Ленивый сын

Лангле Ив

— Ты не должна вырывать ему язык. — Изобель встала перед Кристофером и пристально посмотрела на сестру.

— Я сама решу, что с ним сделать. И это будет зависеть от его ответов, начиная с того, что делаешь с Изобель.

— Изобель? Тебя так зовут? — спросил он.

Она посмотрела на него через плечо.

— Да.

— Мне больше нравится Уточка.

Как ни странно, ей тоже. Но вернёмся к её сестре.

— Зачем ты пришла?

— У мамы припадок. Говорит, что ты исчезла.

— Я оставила

ей записку. — Потому что у Изобель хватило ума сообразить, что лучше не навещать незнакомца на кладбище, не сказав никому, куда шла.

— Я знаю о записке. Как думаешь, как я тебя нашла? — Эва прошла в комнату и поставила метлу перед собой, направив её верхушку на Кристофера. — Я всё жду узнать, кто этот подлец?

Прежде чем Изобель успела что-то сказать, он шагнул вперёд.

— Кристофер Бафомет, чёртов Антихрист. И, по-видимому, не могу добиться никакого уважения.

Услышав это заявление, Эва замерла и хихикнула. Затем откровенно и непристойно рассмеялась, что не вязалось с её довольно культурной внешностью.

— Он только что сказал… — Эва фыркнула, не в силах повторить.

— Да, — выдохнула Изобель. — Он думает, что он сын Люцифера.

— Но у Люцифера только дочери, — воскликнула Эва. — Это всем известно.

— Можете сколько угодно смеяться над моей судьбой, — проворчал он. — По крайней мере, я не верю в этого похотливого дьявола, который живёт в каком-то воображаемом месте, объятом пламенем.

— О, ад существует на самом деле, но пламенем объят лишь в некоторых частях. Он, правда, похоже на мир смертных. Вот только, пепла больше. — Эванджелина презрительно скривила губы. — И воняет.

— Значит, ты бывала в аду? Почему я не удивлён?

— Я там была и вернулась. Не искушай меня отправляться туда снова. Мне разрешили приводить гостей. — Эва угрожающе шагнула вперёд.

Изобель снова встала между ними.

— Никто не пойдёт в ад.

— Говори за себя. Я заслужила своё место. — Эва тряхнула головой. — И он напрашивается убить его, если продолжит выводить из себя.

— Я тебя разозлил? — Он заговорил громче. — Это ты ворвалась сюда без предупреждения, как раз тогда, когда я собирался…

— Что?

«Да, что?» Что Кристофер собирался сделать.

— Поцеловать твою сестру. Может, даже полапать.

На мгновение воцарилась тишина. Изобель не могла поверить, что он это сказал. Даже Эва, казалось, растерялась. Он же, напротив, выглядел самодовольным.

Сестра быстро пришла в себя.

— Изобель никогда бы тебя не поцеловала. Ты же не в её вкусе… — «Да, он не в её вкусе». — И она послушная.

Что? Нет. Почему все так думают? Она ощетинилась.

— Я бы ответила на поцелуй.

— Ох, прошу. Мисс Правильная будет делать с мальчишкой что-то порочное? — Эва снова фыркнула, что никак не вязалось с её элегантной внешностью.

— Я

не мисс Правильная. Да будет тебе известно, сегодня утром я положила ноги на стол. И снова заговорила с дедушкой.

— Ого. — Она с явным преувеличением закатила глаза и хихикнула. — Какой бунт. Но это ерунда, я же тебя знаю. Ты бы никогда не сунула свой язык в рот этому мужчине. — Эва указала на него пальцем. — С другой стороны, я бы это сделала, потому что я плохая сестра.

— Значит ли это, что ты хочешь меня поцеловать? — Казалось, Кристофер запутался, смотря на Эву. Но не Изобель. Ей это совсем не понравилось.

«Он мой, я его первая увидела».

— Ну, стало определённо ясно, как мало семья меня знает. Я буду целовать кого захочу.

Изобель бросилась к Кристоферу, который поймал её, даже не пошатнувшись. Он очень стойкий мужчина, и сильнее, чем она считала.

— Ты собираешься поцеловать меня назло своей сестре? — спросил он, когда она приподнялась на цыпочки. — Ну, меня это устраивает

— Заткнись. — Она прижалась губами к его губам, не желая признавать правоту сестры. Ей действительно не хватало опыта, но кому нужен опыт, когда прикосновение воспламеняет? Когда его рот прижался к её, желание внутри тела разгорелось. Все нервные окончания взбудоражились, чувствуя всё — от прикосновения одежды к коже до мягкого и в то же время жесткого прикосновения его губ к её губам.

Изобель могла бы поклясться, что услышала треск, похожий на раскаты грома, или это фейерверк? А ещё земля под ногами показалась зыбкой. Он обнял её за талию, приподнимая так, чтобы она не тянулась к нему. Как мило. Кончиком языка он провёл по линии её губ, и Изобель приоткрыла губы, желая поцелуя.

— К-хм.

Он подразнил внутреннюю сторону губ.

— Твою же мать, кх-кхм. Ты высказала свою точку зрения, молодец, ты — шлюха, — проворчала Эва.

— Твоя сестра совсем не умеет время выбирать, — проговорил Кристофер у губ Изобель, разрушая чары.

Изобель, тяжело дыша, отстранилась от Кристофера, чувствуя, как кожа была горячей и раскрасневшейся. И повернулась к сестре, не обращая внимания на Кристофера, хотя он потянулся к ней. Само его присутствие умоляло потянуться за ещё одним поцелуем.

Эва явно забавлялась.

— Наверное, я ошиблась.

— Наверное. — Изобель не могла отдышаться, поцелуй подействовал на неё сильнее, чем ожидалось.

— И это был сигнал уйти, — добавил Кристофер. — Чтобы мы закончили начатое наедине. Если только не хочешь подсмотреть. Я не против, но насчёт Уточки не знаю.

Закончить начатое? Да. Нет… Да! Изобель сама не знала, что хочет.

К счастью, Эва знала.

— Если бы это зависело от меня, я бы позволила вам пошалить, но мама дала мне очень чёткие указания. Я должна вернуть тебя домой.