой КГБ, царил вечный полумрак. Два ряда стальных дверей, снабженных замками с шифрами, скрывали тайны слишком ужасные, чтобы представители рабоче-крестьянского класса могли их узнать. Именно здесь принимались решения относительно направлений развития людской цивилизации. Именно здесь испытывались новейшие виды смертоносного оружия, которые вскоре должны были послужить делу укрепления мира во всем мире. И, наконец, как раз тут проводились смелые научные эксперименты,
За стальными дверями сотни храбрых агентов КГБ работали в поте чела над тем, чтобы служить и защищать счастливый остров свободы и благоденствия, неустанно атакуемый со всех сторон капиталистическими кровопийцами. И, наконец, именно здесь, в присыпанных опилками подвалах, гибли с проклятиями на устах наибольшие враги прогрессивного человечества.
Понятное дело, что весь комплекс был окружен абсолютной тайной. Каждые пару десятков метров в коридорах стояли гордо выпячивающие грудь охранники, следящие, чтобы ни один шпион никогда не ворвался в эти тоннели… Но здесь же существовало еще более секретное место. В самом конце одного из тоннелей находились стальные двери, снабженные табличкой: «XI Отдел КГБ».
Именно перед этой дверью встали два человека в мундирах без каких-либо знаков отличия. Генерал Калманавардзе постучал. Щелкнула заслонка глазка. Постовой, стоящий с другой стороны двери, изучил двоих мрачным взглядом и, узнав начальника, неохотно впустил их вовнутрь. Те вошли, а дверь с могильным грохотом захлопнулась у них за спиной. Охранник, словно автомат, отдал честь.
— Товарищ генерал, докладываю, что во время моей вахты на охраняемом объекте не произошло…
— Вольно, вольно, — добродушно сказал генерал.
Охранник положил руку на прикладе своего автомата.
— А это кто такой? — показал он взглядом на второго посетителя.
— Полковник Тихобздеев, — представился спутник генерала, вынимая из кармана удостоверение. — Исследовательский Отдел ГРУ.
Постовой с изумлением осмотрел документ.
— Что такое ГРУ? — спросил он у генерала.
— Советская военная разведка, — объяснил ему начальник.
— Никогда не слышал про название ГРУ, — буркнул охранник.
— А это потому, что даже название совершенно секретное, — объяснил ему прибывший.
— Так точно, — отдал честь солдат. — Погодите, но если оно совершенно секретное, то я не должен о нем знать…
— Правильно, — тихо сказал генерал, стреляя ему прямо в лоб.
Тело грохнулось на пол, практически идеально вписываясь в нарисованный мелом контур.
— Блин, снова плохо прицелился, — генерал разочарованно сравнил контур с покойником.
— Вижу, что вы здесь заботитесь о сохранении государственной тайны, в голосе полковника прозвучало глубокое уважение.
— Стараемся, — смущенно улыбнулся генерал. Он не привык к похвалам.
— И что… каждый раз… вот так? — гость указал на лежащее
— Нас много…
Он подошел к телефону и накрутил какой-то номер.
— Разводящий? Здравствуйте, товарищ. Возникла необходимость срочного дополнения, одиннадцатый отдел, сектор альфа. Да, парень случайно услышал государственную тайну и покончил с собой.
Генерал повесил трубку. Затем оба пошли по длинному бетонному коридору и вскоре остановились перед солидной дверью, выкрашенной антикоррозионной краской. Генерал ввел в щель датчика магнитную карточку и набил на клавиатуре код.
— Вижу, что у вас здесь совершенно современное оборудование, — заметил полковник.
— Ага, наши ребята свистнули в Японии целую фуру. Там должно было быть оружие, но оказалось, что электроника, так чего же пропадать добру…
В конце концов двери открылись. Они вошли в обширный подвал. Возле самого входа стоял толстый охранник. Увидав входящих, он схватился с места и отдал честь.
— Докладываю, что за время службы на территории охраняемого объекта…
— Вольно, — опять добродушно сказал генерал, — и марш отсюда, подождешь за дверью…
Тот захлопнул за собой стальную дверь. Офицеры остались одни.
— Итак… — Калманавардзе щелкнул выключателем, — …а вот и наше достижение.
Под потолком загорелись лампы дневного света. Их свет проявил из темноты все помещение. Посреди подвала, привинченный к полу, стоял стул. На стуле сидела девушка с диадемой на голове. На ней было шелковое платье абрикосового цвета, у воротника и на рукавах украшенное кружевами. Девушка была привязана к стулу большим количеством пеньковой веревки. Рот был заклеен дешевым пластырем. Девушка пыталась кричать, но кляп держался достойно.
Полковник с интересом осмотрел ее.
— Выглядит так, будто из кинофильма, — сказал он наконец. — Одета словно пугало, но на мордашку ничего, как актрисочка…
— Так вот, товарищ Тихобздеев, перед вами самая настоящая принцесса, самодовольно сообщил генерал.
— Как же это может быть? — удивился полковник. — Каким это чудом могла она сохраниться? После семидесяти лет советской власти… Даже страшно подумать, что ее семейка все эти десятилетия пила кровь наших рабочих и крестьян…
— Это не наша. У нас таких давно уже передавили, пришлось ребятам за границей ловить…
— Понятно, — буркнул разведчик. — То есть, ничего не понимаю. Зачем нам она?
— Сейчас увидите, — усмехнулся генерал.
Он подошел к лежащему на столе интеркому и набрал последовательность шифра.
— А охранник, который за ней следит, не пытался воспользоваться ситуацией? — заинтересовался полковник. — Все ж таки, не каждый день случается, чтобы…
— Мы его кастрировали, — объяснил генерал. — Она нам слишком нужна, чтобы ей грозило преждевременное использование… но если вы, товарищ, изъявите такое желание, то после демонстрации…